Страх и Голод 1 - Константин Федотов

Честно говоря, в этот момент мне очень сильно хотелось выхватить пистолет и выпустить ему пару пуль в его жадную харю. Но тут он хозяин положения, буду бузить, меня просто вышвырнут отсюда или пристрелят по законам военного времени.

– Так, я понял тебя, прапорюга! Стой тут и никуда не уходи! – сказал ему я и быстрым шагом отправился к машине.

Откинув борт багажника, я почти по пояс залез в кузов и, нашарив там две картонных коробки, подтянул их к себе. Из одной я достал две бутылки хорошего виски, а из второй две бутылки водки. Прапоры они и в Африке прапоры, и стереотипы они на то и стереотипы. Они просто не могут сделать так, как надо, без собственной выгоды, уж так их воспитали.

– Вот, тебе просили передать! – сказал я, подойдя к КАМАЗу и расправив свою куртку, продемонстрировал вальяжно курящему прапору стеклотару.

– Вот, совсем другой разговор. – улыбнувшись, ответил он и, забравшись в кузов, забрал бутылки.

Дело теперь пошло в нужном русле, и каска кевларовая нашлась, даже фонарик к ней шел в комплекте, форма, берцы по размеру, и даже наколенники с налокотниками добавились. Разгрузка, броник, ремни, балаклава и даже плащ-палатка.

С оружием все тоже по высшему разряду, все новенькое прямо при мне из ящиков доставал, мне оставалось только таскать все это в кузов.

– Слышь, командор, а СВД с оптикой, глушителем и пульками есть вариант получить? – тихонечко спросил я у него.

– Не знаю, вроде бы как команды-то не было. – шепотом ответил он, отведя взгляд в сторону.

– Ну так что, сколько? – задал я резонный вопрос.

– Ящик коньяка. – ответил он мне.

– Поимей совесть, и нет столько, максимум три бутылки и водки две, больше нет. Давай еще блок «Мальборо» сверху. – предложил ему я.

– «Мальборо» красный? – уточнил он.

– Ага. – согласно кивнул я.

– Хрен с тобой, неси. – согласился он.

Сказано – сделано, и вот я уже довольный собой прячу СВД в кузове машины. Прапор очень попросил не светиться с ней в колонне, так как за подобное ему влетит. Ну еще бы, коррупция процветает у начальства под носом, да его расстреляют, наверное, если узнают, да и меня, наверное, тоже. Черт с ним, день был весьма насыщенным и тяжелым, но продуктивным! Ох и по кайфу мне этот конец света!

Глава 21

22 июля. Военная колонна, трасса Е-50. Сварщик пятого разряда Петров Геннадий Павлович.

Силы мои уже заканчивались, более суток на ногах, безумная жара, стресс, расшатанные нервы, бесконечный скрежет бронетехники, запах выхлопных газов и, разумеется, грохот выстрелов. Все это в совокупности забирало много энергии, и если бы у меня была возможность, я уснул бы прямо сейчас, здесь, на броне, свернувшись в клубок, словно котенок. Но нет, так нельзя, наше дело правое, людей защищать, и с этой задачей мы обязаны справиться. Так что, попивая трофейные энергетики, которые, кстати, никак не помогали, с красными от усталости глазами мы смотрели по сторонам и отстреливали зомби.

Аэродром показался издалека, мы были на небольшой возвышенности, откуда открылся замечательный вид на взлетную полосу и стоящие ровными рядами самолеты. Единственный отрицательный момент – он взят в кольцо из живых мертвецов, что бьются о бетонные стены. Нас тут уже ждали, так как начальство еще в Минеральных водах связалось с ними, и люди, преисполненные надеждой на спасение, удерживали территорию как могли.

Колонна, рыча моторами, под канонаду из выстрелов подъехала к КПП, у которого стояли два БМП, и, судя по количеству убитых зомби в округе и количеству отстрелянных гильз, парни тут потрудились на славу.

Нас сразу запустили без лишних разговоров, а в рации тут же посыпались приказы и распоряжения. Эти туда, эти сюда, усилить оборону, командирам расставить посты, технику, назначить рабочие команды и все в таком духе.

Меня, Пашку и Димку сразу отправили в самый дальний угол аэродрома на свободную вышку и даже выделили нам целый Урал, чтобы мы быстро доехали, а по команде вернулись обратно. Мы же в армии, так что: сказано – сделано, закинули в кузов оружие, десять цинков с патронами, еще парни взяли ящик с гранатами и ВОГами. Про себя мы тоже подумали, так что прихватили три сухих пайка, воду и сигареты, а после рванули к караульной вышке. Пашка попытался уточнить, через сколько времени планируется вылет, но ответа на этот вопрос получить не смог, мол, ждите, без вас не улетят.

Все-таки самолет – это тебе не машина, заправил бак и поехал, тут все гораздо сложнее, помимо керосина нужно еще заправлять кислород и досконально проверить каждый механизм. Опять же, сломается машина – ты остановишься, а в небе такой функции нет, одна ошибка – и все люди погибнут, вероятность на выживание еще ниже, чем сейчас оказаться с голым задом на дороге.

Я прыгнул за руль и, разгоняя машину до максимальной скорости, мчался вперед по взлетной полосе.

– Эй, гонщик на второй полосе! Обороты сбавь! Тебе тут не гоночный трек! – раздался раздраженный крик из рации, установленной под потолком.

– Виноват. – ответил я, зажав тангенту, и, сбросив скорость, прижался к краю полосы, а потом и вовсе съехал к вышке.

Вышка, конечно, своим видом доверия не внушала. Старая, проржавевшая, металлическая конструкция, возвышающаяся над землей на пять метров. На самом верху был небольшой навес, создающий тень, а пол выстелен старыми деревянными досками, и в том, что они нас выдержат, я вообще не был уверен. Но Димка сразу забрался наверх, походил по ней назад-вперед и даже попрыгал.

– Не ссыте, мужики! Она куда крепче, чем кажется! – радостно заявил он.

– Ну раз так, тогда пошли. – кивнул Пашка и начал обходить машину.

Откинув задний борт, мы начали поднимать наверх все пожитки, а после забрались и сами. Вид, конечно, отсюда открывался хороший. Огромное, бескрайнее пшеничное поле, уходящее в горизонт, светло-голубое небо. Позади нас аэродром виднелся как на ладони, люди суетливо бегали вокруг стареньких ИЛ-76. А вот зомби на нашем направлении видно не было, и это очень радовало.

– Блин, парни, а вы летали когда-нибудь? – обратился к нам Димка.

– Я нет. – ответил Пашка, разрывая сухой паек.

– Я летал и не раз, а с такого даже прыгал. – похвастался я, указав пальцем на «Илюшку».

– И как? Страшно? – уточнил у меня Димка.

– Летать – нет, первые пару раз даже прикольно. А вот прыгать жутковато, в первый раз я толком-то и понять