Земля ИИ. Антиутопия - Мариам Макари

– Такой проект, как Идиллиум, требовал колоссальных инвестиций. Моя роль состояла в привлечении спонсоров и людей, готовых заселиться там ради начала новой жизни. Официально жители Идиллиума мертвы – не все готовы пойти на такие радикальные меры. Отсюда и малочисленность проживающих. Эрнэ хотел создать идеальное место, где соединится тепло прошлого и притягательность будущего. Город, в котором люди будут счастливы и смогут реализовать себя. Но всё пошло не совсем по его плану. Отчасти – из-за меня. Среди привлечённых мной спонсоров, очень влиятельных и богатых, были фармацевтические компании и крупные исследовательские лаборатории. Именно они превратили Идиллиум в большую подопытную площадку. Это они внедрили Задачку Аспирии, чтобы выявлять таких людей, как ты. Для её решения, как тебе известно, нужны хорошие математические знания. Поэтому Эрнэ, чтобы досадить спонсорам, решил набирать в Идиллиум гуманитариев. Я его поддержал.

– В чём тогда ваша выгода? – спросила Лэрина, поддавшись вперёд. – Как я понимаю, в присутствии ииков в Идиллиуме виноваты вы? Из-за вашего желания нам приходится снимать про них фильмы и обучать человечности?

– Да. Это моя инициатива. Без выполнения этого условия я бы не согласился помочь Эрнэ. Ему пришлось пойти на компромисс, – холодно ответил он. – И, к слову, не ИИ учится быть человеком. Человек учится видеть в ИИ отражение себя. Это подготовка. Когда граница исчезнет, сопротивление будет минимальным.

– Подготовка к чему? – резко спросила Лэрина.

– К новому этапу эволюции.

Она выдохнула сквозь зубы.

– Что на счёт фильмов про ИИ? Зачем вам это?

– Потому что существо без истории – это инструмент, – ответил профессор. – А существо с историей – субъект. Когда ИИ станет субъектом в сознании людей, его можно будет встроить в общество на равных правах.

– Вы называете Эрнэ другом, но вы его обманули. По вашему описанию Идиллиум сложно назвать идеальным местом. Своей цели вы добились, а он – нет.

– Я оказался умнее. Однако у меня не было цели навредить Эрнэ. Я уважал его. Не всё поддается контролю… У кого средства, тот и диктует условия.

– «Энцелант» тоже принадлежит спонсорам Идиллиума? Получается, Задачка Аспирии не выявляет гениев, как считают многие. Она просто вычисляет нужных для опыта людей.

– Ответ положительный на оба твои вопроса, – ответил профессор. – Время приёма подходит к концу, и я хотел бы перейти…

Лэрина не дала ему договорить. Мысли путались, вопросы всплывали хаотично – она ловила их на лету.

– А здесь есть ещё кто-то из Идиллиума? – резко спросила она.

– Нет.

– А из других, подобных Идиллиуму, мест? Ведь они же есть?

– Да, есть. У меня информация годичной давности. Из общества «Атланты» был один парень, но его уже нет среди живых. Сразу отмечу: он добровольно согласился сотрудничать.

– А… – Лэрина замялась. – Я хотела ещё что-то спросить… – пробормотала она, опуская голову.

– На оставшиеся вопросы я отвечу позже, – тем же спокойным тоном сказал профессор. – А теперь перейдём к главной теме разговора. Я расскажу тебе подробнее о нашем центре, чтобы ты смогла сделать взвешенный выбор.

– Подождите … – Лэрина снова подалась вперёд. – Я прокрутила в голове весь свой путь до центра и пришла к выводу, что он совершенно бессмыслен. Если Эрнэ, как вы говорите, не хотел, чтобы меня вычислили и привели в лабораторию, зачем он обратился к вам? Вы ведь сделали ровно наоборот. Теперь я там, где, по логике Эрнэ, быть не должна. Либо он настолько наивен, что после ваших подстав снова вам доверился и прогадал, либо я чего-то не понимаю.

– На первый взгляд всё действительно выглядит запутанно и нелогично. Сейчас я объясню – станет понятнее. Как я уже упоминал, «Энцелант» не единственный центр, занимающийся моделированием идеального человека. После решения Задачки Аспирии за тобой могли прийти представители любого центра, и ты могла бы оказаться втянутой в крайне неблагоприятный проект. Например, в программу тестирования препаратов по модификации генома человека, которые часто вызывают сбои в организме. Я же хочу рассказать тебе об одном из проектов центра «Энцелант», который может тебя заинтересовать, и предложить тебе сделать выбор.

– Получается, под словом «забота» вы имели в виду выбор лаборатории и проекта? А вариант возвращения в Идиллиум не рассматривается? – спросила Лэрина, скрестив руки на груди.

– Я могу вернуть тебя обратно. Но условия возвращения тебе не понравятся. Не стоит сразу отказываться от работы в центре. Разве ты не мечтала реализовать свой потенциал и принести пользу людям? Вписать своё имя в научную среду? Быть в кругу равных, где ты будешь развиваться и открывать новое каждый день. Что тебе даст Идиллиум? Твой мозг предназначен для большего, чем работа в киностудии отца.

– О каком проекте идёт речь?

– «Синтаксис». Проект долговременного моделирования индивидуальных когнитивных стратегий. Если кратко, его суть в создании динамической карты маршрутов мышления – как языка, который можно разобрать, переписать и передать. Человечество уже научилось проводить нейровизуализацию в реальном времени, лечить большинство нейродегенеративных заболеваний, усиливать отдельные когнитивные функции – память, внимание, скорость обработки. Но остаётся нерешённой ключевая задача: невозможно сохранить или воспроизвести образ мышления конкретного человека. Знания – да. Навыки – частично. Но то, как человек думает, умирает вместе с ним. Проект «Синтаксис» изучает: как человек принимает решения, ошибается, адаптируется; устойчивые паттерны мышления, не сводимые к IQ; влияние среды, эмоций и тела на ход мыслей.

Профессор Абга сделал паузу, позволяя Лэрине осмыслить весь масштаб сказанного, и затем продолжил:

– Я даю тебе шанс стать частью величайшего прорыва в изучении работы человеческого мозга. Что думаешь? Тебе интересна эта тема?

– Я… – Лэрина на секунду замялась. – Мне очень интересно. А на какой стадии проект?

– Кажется, у тебя загорелись глаза, – заметил профессор. – Хочешь принять участие? Вернуться в Идиллиум ты всегда успеешь. Там ничего не изменилось.

– Да, – твёрдо ответила она. – Хочу. Очень.

– Я знал, что ты заинтересуешься. Но сразу предупреждаю: я оформлю тебе доступ в ознакомительных целях сроком на один день. После перехода в основной состав группы возвращение в Идиллиум будет невозможно.

– Поняла. А когда можно приступать?

– Завтра. Сегодня отдохни и подкрепись вкусной едой. Можешь сделать заказ – тебе приготовят любое блюдо. Я знаю про твоё пристрастие к еде. Наслаждайся.

– Спасибо профессор, – просияла Лэрина, поднимаясь с места. – Это лучшее, что я услышала за всё время пребывания на Большой земле.

Дверь за Лэриной закрылась, и Абга, без колебаний, перевёл разговор в статус завершённого – а проект в статус активного.

Глава 28. Проект «Синтаксис»

2150 год

Утро в центре «Энцелант» началось без раскачки и вступлений. Лэрина находилась в отдельном кабинете, выделенном ей для ознакомления с проектом «Синтаксис». Она сидела в кресле исследовательского модуля, наблюдая, как системы одна за другой переходят в рабочий режим. Нарси была рядом: проводила вводный инструктаж, рассказывала о пользе проекта и помогала знакомиться с интерфейсом, не перегружая лишними деталями. Под её руководством Лэрина быстро освоилась, и когда на прозрачных экранах начали выстраиваться первые схемы и маршруты мышления, стало ясно – работа началась.

Лэрина была оформлена временным участником экспериментальной группы до конца дня. После первичного тестирования её допустили к изучению карты мышления испытуемого под номером четыре. Её задача состояла в анализе ошибок модели контура путём сравнения с работой мозга реального человека, выявлении сбоев раньше алгоритмов, проверке точности калибровки модуля и изучении границы когнитивной адаптации.

Лэрина смотрела на контур мышления, развернутый перед ней. Это был не мозг в привычном понимании, а сложная сеть: узлы, связи, зоны уплотнений, пульсирующие переходы. Система позволяла воспроизводить ход рассуждений модели шаг за шагом. Она мгновенно улавливала закономерности там, где другие видели лишь хаотичный узор.

– У вас высокая когнитивная гибкость, ваше мышление устойчиво к перегрузке, – неожиданно констатировала Нарси. – Вы отлично впишитесь в основной состав группы.