Одиночка - Александр Александрович Долинин

— Больные, или те, кто по каким либо причинам не могут нести службу, выйти из строя!

Не вышел никто. Как и следовало ожидать…

— Старшие групп, командуйте!

Обе тройки навесили на себя рюкзаки и с автоматами в руках двинулись к проходу между холмами. «Прямо как выход за «языком», — мелькнула мысль. Но наши будущие «языки» скорее всего никогда не узнают, что поставляли нам различную информацию. Скоро группы доберутся до нужных точек, и чуткие наблюдатели начнут ловить дрожание нитей незримой паутины, опутавшей ближайшие к нам острова в дельте Амазонки.

Я поднялся к нашему пункту, расположенному на гребне холма. Пост «Гнездо» уже приступил к работе, один из разведчиков сидел с наушниками на голове, другой наблюдал за окрестностями в бинокль. Третьего пока не было, он в палатке распаковывал солнечные панели, которые я взял с собой для обеспечения подзарядки радиостанций. Группам, которые ушли на удаленные пункты наблюдения, пришлось нести с собой довольно тяжелые свинцовые аккумуляторы с «гелевым» электролитом. Но они были небольшие, потому что у каждой радиостанции в комплект входили два аккумулятора увеличенной емкости, любого из которых хватало на сутки работы в режиме приема. Когда первый разрядится, его заменят и поставят на заряд. В случае слишком быстрого разряда аккумуляторов и невозможности их подзарядки группа должна была продолжить визуальное наблюдение, а затем отойти к месту нашего нынешнего расположения.

На мой беззвучный вопрос, переданный с помощью неопределенных волнообразных движений пальцев, дежуривший у радиостанции егерь отрицательно покачал головой. Ну, сразу что-то «поймать» я и не надеялся. Называется, «почувствуй себя кошкой у мышиной норки», хе-хе. Я покрутил ручку полевого телефона, в трубке раздалось:

— Бегун на связи!

— Старший рядом?

— Да.

— Дай его к трубке.

— Слушаю Богатырев…

— Руслан, у тебя бинокль с дальномером есть?

— Да, есть.

— Сейчас к тебе подойду, одолжишь ненадолго?

— Что, хочешь карточку огня составить?

— Ну да, сделаю сейчас, чтобы потом спать спокойно.

Я услышал его смех и положил трубку на аппарат. А что, у нас тут будет практически взводный опорный пункт, вот и нарисую карточки, потом разложу по нашим окопчикам. На спальнике в палатке я еще успею поваляться — трое суток здесь дежурить, если ничего не случится.

* * *

Пока я рассматривал ориентиры и вносил в карточку расстояния до них, прошло довольно много времени. Оставив карточку в окопе, я подошел к дежурившему у радиостанции разведчику. Он показал мне записи в журнале наблюдений — о, есть первые «болтуны», что тут у нас интересного?

Так, частота 147.100, время разговора 20.01, примерный пеленг 190 градусов, позывной «Джим», содержание разговора — проверка связи. Позывной другого собеседника — «Барс», на него пеленг взять не успели, ладно, потом определят. Обоих слышно хорошо, значит, расстояние до них не очень большое.

— Передайте первому и второму постам, когда выйдут на связь — пусть ставят свободную станцию на контроль этой частоты, как только начнется передача — возьмут пеленги, и так со всеми вновь обнаруженными чужими радиостанциями, ясно?

Дежурный кивнул, и начал быстро вносить в журнал данные очередного перехвата — видимо, в эфир только что вышел кто-то еще.

Я спросил второго наблюдателя, который и записал данные «Джима» в свое дежурство:

— На каком языке был разговор?

— На чеченском.

— А там точно было имя «Джим», оно для них не очень характерно?

— Не уверен… Самое начало разговора пропустил, теперь сам думаю, правильно или нет записал.

— В следующие сеансы снова послушай и уточни, скорее всего, они в определенное время связь проверяют — около «00» каждого часа.

(Кстати, потом оказалось, что это не «Джин», и не «Джим», а «Жым» — в переводе «Малыш»…)

* * *

Огневая позиция для миномета могла служить иллюстрацией к руководящим документам — настолько все было тщательно откопано и выровнено. Идеально круглая площадка по центру, пара ровиков глубиной чуть меньше метра, отходящих в разные стороны, и весьма большой заглубленный «отсек» для ящиков с минами.

— Приветствую «богов войны»!

— Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! — отозвался сержант, командир минометного расчета, который что-то подкручивал сбоку «трубы». — Сержант Петровский.

— Нормально устроились, может помочь, чем нужно?

— Да все нормально, только устали, пока место под боекомплект вырыли.

— Это да, тут вам не позавидуешь… Сколько тут поместится, сотни полторы?

— Так точно, взяли сто шестьдесят мин.

— Будем надеяться, что израсходовать их вам не придется.

— Хорошо бы, только назад в машину грузить тяжело будет.

— Ничего, если надо — поможем, — вот контакт и налаживается. — А если серьезно, тебе целеуказание как лучше давать, у меня буссоли-то нет, только обычный компас?

— Тогда давайте азимут на цель и дальность, дальше по ходу дела разберемся, — ответил сержант.

— Сколько времени на открытие огня нужно будет, когда данные получишь?

— Примерно секунд тридцать, у нас все готово. Если спать будем, то на минуту больше. — Мы снова дружно смеемся.

— А где ваша палатка-то стоит?

— Вот, здесь недалеко, расчет сейчас отдыхает.

— У тебя радиостанция своя есть, на какой частоте работает?

— На общей, капитана Богатырева слушаем и его команды выполняем.

— Понятно, если что — сразу на тебя выйду, нам с гребня больше видно, чем вашему наводчику из этой ямы. Заодно подскажи, давно хотел узнать — что у миномета за насадка такая на стволе?

— У нашего миномета на стволе с помощью резьбы закреплено устройство, работающее предохранителем от двойного заряжания. Оно со стороны выглядит как цилиндр с прорезями, внутри установлена на оси так называемая «лопатка», которая при наличии в стволе миномета мины перекрывает ствол таким образом, что вторую мину опустить невозможно. Когда мина вылетает, лопатка поднимается и дает зарядить следующую мину в ствол. Этот предохранитель установлен для того, чтобы не дать опустить вторую мину на первую, иначе обе мины взрываются, и расчет при взрыве погибает. Такие случаи были во вторую мировую, во время боя, когда очень быстро подряд заряжали в ствол мину за миной.

— А на «импортных» такого нет?

— На иностранных минометах таких предохранителей нет, они своих людей не жалеют.

— Дальность выстрела эта железка не уменьшает?

— Так за любым оружием следить нужно, и знать его хорошо, тогда при стрельбе все нормально будет.

Познакомившись таким образом с сержантом-минометчиком, я пошел в свою палатку. Еще мне нужно перед сном свое оружие почистить, сегодня днем без стрельбы обошлось, поэтому долго возиться не буду…

11 число 8 месяца 23 года, недалеко от устья Амазонки

Из радиоперехватов:

«— Кто сейчас с