Прорыв - Аргус

— Прока ничем! Все Ваши люди засвечены. Использовать их, это значит провалить всю операцию, — ответил зумер, — я задействую своих людей.

— Все расходы я оплачу, — поспешил ответить олигарх.

— Было бы очень странно, если бы за спасение девушки, которая мне нравится, я бы еще и деньги взял! — улыбнулся Виктор.

— Подумаешь, — проворчала довольная Анна.

— Мне пора! Нужно спешить, пока они мне хвост еще не повесили, — встал со стула юноша, — Степановна, один старый вредный профессор грозился меня убить, если я не привезу ваших разносолов.

— Чего же ты сразу не сказал, — всполошилась женщина, — я то на одного приготовила, сейчас соберу еще.

— Витя, идем я покажу тебе свою комнату, раз мы долго не увидимся, — тоже встала Анна, и взяв его за руку повела из столовой.

Когда они вошли к ней в спальню, он крепко обнял ее и они начали целоваться.

— Я тебе верю, Витя, — прошептала Анна, — и буду тебя ждать!

— Ты не просто меня жди, а напиши картину, где ты веселая и жизнерадостная! — попросил ее юноша, — такую картину, чтобы любой кто на нее посмотрит, сразу захотел жить!

— Точно! Береги себя, мой рыцарь! — она прижалась к нему.

— Мне пора, провожать меня не выходи. Думаю, что у вас может быть крыса, или наблюдение идет с соседних участков. До встречи, до скорой встречи! — он еще раз ее поцеловал и вышел из спальни.

В коридоре его встретил Генерал и передал ему, то о чем он просил.

— Обращаться умеете? — спросил он.

— Конечно! — кивнул зумер, — не переживайте, я надеюсь, что реального применения не дойдет, это больше как элемент психического воздействия!

— Ну дай, Бог. Охрану мы с Вас тоже снимаем, для достоверности, — предупредил его служивый.

— Разумеется, — кивнул Виктор, — ну что, тогда до встречи. Берегите Аню!

— Разумеется, даже интересно, что Вы там такого придумали Может быть мне с Вами? Для страховки? — предложил Генерал.

— Спасибо, но личность Вы больно приметная, враз спалимся! — покачал отрицательно головой юноша, — не нужно. Все я пошел! Ждите новостей.

На выходе из дома его ждали олигарх и Степановна. Женщина протянула ему увесистый, вкусно пахнущий, пакет поцеловала в лоб и перекрестила. А мужчина крепко пожал руку и неожиданно обнял.

— Береги себя. Ради нашей девочки! — попросил он.

— Разумеется! — кивнул зумер, и сбежав с крыльца сел в машину и уехал. Он сразу направился в дом фармацевта. Там его уже ждал с нетерпением профессор. Увидев сверток, он издал победный клич и тут же уволок его на кухню.

— Эритроцид готов? — спросил входя за ним Виктор.

— Готов! — ответил старик, разворачивая пакеты обернутые пергаментной бумагой.

— В течении какого времени его можно применять? И в каких условиях его хранить? — спросил юноша.

— Внимай! — промычал с набитым ртом профессор, — и трепещи перед величием моего разума и гения! Что ты знаешь о биомиметической нано инженерии.

— Если честно, то ничего! — признался зумер.

— А вот если бы не девушками увлекался, а больше читал, то знал бы! — назидательно произнес ученный, — Биомиметическая нано инженерия — это создание искусственных материалов и устройств на атомно-молекулярном уровне путем заимствования идей, структур и принципов у живой природы. Она объединяет биомиметику (подражание природе) и нано инженерию (работу с нано размерами). Основные принципы таковы. Это молекулярный масштаб, то есть создание объектов, измеряемых нанометрами (миллиардными долями метра). Использование природных прототипов, то есть, копирование того, как молекулы, клетки или ткани работают в естественных условиях. И высокая эффективность, когда полученные сверхпрочные, самовосстанавливающиеся и «умные» структуры, работают с минимальным расходом энергии!

— Я понял всю свою ничтожность перед Вашим сверх разумом, но что конкретно Вы имеете в виду? — усмехнулся привыкший к взбалмошности и вздорности старика, Виктор.

— Я провел процедуру нано-капсулирование, или простыми словами создал умную оболочку, — важно начал профессор, — который позволяет храниться этому препарату годами при комнатной температуре! Для этого, я укрепил мембраны эритроцитов клетки углеродной нано сетью. Это делает эритроцит практически бессмертным в ампуле — он не стареет, не лопается и полностью изолирует «гормон смерти» от внешней среды!

— А как тогда этот эритроцит с хроноцидом разрушится в организме? — заинтересовался негениальный партнер.

— Триггерами активации разрушения эритроцитов и высвобождения хроноцида являются тепло и кровь, — пояснил старик, — чтобы препарат сработал только внутри жертвы, нано оболочка должна реагировать на изменение условий. В биологии это называется стимул-чувствительными материалами. Первым триггером являются термо-чувствительность, когда при температуре хранения, например, комнатной, нанооболочка стабильна и тверда. Попадая в кровоток с температурой плюс тридцать шесть и шесть градусов Цельсия, полимер мгновенно плавится или становится пористым. Вторым триггером является pH-активация. В ампуле поддерживается слабая кислотность, но в щелочной среде человеческой крови (pH семь целых, четыре десятых) оболочка растворяется за секунды. И последний, ферментативный ключ. Нано рецепторы на поверхности эритроцита распознают ферменты живой крови и дают команду на саморазрушение нано оболочки!

— А что это дает практически? — спросил зумер.

— Сейчас увидишь — усмехнулся профессор, и выйдя из кухни вернулся с двумя необычными шпицами. Это были не обычные прозрачные шприцы с бесцветной жидкостью. Принесенные шприц были сделаны из матового, светонепроницаемого пластика.

— Наночастицы часто чувствительны к свету, пояснил профессор. Внутри находилась густая, непрозрачная, темно-бордовая или почти черная суспензия. Она была не похожа на обычную кровь — из-за нано компонентов внутри клеток жидкость имела характерный металлический или перламутровый отлив при падении света. Сами шприцы имели двойной контур и встроенный датчик температуры на корпусе. Это был индикатор в виде полоски, которая меняла цвет со светло-синего на зеленый, когда препарат нагревается до температуры тела.

— Положишь его в холодильник, — инструктировал его старик, — Препарат не может лежать в кармане куртки неделю. Мембраны эритроцитов выдержат, а вот Хроноцид внутри них нет. Он хранится в специальном портативном крио-контейнере или медицинском холодильнике при температуре плюс четырех градусов Цельсия, в основном из-за чувствительности Хроноцида к температуре. Если шприц будет долго лежать, нано-эритроциты осядут. На дне образуется темный плотный осадок, а сверху — прозрачная розоватая жидкость (плазма-буфер). Ты не сможешь уколоть это сразу. Перед введением