"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Достав из кармана телефон, я с усмешкой обнаружил, что связь они заглушили.

— Вот профессионалы какие, — Лора появилась напротив. Она деловито подпиливала ноготочки, а на ее коленях лежал огромный двуручный фламберг, явно ей не по размеру. — Отключили связь. Ну какие молодцы! — она даже похлопала в ладоши.

Саша с Дункан оккупировали бар и разлили себе по бокальчику вина. Екатерина же сидела рядом, закинув ногу на ногу и просто смотрела на вход.

— Значит, мы не можем никому позвонить, — улыбнулся я. — А они могут переговариваться между собой?

— Ой, это я скажу тебе только, когда они окружат гостиницу. Восемь минут, кстати, — заметила Лора.

Со стороны ресепшена появился начальник охраны.

— Ваше высочество, все постояльцы эвакуированы и расселены в ближайшие гостиницы, — кивнул мужчина. — Были недовольные, даже очень, но когда им сказали, что все оплачено императрицей Российской Империи, быстро замолкали, но попросили расселить их в люксы.

— Не страшно, — сказала Екатерина. — Мне нужно, чтобы в ближайшие несколько часов к гостинице никто не подходил.

— Ну… Этого я обещать вам не смогу. Все же народ заинтересуется, что за военная техника у здания, — развел он руками.

— А не важно. Нам и пары часов хватит, чтобы спокойно тут все закончить.

— Вы свободны, — махнула ему Екатерина. — И да. Если вдруг, мы погибнем, то покиньте страну вместе с семьей как можно раньше. Лучше в Российскую Империю, — она достала какую-то бумажку и передала ему. — Билет на Караван под Императорской фамилией. Скорее всего, мой отец будет в курсе, если я погибну. А значит, этой стране останется не больше полугода.

— Ха, Катя обмочила штаны? — крикнул из-за бара Есенин. — Переживаешь, что не справишься?

— Переживаю, что придется отчитываться перед твоим отцом, почему его сын вернулся без яиц! — кинула она ответку.

Но с моей же стороны, царевна все сделала правильно. Как бы ты ни был уверен в своих силах, всегда есть шанс, тот самый один процент, который и может тебя погубить. А значит, надо перестраховываться.

Вот только мне это не грозило. У меня была Лора со своими протоколами, да и энергии во мне достаточно, чтобы стереть с лица не то что трех ярлов, а полгорода.

— Кстати, о протоколах, — прочитала мои мысли Лора. — Может активируем парочку? Есть у меня на примете интересные! А если использовать энергию голубых кристаллов, то вообще!

— Какие еще протоколы? Лора, сколько всего у тебя их? Почему, я как администратор, не знаю о них? — удивился я.

— Потому что это исключительно внутренние директивы Л. О. Р. А., — пояснила она. — Но вот, например, протокол «Иерихон» активирует лобные доли твоего мозга, плюс укрепляет нейронную систему и включает дополнительные каналы…

— Стоп, вкратце, — перебил я.

— Для начала знай, что все протоколы очень плохо влияют на твой организм. А этот, сбалансирует твои физические показатели, уничтожая тело. Короче, сможешь поднять машину над головой, но все твои мышцы порвуться.

— Ага, ладно, значит, накладываю ограничения на использования любых протоколов, без подтверждения прав администратора, — приказал я.

— Отказано, — помахала головой Лора. — Моя часть будет действовать в любом случае, потому что твоя безопасность на первом месте.

Я уже хотел возмутиться и вступить с ней в спор, как к нам подсели Есенин с Дункан.

— Ну что, когда там эти смельчаки приедут? — поинтересовался Саша. Судя по всему, в кофе он добавил немного алкоголя.

— Пять минут, — сказал я. — Болванчик сообщает, что там всего триста человек.

— Ха, надеюсь без трактористов? — Есенин сам засмеялся со своей шутки, но его никто не поддержал.

— Так себе шутка, — честно сказал я. — Бородатая.

— Ой, ну и пожалуйста, какие все стали ценители юмора, — от вернулся обратно к бару.

— Кицуня в безопасности? — уже раз в пятый спросила Екатерина с того момента, как мы вышли из ее номера.

— Да, запер его в номере, — ответил я.

Мы бы могли еще долго болтать, и мне это даже начало нравиться, но наши уютные посиделки прервали.

Входная дверь распахнулась, впустив в помещение прохладный ветерок. Он быстро проник под одежду и доспехи, заставив нас поежиться.

Это была пара. Мужчина и женщина. Вроде бы с ними я столкнулся в лифте, когда ехал на арену. Что они тут делают?

— Эй, — я подошел к ним, чтобы обрисовать ситуацию. — Простите, тут пожар наверху.

Они по прежнему были по уши завернуты в шарфы, так что торчали только глаза.

Мужчина посмотрел наверх, будто мог увидеть что-то сквозь стены, а потом перевел взгляд на меня.

— Нет никакого пожара, молодой человек, что вы голову морочите, — сказал он и обняв спутницу, повел ее к лифтам.

— Боюсь, что есть, — я перегороди им путь. — Сейчас всех постояльцев расселили в ближайшие гостиницы, и мы бы хотели вас попросить…

— О, как хорошо! — обрадовалась девушка. — Тогда мы за документами и обратно.

Тут подошли и Есенин с Дункан. Все же они не хотели, что-бы кто-то пострадал.

— Я пойду с вами, так будет спокойнее, — вышла вперед Дункан.

— С чего бы это? — возмутилась девушка, стягивая шарф.

Миловидное раскрасневшееся личико, аккуратный носик и большие карие глаз. Волос не видно, но выбившаяся прядка была светлая.

— Вы хоть знаете, кто я? Мирабелла Винтервайс! Я оперная певица! Между прочим, мировая звезда! А судя по вашему виду, вы не работаете в гостинице! Так что, извините, я бы хотела подняться к себе в номер только со своим молодым человеком. — Ее мужчина кивнул и нажал кнопку лифта. — Тем более я же сказала, пять минут!

Они зашли вдвоем в лифт и двери закрылись.

— Может, ну их нахрен? Пусть дохнут? — фыркнула Дункан. — Что за напыщенная дура!

— А мне она понравилась, — вздохнул Есенин.

— И мне, — кивнул я.

Дункан только раскраснелась и обвела нас подозрительными взглядами.

— Жируху какую-то приметили! — рассердилась она. — Я удивлена, господа.

Ничего не оставалось делать, кроме как вернуться в холл под смех Екатерины Петровны. Уж она повеселилась с нашего упрашивания покинуть