Изгой Высшего Ранга VIII - Виктор Молотов

— Так вот, — продолжил Алексей серьёзнее. — Иногда проблематично найти общий язык с пятью-шестью людьми, которых тебе дают в команду. А у тебя… — он замялся.

— А у меня целая сотня, — закончил я за него. И ещё раз осмотрел огромный полигон.

Который находился в центре подготовки ФСМБ в Москве. Крытое помещение размером с три футбольных поля. Предназначалось оно для серьёзных тренировок.

Всю прошлую неделю я вместе с Системой занимался отбором по досье — тысяча файлов, из которых нужно было выбрать сотню лучших. Система прогнала все профили за сорок минут и выдала рейтинг совместимости по десяти критериям. Правда, особенности характеров она не учитывала…

И вот сегодня эта разношёрстная компания предстала передо мной в полном составе.

Признаюсь честно, я рассчитывал, что они выстроятся строем и будут меня слушать. Вместо этого они устроили балаган, от которого у любого военного инструктора случился бы приступ.

Один записывал видео для блога, комментируя обстановку восторженным шёпотом: «Смотрите, это тот самый полигон, где всех новых магов гоняют!» Девушка-огневик достала зеркальце и подкрашивала ресницы. Трое мужиков из одной группы спорили о чём-то, размахивая руками. Ещё двое сидели прямо на полу и играли в карты. А кто-то, судя по запаху, умудрился принести на полигон кофе в стаканчике.

Приказы, которые я пытался отдавать обычным голосом, тонули в общем шуме. Меня попросту не слышали, хоть и косили взгляды, всё-таки маг высшего ранга и командир.

— И как заставить их слушаться? — на выходе спросил я у своего бывшего командира.

— Ты ещё не научился усиливать голос магией? — спросил Алексей.

— Нет.

— Тогда тебе это точно надо. Иначе сорвёшь связки на первом же построении. Смотри, сейчас объясню одну классную технику, — он шагнул ближе. — У тебя там, где проходят голосовые связки, тоже расположен магический канал. Точечно отправляешь туда энергию, задерживаешь. Связки напитываются, и ты усиливаешь голос. Попробуй.

Я прислушался к себе. Нашёл канал — тонкий, едва заметный, в районе гортани. Направил туда струйку пространственной энергии. Почувствовал, как горло наполняется теплом, связки натягиваются, а воздух в лёгких словно бы становится плотнее.

— ВСЕМ ПОСТРОИТЬСЯ! — рявкнул я.

Голос разнёсся по полигону, как удар грома. Эхо ударилось о стены, вернулось, ударилось снова.

Блогер выронил телефон, тот упал экраном вниз и, судя по характерному хрусту, на этом его блогерская карьера закончилась. Ну, на сегодня точно.

Девушка с зеркальцем подпрыгнула так, что оно вылетело из рук и разбилось о пол. Картёжники вскочили, и один из них машинально спрятал карты за спину, будто это как-то поможет.

Все до единого повернулись ко мне.

Тишина. Наконец-то.

— Ничего себе! — пробормотал Алексей, потирая ухо. — Я сказал — точечно. А не как ядерная бомба! У меня самого чуть барабанные перепонки не лопнули.

— Учту, — ответил я. — В следующий раз сделаю послабее.

— Ага, — он скептически покосился на меня. — Если «следующий раз» у тебя получится хотя бы вполовину тише, я уже буду считать это прогрессом.

Но результат был достигнут. Сто с лишним человек молча строились в шеренги.

Алексей, Ирина, Стас, Саня, Лена и Денис встали в первых рядах. Моя команда. Основа, на которую я мог опираться. Маши здесь не было — ей отец запретил участвовать в этом мероприятии, и думаю, что это к лучшему.

Я выпрямился, заложил руки за спину и осмотрел всё это сборище. Выглядели маги опрятно. Форма ФСМБ, экипировка, оружие. Возраст — от двадцати до пятидесяти. Ранги — от C до A. Но все с большим боевым опытом.

Только друг с другом они никогда не работали. И сейчас мне требовалось добиться от них координации. Чтобы во время настоящей схватки они двигались, прикрывая друг друга, и легко ориентировались по моим командам.

У каждого командира свой набор команд и тактик. Если человек никогда их не отрабатывал, привыкнуть к новому стилю — задачка не на один день.

Поэтому мы здесь и собрались.

Чему я, кстати, был несказанно рад. Потому что благодаря этой тренировке я сегодня пропустил физику. Наверстать, конечно, придётся. Но это будет потом, а не сейчас. Дружинин, кстати, сегодня тоже остался в академии, навёрстывает занятия, которые не провёл в тот раз из-за внезапно появившегося письма.

Я набрал воздуха — на этот раз осторожнее, но с магическим усилением — и заговорил.

— Меня зовут Глеб Афанасьев. Думаю, вы все меня знаете. И прекрасно понимаете, для чего я вас всех собрал. Мощнейшие в истории разломы закрыты, но это ещё не конец войны. Войны не с разломами, а с тем, кто хочет чуть ли не уничтожить всё человечество. Его зовут Учитель.

Я сделал паузу. Лица перед мной стали серьёзными. Шутки наконец закончились.

— Он умеет открывать разломы, — продолжил я. — Все видели, что вчера в Сочи открылся разлом A-класса, на закрытие которого пришлось лететь лично Андропову?

Все закивали. Новость вчера гремела по всем каналам. Благо там всё закончилось хорошо, и обошлось без жертв.

— Это было его рук дело. Учитель распространяет нестабильную энергию хаоса, похищает Дары и становится только сильнее. А мы должны будем дать ему бой. И не только ему, но и всем, кто стоит за ним. А это, возможно, не одна сотня магов, — я прямо обозначил риски.

Поднялась рука. Я узнал Шевченко. Маг земли, который недавно был на моём экзамене.

— Простите, командир, — сказал он. Уже уважительно, а не как общался со мной на экзамене. — Значит, нам придётся биться с превосходящими силами?

— Всё так, — я даже не стал отрицать.

— То есть государство не может выделить больше магов?

— Иначе города останутся без защиты, — кивнул я.

— Вопросов больше не имею, — Шевченко выпрямился. — Буду рад послужить своей стране.

Он сказал это серьёзно, без тени иронии. И я вспомнил, как он протянул мне руку после экзамена. Этот человек уже принял решение, и для него не имело значения, каковы шансы.

Я продолжил громче:

— Я хочу, чтобы вы все понимали, на что идёте. И ради чего. Чтобы через десять лет этот город и вся страна не превратились в руины, где обитают одни монстры. Если кто-то не готов рискнуть жизнью, то лучше уходите сейчас. Я всё пойму и не стану осуждать. Кто хочет уйти