Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

и до лихорадки недалеко. Мало ли что она этим ножом резала, может она все-таки как Фанни Каплан, которая пули отравила… может она как скифы — медную иглу в труп воткнула, пока тот не сгнил, а потом — этой иглой… не, это я бред несу. Но промыть рану необходимо. И более того — надо прямо забить в рану мыла, тогда не будет нарывать.

— Ладно — говорю я: — с этим все ясно. В школе встретимся. Ножи я не отдам, это позорище какое-то. Научишься с ними работать — приобретем что-нибудь нормальное. Все?

— У меня еще вопрос, Кента-сенсей — скромно отводит глаза в сторону Шизука: — а кто этот ваш наниматель? Ну… который меня любит?

Глава 18

Хироши очень повезло, что сегодня суббота. Потому что если бы не суббота, то в школе я бы надавал ему тумаков за все хорошее. Вот в жизни не поверю, что такой упоротый аналитик как он — не заметил, что с тихоней что-то не так. Скорее всего это был пас из разряда «с самого начала сделаем что-нибудь невозможное — не получится, так не получится, а получится — какая реклама будет!». Плюс сама Шизука из небедной семьи… да и Акихиро тоже. Думаю, что мой предприимчивый друг просчитал если все получится, то он «одним камнем четырех зайцев», ну а не получится и друга Кенту зарежут в классе — жаль, конечно, но сам виноват. А получится — так услуга и Шизуке и Акихиро и сам он на коне и дело расцветает пышным цветом. Интересно, а то, что сейчас суббота — он тоже продумал? Дескать Кента остынет за выходные и сильно бить не будет? Впрочем, подозреваю, что такой как Хироши парочку тумаков спокойно перенесет — он риски хорошо просчитывает. Будет, конечно, плакать и рыдать, на колени вставать и всеми богами клясться, но веры этому ни на иену. Ломаную старую иену.

Я стою перед зеркалом в ванной и внимательно разглядываю свою поцарапанную физиономию. Оттягиваю губу и с сожалением смотрю на зияющую дыру на месте зуба. Думаю, что с ней делать. Стоматологи тут дорогие, хотя страховка покрывает восемьдесят процентов стоимости медицинских услуг, но даже двадцать процентов — приличные деньги. По крайней мере для подростка, весь доход которого на сегодняшний день заключается в пяти тысячах иен, зарабатывая которые я реально рисковал жизнью. Со стороны покажется — хи-хи и ха-ха, подумаешь слабая девчонка-одноклассница с тупым кухонным ножом. Однако если чему и научила меня жизнь и Сергей Юрьевич, мастер «Хара Моритон» — так это тому, что человека с ножом никогда нельзя недооценивать. Проблема ножа в том, что это — нож. У человека в голове нет прошивки от ножа защищаться. Изначально человек — слабое существо без клыков, рогов и копыт. Не вооружён человек по природе своей. Поэтому у нас нет предохранителей в внутривидовой борьбе. Вот волки например — пусть и конкурируют за место в стае, за вкусный кусок, за самку — никогда не рвут друг друга своими смертоносными клыками. Потому что если внутривидовая борьба будет оставлять после себя трупы — то скоро и виду конец. Ритуальные поединки самцов в природе — как правило только ритуальные. И чем лучше вооружены представители вида — тем более мягкие правила ритуальных поединков — иногда достаточно только демонстрации угрожающего вида. Человек же — слаб и у него нет всех этих шипов, клыков, когтей, ядовитого жала или рогов. Потому ритуальный поединок у людей не предусматривает сдерживающие факторы на уровне инстинкта. Но отсюда следует еще один вывод — человек не приспособлен защищаться от ножа. Глаз человека отмечает в качестве угрозы только быстро движущиеся объекты, обладающие достаточно кинетической энергией — быстро летящий кулак или ногу. А вот лезвие ножа может двигаться медленно, так, чтобы глаз не воспринял его как опасный объект, но в то же время — представлять собой смертельную угрозу. В «Дюне» Герберта был описан баллистический щит, который останавливает быстро движущиеся объекты вроде пуль, но если двигаться достаточно медленно — то можно проникнуть внутрь щита острием клинка. Зубом Шай-Хулуда, Делателя Пустыни. Этот щит на мой взгляд — отсылка к тому, что нам очень трудно начать воспринимать медленно движущиеся объекты как угрозу. Научить человека правильно реагировать на нож — сложно, долго и очень трудно. В свою очередь, человек, который понимает как люди реагируют на быстрые и медленные объекты — даже не будет себя утруждать, прыгая как козел и размахивая ножом. Он приблизится и не спеша проткнет вас лезвием, отвлекая ваше внимание другой рукой, например. Так что проблема ножа заключается в том, что непредсказуемый человек с ножом — всегда будет угрозой.

Я отпускаю губу и пожимаю плечами. Что поделать. Пока новая жизнь в новом теле принесла мне следующие дивиденды — поцарапанную физиономию (и когда я умудрился?), выбитый зуб, порезанную ладонь и шишку на лбу. Хорошо хоть шишку не видно.

— Ты там долго?! — раздается стук в дверь ванной: — я сейчас описаюсь!

— Вверху есть же туалет! — ворчу я, но дверь открываю. Да, на втором этаже есть санузел, но Хината туда не ходит принципиально. Она влетает в ванную комнату и смотрит на меня, стоящего перед зеркалом.

— Что, собой любуешься? — спрашивает она: — ты с каждым днем все больше и больше на орка похож становишься. Скоро места живого не будет. Она того стоит?

— Во-первых грязь странствий и шрамы побед украшают мужчину. — отвечаю я рассеяно, потирая щеку: — а во-вторых…

— А, во-вторых, я сейчас описаюсь! Уходи уже! — Хината задирает пижаму и делает вид что сейчас стянет с себя и штаны, и я ретируюсь.

Я иду в гостиную. Как всегда, в субботу у нас нет завтрака. В субботу каждый сам по себе, у нас царит анархия и законы выживания в дикой природе. Потому что мама спит. Потому что нам не надо идти в школу, а значит нам не нужно готовить завтрак и бенто. У меня сегодня довольно занятый день, мне сегодня в школу бокса идти, есть парочка идей, у меня вечерняя сессия-тренировка-лекция… что бы то ни было — у Наоми дома. И тут у меня тоже есть мысль, что мне с ними всеми делать, если получится, то будет хорошо. Но сперва — завтрак. Как говорил Джулс Виннифелд — Hamburgers! The cornerstone of any nutritious breakfast.

Открываю морозильник и достаю эти самые гамбургеры, которые на самом