Солнечное знамя - Константин Константинович Костин

«Я сказала, что хочу не потому, что хочу, а чтобы ты уговорил меня отказаться» для него явно была незнакома. Хотя… Было подозрение, что сталкивайся он с такими девушками — его поведение нисколько бы не изменилось.

Закрытый глаз охотника — хотя теперь наверняка бывшего — блеснул синевой в чуть приоткрывшейся щелке. Бдит. Следит, чтобы она не слишком сильно устала.

Прияяятноо…

Алиона почувствовала, что опять чуть сбавила темп — на что и среагировал Зай, даже в полудреме — и опять поднажала, чувствуя легкую боль в мышцах. Ничего, это приятная боль. Как пели Скорпионсы «Nopain — nogain». Не боли — нет результата. А ей нужен был результат.

Алионе смертельно надело быть слабой.

* * *

Как известно любому учившемуся в школе, кратчайшее расстояние между двумя точками — прямая. Вот, например, герои американских ужастиков в школе учились точно — да по большей части все еще учатся в ней — поэтому от маньяка, монстра, зомби, автомобиля, катящегося камня побегут строго по прямой, даже не пытаясь свернуть.

Зай с Алионой себе такой роскоши позволить не могут, потому что точно знают — эльфы ТОЖЕ учились в школе. Поэтому, предполагая, что беглая игрушка и носитель странного проклятья рванут в людскую Империю, они будут выслеживать их и ставить ловушки и засады там, куда рвутся 90 % всех беглецов.

На границе Тениндора, королевства Истинных эльфов и Лайтмера.

Государства полуэльфов.

* * *

— Никогда не верьте полуэльфам! — наставлял их дядька Грок, — Полуэльф — хуже эльфа!

Тут он сделал паузу, которую явно нужно было заполнить словом «Почему».

— Почему? — послушно спросила девушка.

— Что ты думаешь, когда видишь эльфа? — прищурился дядька.

— Ну, что… Понятно что.

— Мне — непонятно, — отрезал Грок, — Я мыслей читать не умею. Что ты думаешь, когда видишь эльфа?

— Что это — враг.

— Правильно. А что ты думаешь, когда видишь человека?

— Ну, другом сразу считать не стану…

— А врагом?

— Тоже.

— Вот! Вот твоя ошибка… Зай!

— Что? — вскинулся тот, как натуральный заяц, вспугнутый слежки.

— О чем я сейчас говорил?

— О том, что Алиона в чем-то там ошиблась?

— А ты?

— А я — нет. Я же ничего не говорил, значит, не ошибся… Ай!

Дядька Грок дал племяннику еще один щелбан, для закрепления эффекта, после чего продолжил:

— Вы оба ошибетесь, даже к гадалке ходить не надо. Тем более, то она простыла и кашляет так, что шторы колышутся… Ошибетесь, если будете считать полуэльфов — людьми. Полуэльфы только походи на людей, но сами себя считают эльфами. И ведут себя как эльфы. Только еще хуже.

— Почему хуже? — не совсем уяснила Алиона. Зай снова положил голову на руки и прикрыл глаза.

— Потому что эльфу не нужно доказывать самому себе, что он эльф.

* * *

Как уже было сказано, 90 % всех беглецов рвутся в Империю через полуэльфийское королевство Лайтмер. По очень простой причине — Лайтмер вытянулся узкой полосой вдоль Менисарского озера, по которому проходит граница с Империей. В наиболее узком месте от эльфийского королевства до человеческой Империи расстояние составляло около пятисот хадов, что по земным меркам — километров пятьдесят, из которых с полкилометра — по озеру.

Совсем немного, кажется, рывок — и ты в безопасности.

Но ведь эльфы тоже ходили в школу, помните?

Эльфийская граница в этом месте перекрыта так, что железный занавес по сравнению с ней — легкий заборчик, а сам Лайтмер нашпигован агентами «Дортеко» — эльфийской тайной полиции.

Количество тех, кому удалось здесь прорваться, измеряется единицами. Из многих сотен.

Где же пытают судьбу остальные?

Еще 9 % идут через горы Финнела. Горы-то там — тьфу, скорее цепочка высоких, поросших лесом, население мало, а ширина Финнела — чуть больше, чем Лайтмера. К тому же в Финнеле не любят, когда по их земле шастают дортековцы.

Проблема в том, что людей в своих лесах полуэльфы Финнела не любят еще больше.

В общем, тех, кому удалось скрыться от лесных егерей — те же самые единицы.

Кратчайший путь — не всегда короток.

* * *

Путь Алионы и Зая по эльфийским землям, вычерченный на карте дядькой Гроком, коротким не был. И прямым — тоже. Он вился, петлял и извивался, повторяя петли и извивы лесных рек.

— Медленнее, зато надежнее, — напутствовал их дядька, сажая в купленную лодку, — На дороге всегда есть риск наткнуться на проверку документов, а твою руку, Зай, от проверки не спрячешь. Да и паспорта ваши… При беглом взгляде — прокатят, но…

Эльфийские паспорта выглядели как узкие дощечки с выжженой вязью, которую Алиона до сих пор не могла прочитать. Впрочем, читать там было особо нечего, главным там были солнечная звезда Тениндора сверху и изящная спираль магической печати — внизу. Если к ней приложит палец настоящий владелец— печать мигнет синим. Главное, чтобы печати на паспортах Зая и Алионы больше никто не трогал. Они исправно мигали синим на любое прикосновение. Даже на севшую муху.

* * *

Дни шли за днями, прошла неделя, пошла вторая… Алиона почувствовала, что ее начинает отпускать вечное напряжение, поселившееся в ней вместе с первым ударом «бича». Или даже… Или еще раньше? Она уже не могла сказать, что в ней изменилось, но, кажется, она никогда не чувствовала себя такой… Свободной? Смелой? Независимой? Непонятно, что именно, но было чувство, что с нее сняли какой-то тяжелый груз, который она носила чуть ли не с рождения. И на душе поселилась доселе незнакомая легкость.

Днем они плыли, среди зеленых лесов, среди которых Алиона чувствовала себя неожиданно защищенной. Казалось бы, странно, ведь они скрываются от эльфов — обитателей леса, но девушка уже поняла, что хваленые «обитатели леса» в подметки не годятся ее Заю.

Эльфы не любят леса. Значит, она — любит.

Иногда они приставали к берегу, чтобы развести костер и поджарить на маленькой походной сковородке жирных дуинлимов — неизвестных Алионе, но очень вкусных рыбешек с черными пятнышками на серебристых боках и высоким плавником на спине. Зай, ничем не отличаясь от земных рыбаков, каждый раз обещал сварить из них «настоящую уху», и каждый раз ему чего-то не хватало для этого. Чаще всего — желания.

В качестве компенсации он, обсасывая косточки от очередного жареного дуинлима, раскрыл девушке секрет того, зачем рыбаки, сварив уху, тушат в ней головешку из костра. Оказывается, делается это не с каждой рыбой — с дуинлимами, например, не надо — и для того, чтобы устранить болотный запах, который эти самые некоторые рыбы придают. Потом Зай пустился