"Фантастика 2025-23". Компиляция. Книги 1-21 - Евгений Дес

Представляю как бесится там Никита Сергеевич, но жалко мне его совсем не было.

Демигар лежал все в том же положении. Стен у шатра так и не было. Черт, я совсем про них забыл. Некогда было совершенно.

У дракона стоял только Тихон. Виталя и Кондрат ели кем-то принесенную похлебку.

— Вы прям к нам как на работу, — усмехнулся Виталя. — Она-то понятно, — кивнул он в сторону Сони. — Это ее дракон. А вы, ваше благородие, какими судьбами?

— А я смотрю тебя жизнь-то ничему не учит, — сурово посмотрел я на него. — Могу освежить в твоей памяти вежливость.

— Мы народ простой, ваше благородие, — фыркнул Виталя. — На хребте аристократов нет, потому мы особо не привыкшие.

— Уймись, — пихнул его в бок Кондрат.

— Угу, — мрачно произнес я. — Как Демигар?

— Вот-вот придет в себя, — ответил за всех Тихон. — Мы славно постарались.

— Верю.

Соня подошла к своему дракону, взяв с собой Нику, и начала ласково гладить ему бок. Я установил связь с Демигаром.

Он, как и в прошлый раз мне поддался. Он действительно чувствовал себя лучше и находился- где-то на поверхности своего сознания. Я попробовал на него легонько надавить, подтолкнуть его к свету и…

Демигар открыл глаза, похлопал ими, а потом медленно поднял голову. Тихон в шоке отпрянул от него, а Соня тут же бросилась обнимать своего дракона.

Меня же, как и в прошлый раз выбило из связи с ним. И сколько я не пытался, установить заново не получалось. Чертовщина какая-то.

При этом он был ДО СИХ ПОР В СЛОТЕ!

Как только дракон приходит в сознание все сразу рушится. Я не могу пока управлять более сильными? Это тоже странно. Гестия — самая сильная из них.

Возможно дело в характере и природной предрасположенности. Хотя назвать характер Гестии «легким», я бы не решился.

— Демигар! Я так переживала за тебя, — по щеке Сони прокатилась одинокая слеза.

Дракон повернул положил на нее свою голову, в знак признательности. Ника тем временем отошла от него подальше и встала рядом со мной.

— Так, только мы еще не закончили! — воскликнул Виталя, вскочив на ноги.

— Да, ему еще нужно восстановиться, — подтвердил Тихон.

— Мы проделаем еще пару манипуляций для закрепления эффекта, — подал голос Кондрат.

— Ой, да делайте, что хотите, — махнула на них рукой Соня, ласково поглаживая Демигара по щеке.

Да она похоже его искренне любит. А мне немного обидно. Что это? Ревность?

— Боюсь князь с вами не согласится, — задумчиво произнес я.

— Тогда ему пока не нужно об этом знать, — дерзко воскликнул Виталя.

Да что ж за человек-то такой. Каждым словом меня выводит из себя.

— Ваше благородие, вы уж не говорите ему пока, — затараторил тут же Тихон. — Барьер пока держится, а нам нужно не так уж много времени, чтобы все успеть.

В их словах был резон. Но в то же время, чем быстрее Соня начнет истреблять артиллерию, тем больше шансов у барьера выстоять.

— Сколько времени вам нужно? — спросил я.

— Час, может два, — ответил Кондрат. — Тут как пойдет. Позвоночник — сложная штука.

— Я не дам дракона, пока он полностью не восстановиться, — скрестив руки на груди и нахмурившись сказала Соня. — Это опасно. И для него, и для меня.

— Время пока есть, — успокоил я ее. — Но его очень мало.

— Лари! Смотри! — воскликнула Ника, показывая в сторону замка.

Я проследил за ее указательным пальцем. По улице шла целая делегация. Князь со своей свитой, верховный магистр в окружении детей, среди которых был и Никон, и командир городской стражи Крупский.

— Будьте здесь, — сказал я всем, а в первую очередь Нике.

Нужно было спешить, они уже приближались к северным воротам. Я запрыгнул на лошадь и поскакал.

С таким составом делегация продвигалась достаточно медленно, дети сильно тормозили ее. И все равно, мне удалось их только когда они поднимались по лестнице.

— Ваше сиятельство! — окликнул я князя.

Стража тут же преградила мне дорогу, а князь, уже поднявшись на один пролет, обернулся.

— А, юный Броневой, — улыбнулся он. — Мне уже доложили о ваших успехах.

Интересно, кто бы это мог быть? И какие там к черту успехи?

— Ваше сиятельство, среди детей мой брат, — сказал я. — Ему нельзя на стену, он слишком мал.

— Магистр утверждает, что сейчас любая капля силы может сыграть свою роль, — сурово произнес князь.

— Он ошибается, — покачал головой я.

— В этой ситуации, я склонен ему верить. В его словах есть логика. Сейчас любые средства хороши. И ты прекрасно об этом знаешь. Иначе бы не пошел с моими людьми на верную смерть.

Во мне кипели чувства. Я очень сильно не хотел, чтобы Никон оказался в опасности на стене. Барьер в любой момент мог рухнуть. Но я же сам предложил их всех увести в самый последний момент. Если бы я тогда знал…

— Понимаю, — кивнул я. — Дайте его хотя бы успокоить. Он сильно напуган.

— А я понимаю твои чувства, — согласился князь. — Поэтому пойдем. Пустите его.

Я проскочил вперед мимо стражи, а затем и мимо князя. Бежал вперед, распихивая свиту на своем пути.

Наконец, добравшись до мальчика, я схватил его на руки и крепко прижал к себе. У него были красные глаза, а все тело пробивала мелкая дрожь.

— Лали, — прошептал он. Его голос осип от плача.

— Не бойся, малыш, я с тобой, — прошептал ему в ответ я.

— Забели меня отсюда, — жалобно протянул Никон.

Я проглотил тугой комок в горле.

— Не могу, — хриплым голосом сказал я.

— Патиму⁈ — закричал Никон.

— Подожди, успокойся, — тут же поспешил сказать я. — Я буду рядом с тобой и никому не дам тебя в обиду.

— Дазе этёму злёбному деду? — Никон покосился на магистра Боярышникова.

Ох, не его тебе нужно бояться, мальчик. Не его.

— От него в первую очередь, — прорычал я.

Верховный магистр слышал весь наш разговор и, тихо брызжа слюной, что-то бормотал.

Я поставил Никона на пол.

— Падазди не ухади! — закричал мальчик.

— Я никуда не ухожу, — сказал я. — Видишь? Буду стоять здесь и наблюдать за тобой. Вот тут в сторонке. А ты делай все, что тебе говорят.

Никон всхлипнул, вытер слезу и кивнул. Его поставили в один ряд с остальными одаренными. Здесь было двое подростков и около двадцати детей. Самому старшему было едва ли пятнадцать лет. А таких как Никон и не было вовсе.

Магистр Боярышников приказал всем взять за руки, схвати при этом самого старшего правой ладонью. Из