Фантастика 2026-112 - Арлен Аир

class="p1">– Мне страшно. Вдруг твое имя, коего ты тут никогда не услышишь, всколыхнет твою личность, и ты всё вспомнишь? Легко ли тебе будет здесь? – Шут посмотрел в мои глаза. – Мы темные, а потому одиноки по жизни. Возможно, у нас есть своя цель, но пока мы разрознены по миру, это все пустые слова. Я могу сказать твое имя, но решение прими сам.

– Расскажи, что ты еще знаешь? Кроме имени, – решил я обойти скользкий момент. Месяц назад я бы все отдал за это знание, но зачем оно мне теперь?

– Я знаю о твоей метке, знаю о встрече с тьмой. Знаю о твоем выборе жены и о твоих чувствах к ней, которые ты скрываешь. Если тебе станет легче, она уже полюбила тебя. И кстати, у вас приворотного зелья нет? – резко сменил тему шут и даже присел ровнее.

– У Мирии спросить надо. И что ты говорил про посланников? – я скосил глаза на ворона.

– Мне дважды встретился посланник и выдавал указания от самой Смерти. Но вот одноразовыми они были. – Я схватил ворона за тушку и наплевал на его вопли.

– Вот тебе посланник, еще свежий. – Ворон вырвался из моей руки и упал на скамью.

– Ты мне не нр-р-равишься! – Шут посмотрел на птичку и поклонился.

– Посланник, примешь ли ты мое послание для Темной?

– Пр-р-римешь! Бор-р-рис посланник! – прокричал ворон, а потом сам поклонился и даже крылья расправил. Балерина, блин.

– Передай Темной, что ее задача выполнена, спроси у нее, кто нужен еще?

– Бор-р-рис пер-р-редаст. Бор-р-рис найдет тебя сам! – проорал ворон и улетел в сторону города.

– А я и не знал, что он реально послания носит.

– Скорее всего, это тоже одноразово, но спасибо за ворона. Признателен тебе. И позволь дать тебе совет… Твоя жена – самая сильная из тех, кого мне удалось найти. Береги ее.

Я кивнул и поднялся.

– Пошли, спросим зелье для тебя. Оно, кстати, один золотой стоит, – сказал я на ходу.

– Да ты чего?!!! Мы же темные, мы должны быть заодно!

– Без обид, это просто ее маленький бизнес…

Шут ушел после покупки двух флаконов зелья. А мы продолжили готовиться к суду. Судьи пришли в назначенное время, и начался процесс. Хотя как начался. Все поели, выпили, шутки погоняли, а только потом спросили мою версию события, потом спросили у моей жены ее версию. Опять выпили да разошлись.

«Правосудию я верю, но теперь в нем нет мне места», – подумал я в тот момент, когда тройка гостей удалились.

Но жизнь спокойной не была. Обещание Мирия не сдержала, она опять накосячила! да еще как!!! Чую, придется мне валить из города. И еще вопрос – брать ведьму с собой или пусть сама расхлёбывает… Но обо всем по порядку…

Глава 6. Праздничная неделя

Брат Рон сидел напротив меня и смотрел на огонь в камине. Я стругал колья для виноградной лозы. День был солнечный и теплый, ничто не предвещало беды.

– Слушай, дитя тьмы. А ты к приезду светлейшей готовишься? – неожиданно заговорил монах и взял со стола сосиску на шампуре.

– Какой светлейшей? Рон, блин, ты когда-нибудь будешь говорить по-человечески? Вот иногда как ляпнешь, прям как в душу плюнешь. – Я отнял у монаха сосиску, рано еще в огонь ее совать.

– Так я же еще неделю назад говорил! – праведно возмутился Рон. – По приезду светлейшей патриарши начнется праздничная неделя. Корона выставит королевские вина на продажу, в город приедут много артистов и сказителей…

– Я думал, ты просто неграмотный, у вас светлейшую патриаршей называют? – удивился я.

– У нас да, а как у вас, адских тварей, ее называют, мне неведомо. Я человек святой и добрый.

– Заноза ты, а не человек. Ладно, плескай пиво на угли, как огонь уйдет, раскладывай сосиски, – дал я добро на готовку. Монах сразу схватился за бутылку и разбрызгал напиток, пошел приятный хмельной аромат. – А как надо готовиться? Ну, к приезду этой…

– Тебе, исчадию тьмы, надо забиться в самую темную щель и не отсвечивать. А простые люди одежды чистят и гостей приглашают, кормят и поят любимых друзей и святых людей.

– Ага. А еще всем, кого зовут Рон, наливают бочку вина, – скривился я.

– Необязательно, но рекомендовано, – хихикнул монах.

– А зачем она вообще едет? Это же не ежегодный праздник, – уточнил я.

– Так наш любимый принц наконец выбрал даму сердца. Наконец великий Тир указал этому обормоту на путь истинный, будет у нас наследник трона. Светлейшая патриарша освятит их и проведет обряд бракосочетания. Ты бы в библиотеку сходил да архивы полистал.

– Успею. Ты, кстати, мне на казнь шесть человек обещал, а все не несешь. Мне скучно.

– Исчадие зла, тебе лишь бы кровь проливать… Ой, Хел, они зашипели! – подпрыгнул монах к камину.

– Нормально всё. Переверни их. А по поводу работы – я вообще-то свое время планирую. И мне нужно знать, когда у меня вечер занят, а когда свободен.

– Вечером семерых принесу. У нас еще один убивец нашелся. Откуда только такие сволочи берутся? – посмотрел на меня монах с прищуром.

– Наверно, святой орден одаряет бедных и убогих, а всех остальных обирает до последней нитки.

– Ты мне всю жизнь вспоминать это будешь? Я только спросил, не желаешь ли ты жертвовать во спасение своей души пять монет. Нет и точка, что же ты остановиться не можешь?

– Монет, может, и пять, но золотых! – возмутился я.

– Всё, мне надоело с тобой общаться! Ты меня не любишь и постоянно тянешь в ад и тьму. Вот уйду сейчас и не вернусь! – поднялся монах и упер руки в бока.

– А жертвы на завтра? – Монах отвернулся. – А сосиски гореть начинают. – Всё, Рон дернулся и вернулся к камину.

– Я тебя ненавижу. Из-за тебя мне пришлось новую рясу заказывать. Доведешь меня до ожирения – никогда не прощу. – Мы посмеялись. Его до ожирения… Это килограммов сорок назад?

– Ладно, Рон. Завязывай ругаться. Вечером все посмотрим и запланируем…

Вечером после ухода монаха я разглядывал бумаги и мрачнел с каждой новой анкетой. Три женщины, четыре мужчины. Из них пять это ревнивцы. Я скосил глаза на свою ненаглядную. Не ее ли рук дело? Мужья из семьи уходят, жены изменяют мужьям, с которыми по десять лет живут. Не приворотами ли тут пахнет?

– А я гадать научилась, – сказала ведьма, не прекращая крутиться за печью.

– Что предлагаешь? Гадать на мою работу? Или новым делом заняться? Как, кстати, твои привороты? Покупают еще? – начал я прощупывать почву.

– Покупают, конечно. Хотя