Ловец знаний 1-11 - Роман Романович

— Верно, но лишь отчасти. Весь смак кроется в мелочах. Как по мне, звание знающего сильно переоценено. Те, кто находится ниже, думают, что это какой-то особый этап. В принципе, так и есть. Но ты и сам должен был заметить, что с момента перехода особо сильнее не стал.

— Стал, но да, не так чтобы это был мощный скачок.

— О чем и речь, — покивал отец. — Давай по порядку, от чего сила знающего зависит. Сам переход на этот уровень, по сути, что такое? Это подготовка организма и в первую очередь мозга с нервной системой к тому, чтобы воспринимать большие потоки информации. Поэтому те, кто полагается лишь на грубую силу, не развивая мозг, — отец постучал себя по виску, — никогда на этот уровень не всходят. Почти никогда, — поправился он. — Всё же есть предрасположенности, и быть знающим не означает быть умным. Тем не менее мозг и нервная система должны быть развиты. Это первый момент, который отчасти относится к закалке. Не совсем обычной, но ты понял.

А что тут не понять. В организме всё связано. Не буду утверждать за других практиков, но в некоторых дисциплинах, которые я изучал, приходилось как следует себе мозги поломать. Развитие — это ежедневные задачи, которые приходится решать. Часть из них рутинные, а другая часть — то, что как раз мозг и напрягает.

Хотя что-то мне подсказывает, здесь развитие должно идти не только от решения задач, но и в целом от общей закалки. Когда ты постоянно ешь специи, благодаря которым, по факту, твой организм мутирует, это не только мышцы развивает, но и то, о чем говорит отец, — мозг и нервную систему.

— Также этот момент относится к тому, что формирует силу знающего. Грубо говоря, у каждого из нас есть скорость и объем освоения знания. И если один практик способен постичь всего за сутки продвинутую технику, то второму потребуется на это месяц, а третий вообще не сможет этого сделать.

— Получается, те, кто послабее, просто медленно работают с архетипом?

— Да, но повторюсь, это всего лишь один пункт того, что формирует силу.

— Тогда продолжай.

Не то чтобы этот пункт какое-то открытие. Скорее вовсе не открытие. Став знающим, я и сам уже понял, что к чему, но хотел уточнить у более опытного практика. Вдруг какие нюансы подскажет.

— Второй важный момент — это то, как устроен архетип. Ты много уже успел посмотреть?

— Кое-какие таинства для себя нашёл и улучшил то, что было, — ответил я. — Твои техники, кстати, выше всяких похвал. О них я бы тоже потом хотел поговорить.

— Поговорим, почему нет, — улыбнулся Дарман. — Так вот… Предположительно, архетип включает в себя всё, что когда-то было сделано и создано с помощью него. Не будем вдаваться в подробности того, как архетипы пересекаются между собой, как работают смежные стихии. Не уверен, что кто-то разбирается в этом вопросе до конца. Сейчас о ключевых моментах. Как нетрудно догадаться, и жизни не хватит, чтобы почерпнуть все знания.

— Это я уже понял.

Отец усмехнулся. Ну да, когда погружаешься в архетип, ему не видно ни конца, ни края. А по поводу смежности мне уже было, что сказать, хотя ещё требовались более тщательные проверки. К примеру, если найти какое-то таинство, завязанное на использовании нескольких стихий, то сможешь воспринять то, что относится к твоей силе. Или в моем случае к силам. То есть я спокойно мог изучать таинства, связанные с использованием движения и копья. А вот движения и огня, к примеру, уже нет. То, что касалось огня, — это мне не открывалось. Зато можно было найти знание, как с помощью движения использовать чужую силу.

Короче, даже в этом одном примере имелось столько нюансов, что можно было зависнуть на месяц-другой. А сколько там ещё знаний присутствовало — в принципе, с позиции одной человеческой жизни, даже очень долгой, можно утверждать, что архетип бесконечен.

— Ты и сам должен видеть, какие сложности с этим связаны, — продолжил отец. — Я специально таинства разрабатывал, чтобы поиск упростить. Точно знаю, что у многих знающих с этим проблемы. Ситуации, когда неделями медитируют, чтобы найти ответ, — вполне типичны. Конечно же, это неудобство перекрывает сам факт того, что можно найти почти любой ответ… Если проводить аналогии, то архетип можно сравнить с очень большой библиотекой. Не во все секции есть доступ. Не все книги хватит ума осилить. И не все получится найти. Вот что такое жизнь знающего. Постоянно беготня по запутанным коридорам с шансом застрять внутри и быть поглощенным архетипом.

— Поглощенным? — про этот момент я ранее не слышал.

— Конечно! А ты думал, рисков никаких нет? — в глазах отца легко читалась насмешка. — Ближайшие к тебе знания — это то, с чем ты более-менее знаком. Поэтому доработать то, что уже и так знаешь, проще всего. Ты не должен был испытывать с этим трудностей, но не обольщайся. Дальние секции, — Дарман интонацией обозначил это слово как метафору. — Трудно найти, воспринять, а потом и унести обратно.

— Что значит унести?

— Это когда ты погружаешься в архетип, находишь, что нужно, впитываешь в себя и возвращаешься. Ты ведь не сразу выныриваешь. А находишь что-то типа двери или точки выхода. Особенно хорошо это прочувствуешь, когда будешь искать «дальние» знания.

Я призадумался, обращаясь к своему опыту. Минус таких разговоров в том, что опыт погружения — это область ощущений и образов. То есть я путешествовал по архетипу не физическим телом, а чем-то другим, нематериальным, воспринимая знания напрямую. С помощью слов этот опыт очень сложно объяснить. Тот случай, когда нужно испытать, чтобы понять.

Проблема же в том, что у Дармана свой, уникальный опыт. Который он пытается передать с помощью слов. А слова — это само по себе ограничение. В языке местных просто нет подходящих слов, чтобы передать всю глубину. Вот и получается, что он интерпретирует свой опыт, искажая передачу. Я интерпретирую его слова, как могу, накладывая на свой опыт, и пытаюсь что-то осмыслить с помощью этого.

Вроде понятно, а на деле… Разбираться и разбираться ещё.

— Мой тебе совет — не спеши лезть в дали. Дай себе пару лет на то, чтобы освоить ближайшие горизонты. Что, кстати, приводит нас к третьему пункту, почему незнающий может быть сильнее знающего.

— Почему? — вздернул я бровь.

— Практика! — победно выставил Дарман указательный палец перед собой и рассмеялся.

— А-а.

Это было очевидно. Я-то ожидал более сложного ответа, а тут такая банальность.

— Объяснять этот пункт надо? — продолжая посмеиваться,