Я Димасик? Но я же дроу! Том 1 - Владимир Алексеевич Абрамов

В конце недели он собрал студентов всех трёх групп. Из тех, кто сдавал финальный экзамен, пришли лишь чуть больше половины. В итоге он объявил результаты «экзамена» и задал главный вопрос о том, кто готов изучать магию дальше? Из всех испытуемых продолжить обучение пожелали лишь пятеро. К его удивлению, состав был именно таким, на который он втайне рассчитывал, плюс один.

Первой вызвалась Наташа. Её мотивы были очевидны — фанатичная вера и личная привязанность, которую Кайн всё ещё старался игнорировать.

Вторым стал Сергей, который любил выпивку. Отчаянный и податливый, идеальный материал для роли «топлива».

Третьей, кто изъявила желание продолжить, стала Лидия Петровна. Она с первого дня демонстрировала серьёзное желание учиться магии. Её решимость, проявленная в гараже, показала, что эта пожилая женщина обладает недюжинной внутренней силой.

Четвёртая ученица Ирина Викторовна, вторая пожилая женщина, подруга Лидии Петровны. Спокойная, внимательная, всегда всё аккуратно записывающая в потрёпанный блокнот. В отличие от Лидии Петровны, была более скептична, но ритуал с курицей произвёл на неё сильное впечатление.

И тот самый, кто удивил Кайна — студент из первой группы. Тихий, молодой и неприметный парень, который всё это время сидел на задней парте и почти не проявлял себя. Его звали Артём.

Кайн вызвал Артёма на отдельный разговор после занятия.

— Почему? — спросил он прямо. — Ты никогда не проявлял особого энтузиазма. Что заставило тебя сделать этот шаг?

Артём, худощавый паренёк в простой футболке и потрёпанных джинсах, с тёмными волосами, падающими на глаза, помялся. Затем он достал из кармана небольшой обгоревший кусок дерева.

— Я на всякий случай купил несколько кур. В гараже у меня ничего не вышло, но когда я вернулся домой, то попробовал ещё раз. И у меня получилось! Амулет искр. Тот, который вы показывали на первом занятии как пример.

— Древесина в качестве основы? — с удивлением Кайн взял в руки деревяшку.

На ней была выжжена простейшая руна. Он сконцентрировался, пытаясь почувствовать хоть что-то. И почувствовал. Лёгкий, почти неуловимый след, тончайшую паутинку высвобожденной энергии. Амулет был одноразовым и бесполезным, как петарда. Но он СРАБОТАЛ.

— Ты сам додумался использовать древесину? — вернул дроу остатки амулета владельцу.

— Да, — кивнул Артём. — Вы про дерево ничего не говорили, но я подумал, почему бы и нет? Кстати, почему вы про древесину не рассказывали?

— Потому что я учил вас гномьим рунам, — ответил правду Кайн. — А у гномов в подземельях нет древесины. Они используют камни и металлы. Классическая рунная школа гномов не подразумевает использования других материалов. Судя по тому, что у тебя получилось, древесина с их рунами тоже работает.

— Гномы, да? — взгляд Артёма стал задумчивым. — У нас же на планете их не водиться...

— У нас на планете много кого не водиться, — усмехнулся Кайн. — Магии у нас тоже вроде как не существует, но... Кому надо, тот найдёт способы обойти ограничения.

Артём достал из кармана ещё один амулет.

— Если честно, я после гаража думал, что всё это бред. Что мы целый месяц занимались полной ерундой. Но когда я вернулся домой, а там на балконе две курицы... Живые! И что с ними делать в квартире? Продавать снова на Хламито? И сколько это займёт времени?

Кайн кивнул, соглашаясь с ним. Он в своё время с десятком кур намучался. Без личного автомобиля их транспортировка превращается в сложный квест. А хранение живых кур это тоже своего рода мучение.

— Я хотел доказать себе, что это не просто бред, — продолжил Артём. — Что я отдал деньги не за прослушивание глупых лекций. В общем, я запихнул кур в сумку и отправился в батин гараж. Там подготовил ритуал и застелил пол пакетами, затем с помощью инструментов отца сделал парочку амулетов. Потом я сосредоточился, как вы учили, и во время жертвоприношения попытался направить энергию на активацию ритуала. На этот раз у меня получилось. Когда я попытался активировать амулет, он щёлкнул, и из него посыпались искры. Они подожгла щепку! — в его глазах горел огонь настоящей, неподдельной веры. — Я понял, что всё это — правда. И у вас есть чему научиться. По-настоящему.

Кайн смотрел на Артёма, и в его душе боролись противоречивые чувства. Это был первый луч надежды, первое подтверждение, что его усилия не совсем тщетны, что в этом мире, лишённом магии, можно хоть что-то сделать. С другой стороны, этот тихий и неприметный студент стал тёмной лошадкой, на которую он не ставил. Он был непредсказуем. Кайн не был уверен, сможет ли он его контролировать.

— Поздравляю с твоим первым удачным волшебством, — одобрительно улыбнулся ему Кайн. — Ты молодец. У многих ничего не получилось. Но ты, я вижу, старательно учил те приёмы, которые я показывал.

— Дмитрий Анатольевич, — замялся Артём. — А я могу попросить вас о дополнительных занятиях?

— Хм... — Кайн задумался, чему дополнительно может научить этого парня. Разве что занять его тем, чем не жалко. Ведь его программа была составлена таким образом, чтобы эти ученики через месяц-два способны были создать для него амулет, который остановит деградацию рассудка. Лишь после этого можно будет приступать к следующему этапу — подготовке вызова демона. — В принципе, можно. Ты как относишься к подготовке становления на путь боевой магии?

— Боевая магия?! — зажглись восторгом глаза студента. — Я обеими руками за!

— Не спеши, Артём. Это не волшебное обучение, а комплекс физических упражнений. Своего рода боевое искусство, которое служит фундаментом для применения боевой магии. В нём не будет ничего волшебного. Я сам его практикую, готовя фундамент для будущего усиления. В принципе, я готов делать это не один, как сейчас, а приходить сюда и заниматься с тобой. Но я упражняюсь по утрам. К вечеру на подобные утомительные тренировки не остаётся силы. Не знаю, будет ли тебе удобен подобный график?

— Да всё в порядке! — с жаром начал уверять Артём. — Я всё равно давно хотел бросить этот универ. Я пошёл в архитектурный только потому что так настоял отец. Он у меня архитектор. А я эти чертежи на дух не переношу. Я хотел пойти на программиста. В итоге я хоть и поступил в ГорХоз, но уже договорился о переводе в другой универ. Но там занятия начнутся в следующем году.

— Хорошо,