Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова

подстеленном плаще. Ко мне кто-то склонился и тронул за плечо. Повернув голову, я встретился с пронзительным живым взглядом согнувшегося надо мной сухощавого мужчины. На нем была старая латаная одежда моряка, широкий кожаный пояс с несколькими кинжалами, а пшеничные волосы придерживались кожаным ремешком. По лицу – северянин, только…

– Живой?

Я кивнул и попытался встать, но в голове будто что-то взорвалось, и я, стиснув зубы, чуть не рухнул назад.

– Эй-эй, осторожнее.

Он успел меня подхватить и снова помог улечься на плащ.

– Что там, Лирак? – послышался зычный бас.

– Он пришел в себя, мой ярл! – крикнул Лирак, вновь выпрямляясь. – Только еще плох.

– Ничего, бывает хуже.

Волна дурноты ушла, я шумно выдохнул.

– Как я здесь оказался? – спросил, не открывая глаз.

– С нашим кракеном познакомился, – раздался смешок. – Он у нас любит новых людей.

– На закуску, – грубо рубанули рядом.

Меня сгребли в охапку и резко подняли. Голова пошла кругом, внутри закипела злость. Волей-неволей глаза пришлось приоткрыть.

– Гнилые водоросли и те выглядят лучше тебя, парень.

Но я не мог ничего ответить, лишь, съежившись, глядел на стоявшего рядом. Утбурды всего севера, как он огромен! Выше меня на голову точно, да шире в плечах – Йорд бы обзавидовался. А Йорд все-таки рисе. Возможно, казалось так еще и потому, что он держал меня тряпичной куклой над палубой. На его лицо свисали седые пряди, но я сумел все же рассмотреть высокий лоб, орлиный нос, впалые щеки и резко скошенный подбородок. Его губы искривила ухмылка. От правой скулы прямо к глазу тянулся жуткий рубец, напоминавший клин. Основание этого клина касалось века. Точнее, когда-то касалось, потому что вместо живого человеческого глаза на меня смотрел мутный кусок льда. Но при этом по коже пробегали мурашки, и становилось не по себе от этого молчаливого разглядывания. Будто он видел насквозь. Левый глаз был вполне человеческим и дрожи не вызывал.

– Что, залюбовался? – почти ласково осведомился он. – Ну это ничего, это нормально.

Я вдруг осознал, что слышу тот самый голос, который велел кракену остановиться.

– Есть немного, – ответил я и поразился тому, что мой собственный голос превратился в глухой хрип.

– Мой ярл… – робко попытался вмешаться Лирак.

– Да?

Именуемый ярлом медленно опустил меня на ноги, при этом продолжая сверлить взглядом. Возникло желание вжаться в борт, а еще лучше – слиться с ним.

– Владыка хочет видеть этого человека.

– Я знаю.

Ледяной глаз будто сдирал кожу, раздвигал мышцы и, ломая кости, хотел узреть все спрятанное под оболочкой тела. Пальцы, впившиеся мне в плечи, причиняли боль, словно испытывая на прочность.

Но мне, тем не менее, удалось собраться и прямо посмотреть на ярла:

– С кем имею честь разговаривать?

Неуместный пафос развеселил его, на губах снова появилась усмешка:

– Фьялбъерн-драуг к вашим услугам, господин Глемт.

Казалось, еще миг – и он отвесит поклон. Лирак тоненько засмеялся, неожиданно его смех подхватило море голосов. Я быстро осмотрелся, но никого не увидел. В голову закралась нехорошая мысль: так и сходят с ума, Оларс. Не разобрать – хохочут невидимые мне моряки, морские волны или, может, сам корабль.

– Ничего. – Фьялбъерн с размаху хлопнул меня по плечу, и я едва удержался на ногах. – Пока ты на «Гордом линорме», можешь считать себя в безопасности.

– Как я здесь оказался?

Он уже успел отойти на несколько шагов, а теперь обернулся и пожал плечами. Одет, кстати, он был по-простецки: шерстяная рубаха, штаны из кожи, сапоги, пояс. И даже не вооружен, что весьма странно для плавающего в северном море. К тому же выглядело одеяние ярла, мягко говоря, потрепанным. Так же, как парус. Спустя несколько мгновений до меня дошло: ярл одет совсем не по погоде!

– Спроси у Гунфридра. Это он из храма на скале и знает все дороги в море, – сказал он в ответ.

С этими словами ярл пошел дальше, потом начал спускаться вниз. Я нахмурился и, желая подтвердить свою догадку, быстро глянул за борт. Так и есть! Ряд весел с нечеловеческой точностью поднимался и опускался в воду. Кто бы ни управлялся с ними, он находился внизу. Значит, Фьялбъерн спустился к гребцам. Вот только на севере предпочитают совсем другие корабли, внизу гребцы сидели только у южан! И в основном это были рабы. Но почему ярл ходит на таком корабле? Неужто тут попрали законы севера и впустили в свою жизнь рабство? Я огляделся. Ага, вот и надстройка, а вон вход в каюту.

– Чего так беспокоишься? – Лирак с интересом посмотрел на меня, будто на диковинного зверька.

– Корабль-то не северный.

Лирак улыбнулся:

– Да и ты не северный, Посредник.

Я нахмурился и кинул на Лирака быстрый взгляд, но тот смотрел на меня совершенно невинно и искренне. Внутри зашевелилось нехорошее подозрение. Эти оборванцы знают что-то такое, чего не знаю я? Или нарочно хотят посмотреть, что я буду делать?

– С юга, – неожиданно миролюбиво ответил Лирак. – Гунфридр благоволит к нашему храброму ярлу.

В голосе моряка звучала такая гордость, что невольно захотелось расспросить, чем же ярл так выслужился перед Морским Владыкой. Вид и дружелюбие Драуга оставляли желать лучшего, поэтому, кроме разбоев, я ничего представить не смог.

– На ногах вроде стоишь, – вдруг деловито сообщил Лирак, обойдя меня и внимательно осмотрев. – Сейчас принесу тебе что-нибудь выпить. Смотри только, не свались за борт.

Я сделал вид, что не заметил издевки в его голосе. Он уже было повернулся, но остановился и предупредил:

– В каюту пока не ходи. Рано еще.

Ничего не объяснив, Лирак быстро направился тем же путем, что и Фьялбъерн. Кстати, Фьялбъерн… Что-то жутко знакомое. Где-то я уже слышал это имя. И Драуг… Странное прозвище. Это все равно, если бы меня величали Оларс Йенгангер. Тьфу, гадость какая! Да и тени Госпожи нашей Смерти я не почувствовал на ярле, поэтому прозвище становилось вдвойне глупым. Негоже звать Смерть раньше срока – она же придет.

Соленый воздух и пробиравший до костей ветер заставили подхватить плащ, на котором я еще недавно лежал, и плотно в него закутаться. Вид у плаща, может, не ахти, но стало теплее. Никогда не любил море. Здесь я чувствую себя будто в ловушке. Куда лучше ощущать под ногами твердую землю.

Из серых волн вдруг показалась прелестная головка с убранными жемчугом зелеными волосами. Помахав мне изящной ручкой, хавфруа послала воздушный поцелуй и снова нырнула в пучину.

Я лишь покачал головой, но губы сами расползлись в улыбке. Ох, шалуньи, девы морские, все бы вам парней на дно заманивать. Однако, после того как