"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

Следует отменить, эл'Нария совершенно не собирался просто так опускать руки и за отведённое время перепробовал пару способов освободиться.

Начал он с примитивного, — попытался раздвинуть решётки, однако те оказались не только толстыми, но и гибкими, специально созданными для удержания существ в разы более сильных, чем люди. Говорить с нашими тюремщиками, или теми, кто приносил еду, оказалось бесполезно, хотя сам феодал до этого и не опускался, — вместо него пытались другие таны. Следующим шагом стало использование коалака. Этот малыш мог протискиваться меж прутьями, ибо на самом деле был намного тоньше, чем казалось из-за пышного меха.

Бо Мучази рыскал по городку и по острову, разведывал, искал возможность раздобыть оружие, или пытался добраться до подвешенных под потолком дымовых ламп. Их тоже постоянно меняли, чтобы мы не обрели свои Голоса и не разнесли это проклятое место по камушку. Как бы то ни было, все его начинания заканчивались сплошными неудачами. После убийства охранников, Доктор и Шир-Кан стали приглядывать за нами гораздо зорче.

Наконец, пришла ночь полнолуния.

Изымали нас из клеток по одному, Доктор плавил замки прикосновением, притом, что его рука не показывалась из-под ткани, затем узников заковывали в кандалы и уводили. В случае с эл'Нариа процесс пошёл не слишком гладко, феодал попытался вырваться, и ему вполне могло это удастся, если бы не Доктор. Тэнкрис разметал охранников как лев шакалов, его кулаки били словно кувалды, но носитель маски легко схватил бунтаря за горло и оторвал от пола.

— Непослушные чада. Что вы так цепляетесь за свои скоротечные жизни? Были бы разумы, давно бы сами, все разом отправились в Шелан.

Ожесточённое сопротивление ничего не дало, эл'Нариа был немного придушен и закован. Наученный чужими ошибками, я притворился паинькой под взглядом алых буркал.

— Готовы встретиться с единственной истиной бытия, тан эл'Мориа?

— Со смертью? Как говаривает мой хороший друг: готов с трёх лет.

Он склонил голову набок, явно не поняв шутку.

— Ведите уже, Доктор, я весь в предвкушении.

За стенами усадьбы царила жаркая тропическая ночь, освещённая звёздами и факелами. Весь городок светился далеко внизу, слышалась музыка, а нас в сопровождении небольшой армии вели по дороге к лесу. Путь тоже осветили, — множеством шестов с закрепленными на них кокосовыми светильниками. Колонну скованных тэнкрисов, словно каторжников вели в темноту, а из-за границ световых пятен проглядывались бледные силуэты аборигенов.

Я давно заметил, что местные люди не походили ни на один известный мне подвид этого многочисленного вида. Их было много и в команде Шир-Кана, которую пришлось дополнять после измены, — не все кель-талешские офицеры и матросы обрадовались перспективам свободной пиратской жизни. Так вот, эти аборигены были высоки и стройны, кожу имели необыкновенно белую для тропических широт; длинные узкие лица, светлые волосы и глаза. Провожая нас и пиратов, они предстали практически обнажёнными, украсили себя перьями, вооружились копьями, луками и клинками, похожими на вогнутые мачете. Многие нанесли на свои тела знаки в виде полумесяцев и кругов, будем думать, — лун.

Нас завели довольно глубоко в джунгли, где остановили и Доктор попросил, а Шир-Кан приказом повторил его просьбу потушить свет. Факелы угасли, а лес воспылал, заставив нас, чужаков, преисполниться благоговением перед этой красотой. Деревья, мхи, грибы, папоротники, ночные цветы, — всё это окрасилось различными люминесцентными красками, стоило умереть огню.

Джунгли вынуждали крутить головами и жадно впитывать красоту, пока нас вели всё дальше. Мы преодолели высокие холмы и опустились вниз, к морю с обратной стороны острова. Суша изгибалась, образуя огромный, поросший прекрасной зеленью полумесяц. Вскоре под ногами уже оказался песок.

— Добро пожаловать на порог, достопочтенные таны. — Доктор приблизился к воде, обернулся. — Красивое место, не правда ли?

— Здесь и умереть не жалко, я бы сказал.

— Вы настоящий провидец, тан эл'Хопран, я и называю сие место "порогом", потому что с него вы отправитесь в путь по Серебряной Дороге. Не печальтесь и не страдайте, впереди вас ждёт лучший мир.

— Если верить легендам, мифам и религии, — проворчал эл'Патиор.

— Маловерие, — худший спутник в вашем положении, друг мой. Успокойтесь и возрадуйтесь.

— По вашим словам, — скривился эл'Гайна, — можно решить, что вы желаете нам только добра.

Он уже давно молчал, мой мрачный спутник. Кажется, упоминание коалаком сети ингрийских агентов в Кель-Талеше здорово полоснуло ржавым серпом по… профессиональной гордости контрразведчика.

— Так и есть, Зептим. Мною движут исключительно добрые намерения относительно вас. Я всего лишь хочу, чтобы Голоса тэнкрисов перестали звучать в этом мире.

— И чтобы этого достичь, вы готовы устроить нам тотальный геноцид?

— Да. Такая мелочь в масштабах Метавселенной, зато какие выгоды. Готовьтесь сделать шаг. Мюзикь!

Он обернулся к морю и поднял руки, словно готовясь обратиться к лунному диску. Но вместо речи полился свист, тонкий, мелодичный, восхитительный свист, перепрыгивавший с ноты на ноту, образуя музыку. Ничего красивее я в жизни не слышал… но это неточно. Мне казалось, будто звук превратился в тонкое лассо, захлестнувшее луну и начавшее подтягивать её. Астрономы давно выяснили, что белый спутник нашего мира мог влиять на колебание великих вод, и теперь, он как будто действительно напрямую влиял.

Волны то откатывались вдаль, то со свирепой яростью набрасывались на берег, поглощая фигуру Доктора по самое горло. Нам пришлось отойти, дабы не быть смытыми, а ему было плевать. Неподвижный как скала, он встречал удары стихии грудью и продолжал притягивать луну своим волшебным свистом.

Море вспучилось, словно живот беременной женщины, и на наших глазах исторгло из глубин нечто огромное. Пришлось бежать, но поскольку кандалы были созданы как раз для ограничения таких действий, пиратам это удалось лучше, а тэнкрисов повалило мощным приливом. Аборигены, не покинувшие сень деревьев, издали многоголосый крик восторга и триумфа. Воды быстро ушли, но то, что осталось… впечатляло.

Из моря поднялось нечто вроде небольшого затонувшего города, эдакий диск, вошедший во внутреннюю акваторию острова почти как влитой. Невысокие четырёхгранные башни в три-четыре этажа с пустыми прорехами окон и дверей образовывали несколько улочек, а состояли они из фиолетово-жёлтых кристаллических кирпичей, будто вырезанных из исполинского аметрина. Тут и там коралловые наросты скрывали этот материал, виднелись бившиеся в иле и водорослях рыбы, разбегались крабы.

— Вы тоже это видите, тан эл'Гайна?

Контрразведчик выругался.

— Если у тебя действительно есть какой-то план, — прохрипел феодал, — самое время к нему прибегнуть.

— Ещё нет, мне интересно, что будет дальше?

— Мы ведь все можем умереть ради вашего любопытства, — счёл уместным заметить эл'Ансафир.

— Достопочтенные таны, я даже себя самого не щажу,