Звездный Патруль-2 - Артем Лукьянов

базе, он отчего-то все эти заслуги свел к постели. Возможно в нем говорило нечто еще. Алексей переигрывал в уме тот вечер, думая и решая, правильно ли он поступил тогда, что не соблазнился. Ведь по сути, поддайся он ей тогда, возможно гораздо быстрее получил бы свой «отпуск». Сейчас он сидел в дальнем углу десантного отсека и делал вид, что не замечал ее, ковыряясь в инженерном меню своей «Урвы». По его собственной инициативе кабину машины оставили необитаемой. На то была причина. Алексей изучил записи многочисленных боев, и где-то в половине случаев первому удару марсиан подвергалась именно кабина головной машины. Вдобавок Марта его заранее предупредила, что прогулка не будет легкой и увеселительной, несмотря на подросшую огневую мощь. «Василёк» лучше остальных знала ту местность. Пространство Маре-Бореум оставалось зоной мало-изученной и очень опасной. Куда безопаснее был маршрут в обход, но Алексей, будучи упрямым от природы, взял слишком высокую планку, которую обязан был теперь держать любой ценой. Несмотря на презрительное к себе отношения он спорил с «папой», доказывая ему именно наступательную перспективность новой машины, за что и поплатился, когда узнал о предстоящем маршруте. Дело в том, что за последний месяц ни один из конвоев не смог преодолеть Маре-Бореум от базы «Марс Северный» до Тэйл-Форта по изведанному пути. Все караваны вынуждено ехали в обход по условной окружности. Алексею на своей «Урве» предстояло доказать, что его концепт правильный, отправившись именно тем самым опасным кратчайшим маршрутом.

На борту бронетранспортера были еще двое с отряда Марты. Алексей их знал. Они были там в ДОТ-е, когда он применил излучатель. Сам Алексей не гордился особо своими достижениями, предпочитая, чтоб остальные сами все увидели. Отчего-то его угнетало, что с ними едет Марта. Отношения с ней в конец испортились. Он игнорировал ее приказы, а она не могла ничего с этим поделать.

– Почему ты? – внезапно спросил Алексей «воительницу» через приватную связь, чтобы перебороть собственную неприязнь.

Марта не сразу поняла, о чем он. Она внимательно посмотрела ему в глаза. Алексей отвел взгляд чуть в сторону, будто бы не специально.

– А почему нет? – ответила она. – Лучший инженер отряда придумал лучшую в мире машину… Как я могу это пропустить!

– Смеешься?

Она кивнула головой. Ее собственный взгляд соскользнул с лица Алексея куда-то в сторону, видимо потому что ее отвлекли по связи. Через несколько секунд Марта смотрела на него снова, как ни в чем не бывало.

– Ты в бункере всех приятно удивил этим своим отсекателем. Парни тянули жребий, кто с тобой отправится… Я же командир, и без меня вообще никак.

Она многозначительно улыбнулась. Алексей отчего-то снова занервничал. Разговор не клеился.

– Томас меня отпустит после успешной демонстрации, а на «Марс Северный» я больше ни ногой! – попытался инженер.

– Так ты решил к «фашикам» переметнуться? Но ведь тут твой друг Майкл – удивилась Марта.

Алексей смотрел на ее милое веснушчатое личико и недоумевал. После всего, между ними произошедшего, она в его глазах потеряла уважение, несмотря на реальные боевые заслуги. Алексею казалось теперь, что Марта всего добилась не иначе, чем как через интим. В слух же, конечно, он это не сказал, но лишь усмехнулся ее слабой попытке удержать его на «Марсе Северном»:

– Я уговорю Томаса на счет Майкла. Даже не сомневайся… Оставаться с этим самодуром «папой» он точно не захочет.

Марта весьма удивилась. Ее и без того большие круглые глаза округлились еще больше.

– Ты действительно считаешь, что «папа» плохой руководитель?

Алексей не ответил, а просто кивнул головой, чем привлек некоторое ленивое внимание 2-х других бойцов, сидевших напротив них.

– Самодур типичный… К тому же еще и ретроград. Он в упор не видит то, что очевидно.

– И что же это?

– Как что!? Если уж примириться не можешь, то бей стремительно и наверняка! Марсиан можно и нужно побеждать не только в обороне! … Да они определенно технически ушли дальше нас. Но тактика нападения однотипная каждый раз – накат в лоб.

Марта положила ему свою ладонь в перчатке на коленку, чтоб успокоить, привлечь и сосредоточить на себе внимание.

– А ты не думал, что незачем изобретать новые тактики, если старая работает, а?

Алексей же резко отпрянул, сбросил ее руку и выдал:

– Давно не работает! Иначе и потерь бы не было!

Теперь уже на них подозрительно косились остальные десантники. Марта повернулась к ним лицом, выдавила улыбку и что-то, видимо, сказала в приватном эфире. Алексей заметил, как они тоже улыбнулись и переключились на что-то еще. Марта же пояснила Алексею:

– Ты не понимаешь… Все дело в ограниченности и скудости наших ресурсов, слабом финансировании ОМК… База «Марс Северный» разрушалась почти полностью и не раз. Это «папа» придумал забуриться в твердый грунт, потому что марсиане сносят нас и уходят дальше по тылам… Разве ты не понял этого в тот самый свой первый день по пути сюда?

Алексей молчал. Некоторые вещи ему стали понятнее только сейчас. То, что он принимал за победу на самом деле было лишь хитрой уловкой, чтобы сохранить базу. Он грустно вздохнул:

– Да мне уже все равно… Это не моя война. Я – ученый-инженер, и должен заниматься наукой, поисками решений для мирной жизни.

Марта тяжко вздохнула и сказала:

– Ты – глупый и избалованный ребенок, Алексей… Я не хочу слышать твое нытье… А «папа» никакой не самодур, но самый чуткий и талантливый из командиров.

Эти слова «глупый» и «избалованный» да еще и из ее уст прозвучали, как некая издевка над действительностью, над его реальностью, как он ее видел. Хотя, почему-то, заключительная часть ее фразы о «папе» возбудила его на ответ куда сильнее.

– Что!? – возмутился Алексей. – Чуткий!? Талантливый!? Да он же своими насмешками и фразами нас всех с грязью мешает! За людей не считает!

Теперь молчала Марта, давая ему выпустить пар. Алексея обожгли ее слова, и он не мог так просто их оставить. Его несло:

– Ага! Я, значит, глупый, а он – хороший! … Ну-ну! … А может у вас служебный роман, а!? Большая любовь и все дела! … Хотя какая там большая любовь! Ты ж просто ноги раздвигаешь и все!

Ладонь Марты очень быстро превратилась в кулак, который жахнул по колену Алексея резко и чувствительно.

– Да как ты смеешь!

Впервые Алексей видел Марту рассерженной. Даже потери в отряде во время последнего наката не выводили ее настолько из себя. Взгляд Алексея мельком скользнул по лицу Марты. Теперь оно было ни разу не милым, но весьма искаженным в гримасе злобы.