Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

— Это и есть тот самый убийца, который напал на вас. Который убил вашего друга Ретунского. Который убил женщин в городе.

— Он шел за мной! Его тут не было, когда начались убийства!

— Он был тут. Он уже давно тут — он охотился в Разломе на тварей минимум неделю, а то и больше.

Влез гном с их практичностью во всем:

— Арина Семеновна… — По его лицу катились капельки пота — секира уже опустилась почти вровень с плечами. — Все очень просто. Ваша скорость — четыре-пять верст в час. В день вы преодолевали сорок-шестьдесят верст, двигаясь пешком. Скорость дроу…

Релонлей подсказал снизу, по-прежнему не замечая секиру:

— Скорость драука порядка двухсот верст в час.

— Математика — точная наука, Арина Семеновна. Против нее не поспоришь. Драук мог быть где угодно, когда вы шли сюда.

Арина сглотнула подступившую к горлу желчь. Они в чем-то правы, но Альба — не убийца! Релонлей не видит очевидного у себя под носом. Он не видит Зою и Ядвигу, которая, между прочим, один в один с напавшим на нее там, у железной дороги.

— Вы думаете, что я не могу отличить драука в плаще от кого-то человекообразного в плаще?

— Я думаю, что вы можете выгораживать эм… Вы так и не сказали, как звали офицера, ставшего драуком.

— Снежинка. Это Снежинка для вас.

Релонлей явно задумался, что-то вспоминая. Гном морщился и кривился, все его силы уходили на то, чтобы удержать секиру, чей кончик продолжал ползти вниз.

Арина ударила эфиром, разбрасывая Релонлея и гнома в разные стороны. Она гармонизатор, и в отличие от этой троицы полицейских еще не готова убивать. Если её не вынудят.

Гном хекнул, выругался и неожиданно поблагодарил, валяясь на земле:

— Глубоко признателен… Становиться убийцей как-то не собирался.

Арина прошептала, замерзая под холодным ветром:

— Но вы сейчас собрались убивать. Снежинка…

Релонлей снова вывернулся гусеницей, поворачиваясь к Арине.

— Пожалуйста, услышьте меня. Ваш Снежинка опасен. Он…

Она не выдержала и закричала:

— … не убийца! Он никогда не убивал. Прошу, хоть раз и вы поверьте мне.

Альба дернул ногами и подполз к ней, кладя ледяную ладонь с грязными, давно нестриженными ногтями на её руку. Он лишь прошипел что-то утешающее. Говорить он не мог — Релонлей не лгал, когда говорил, что драукам стирают личность. Арине хотелось верить, что её дар защитил хоть какие-то ошметки личности в Альбе. Она очень старалась, когда увидела то, что осталось от Никты… Славка тогда совсем походила на безумную, только что-то подвывая в моменты ясного сознания. Просто, чтобы собрать хоть что-то от прежнего Альбы, нужно чуть больше времени. Того самого, которого ей давать не собирались.

Влез Вигго, о котором все забыли. Все так и балансируя на одной ноге, он спросил:

— Он был вашим лю…

Релонлей воспитательно кашлянул. Гном выругался и зарычал:

— Вигго, но нельзя же постоянно думать только харизмой!

Вигго упрямо повторил:

— Арина Семеновна, он был вашим возлюбленным?

Та поперхнулась воздухом. Влюбиться в Альбу? Насмешливого, наглого, ехидного, пронзающего её мозги по приказам вышестоящих офицеров, когда приходило время проверок ментальной защиты? И вообще, Альба — дроу!

— Упаси меня небеса от такого. Ал… Снежинка был той еще скотиной, прущей напролом. Влюбиться в него — врагу не пожелаешь. Нет, однозначно!

Вигго уперся взглядом в землю.

— Тогда я не понимаю, кто же вас взломал…

Как она от этого устала… Она устала от обвинений в безумии.

— Я здорова! Никто меня не взламывал! На мне стоит лучшая защита из всех возможных. Просто… Вы же ротмистр. Значит — служили. Вы должны понимать, что значит боевой друг.

Вмешался Релонлей:

— Арина Семеновна, даже друзья не требуют посмертной верности. Ваш друг умер. Давно. На алтаре. То, что сейчас живет, не он.

Пальцы Альбы сильнее сжались на её ладони, утешая. Всё перемелется — и мука будет. Всё скоро закончится. Её от дома отделяет несколько часов ходьбы. И три самоуверенных полицейских. Она справится. Она спасет Альбу. Их ждет дом, который подготовил Данька. Данька основательный — он позаботился обо всем. А еще же есть Славка… Она скоро приедет сюда — ей нужна защита от местного маньяка, потому что Релонлей ничего не понимает. Арина чувствовала краем дара, как где-то вдалеке скрывается эльф. Или эльфийка, пока еще связанная эфиром. Понять бы, кого она выцеливала в оптический прицел. Релонлея или Альбу? Или у нее в руках дротик с ядом?

Арина заставила себя сказать старательно отрешенно, чтобы снова не нарваться на обвинения в сумасшествии:

— Я гармонизатор, Релонлей, когда вы это запомните уже? Вы сомневаетесь во мне? Ответьте все же на вопрос: кто на меня напал, если напавший выглядел вполне гуманоидно? Снежинке даже под плащом не спрятать свои ноги. Он не убийца.

Вигго задумался, Релонлей тоже, влез гном:

— Хорошо. Допустим… Только допустим… Ваш Снежинка не наш маньяк. Совпадение. Безумное, но реальное. Только он все равно машина для убийств. Причем безмозглая. Что вы собираетесь делать с ним, если мы сейчас принимаем ваши доводы и не предаем его заслуженной смерти?

— Я его сюда вела с самого Урала. Он будет тут жить, никому не мешая.

Вигго с сомнением в голосе спросил:

— Черная Шаманская пещера, верно?

— Именно! — обрадовалась Арина его неожиданной помощи. — Там город дроу…

— Там нет города дроу! — в унисон ответили ей Релонлей и гном.

Славка никогда не лгала, и Арина отмела их слова в сторону:

— Там есть город дроу. Заброшенный, но вполне восстановимый. Я прослежу, чтобы А… Снежинка там освоился…

— И кто его будет кормить? — Гном был приземленный, и пока Релонлей собирался доказывать, что никакого города нет, он просто решал разобраться в планах.

— Там есть запасы еды.

Релонлей оказался понятливым:

— Ваш Ретунский, да? И наша Герцель, кассирша, его обслуживающая. Библиотекарь и ветеринар… Ваш Снежинка ничем не болел случайно? Кто-то явно заметает следы…

Арина еле сдержалась:

— Вы так и не способны запомнить, что я гармонизатор, а Снежинка — не убийца? Никто из нас не убийца. Никому не надо заметать следы — вы не обнаружили бы присутствие Снежинки в Синеярске, если бы не заперли в нем меня! Снежинка не показался бы на глаза никому из местных, если бы меня