"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

— Дар нашим богам… — Пуская слюни и тяжело дыша, отозвалась Дроу, вслед зачем, я вновь стал пользоваться её головой на своё усмотрение. Их языческие замашки стоили жизни множеству невинных граждан, чьи осиротелые дети до конца жизни будут испытывать ненависть к их роду.

— А детей почему не убили? — испытывая одновременную злость и удовольствие, вновь позволив Хиваре наполнить лёгкие воздухом, спросил я.

— Дар лесу… — «Заебала со своими дарами». Вновь всадив и с силой сжав той ноздри, ощутил такой вакуум, что тотчас, не сдержавшись, выплеснул всё темнокожей прямо в глотку. Рабская печать не позволяла женщине сомкнуть зубы, оттолкнуть меня или ещё как-то противиться моим действием. Всё что она могла — это моргать заливающимися слезами глазами, хлопая меня по животу и прося дать возможность сделать глоток воздуха.

С закатывающимися от экстаза глазами, вытянул свой член изо рта Дроу, после чего та, рухнув на пол, громко закашлялась, разлеглась так, словно всё уже закончилось.

— Что ещё ты умеешь? — стоя с вываленным наружу дружком спросил я, и та, глядя на меня с пола, одной рукой обхватив член, пытаясь перевести дыхание, принялась наяривать его своей ручкой. — Я говорю не о постельных ласках.

— Разведка, диверсия, заказные убийства, похищения, — проговорила та, и видя моё якобы «неудовлетворённое» лицо, привстав, приподняла одной рукой свою грудь, обхватив той мой член, принявшись прогонять того от сисек до лица, попутно лаская кончиком своего языка. Эта эльфийская сука знала своё дело, при чём очень хорошо: ни мои рабыни горничные, ни сестрёнка, с удивлением и злобой наблюдавшая за тем как её обходят по всем параметрам, не могли похвастаться подобными техниками владения языком и уж тем более дамы уступали Дроу в фигуре и размерах. Высокая, подтянутая, с хорошими формами и боевыми навыками…

— Как же так получилось, что такой мастер попал в плен, причём дважды? — стоя неподвижно и тем самым вызывая неудобства для вынужденной двигаться самостоятельно Хивары, спросил я.

— Первый раз из-за сородичей. Нас предали, к горлу госпожи приставили нож, я не могла действовать. Второй раз из-за гиганта по имени Магнус. Мы не рассчитывали, что на наши поиски отправят авантюристов владеющих магией маскировки, оттого и появление этого медведя заметили слишком поздно. И пока мы сражались, моих сестёр и госпожу вновь пленили… — Говоря о своих провалах как о величайшем поражении в своей жизни, опустив голову, говорила Дроу.

— Ты ведь ещё умудрилась убить одного из моих парней, от меня пытались скрыть этот факт, но я всё же узнал. За это ведь именно тебя и изнасиловали, так ведь? — на секунду темная замерла, но видя мои нахмурившиеся брови, продолжила с двойным усердием, подтвердив немым кивком мои слова.

— Сколько солдат тебя поимели? — вытащив член из женской груди, прервавшись, грубо спросил я.

— Трое, — опустив взгляд и предполагая, что после этого за свою работу не получит и ломаного медяка, коротко отозвалась Дроу.

— Убила кого?

— Зазевавшегося мужчину с мечом, — коротко ответила та, натолкнув на мысль, что это мог быть один из ветеранов и друзей Магнуса. Что, собственно, и стало причиной необъяснимой жестокости к пленницам. Мой сотник не славился лишней жестокостью к рабыням и пленницам, по крайней мере так говорили его бывшие подопечные, а значит он помог потерявшим товарища мужчинам успокоить свою ненависть и доставить мне нужный товар.

— Понятно, значит повезло, — наступив ногой на ткань, и не позволяя той прикрыть свою грудь, произнёс я.

— Вы называете изнасилование везением, принц?

— Верно, ведь убей ты кого-то из моих авантюристов, или тем более доверенных, изнасилование для тебя стало бы чем-то таким же обыденным, как для забулдыги похмелья, а теперь легла на землю и подняла свой зад, — подойдя к прикрытой тканью, заднице в пышных форме, не торопясь стянул с той свободные штаны, чем-то напоминавшие шаровары.

— Неужели женщины в ваших глаза не заслуживают милосердия? — по-видимому обобщая свою участь и участь всех тех женщин Зорфов, повешенных на столбах от Нивграда до столицы, спросила Дроу. За последних мне действительно было жутко стыдно, и даже страшно. На такое я никогда бы не решился, ибо невинные не заслуживают такой участи, но Хивара — её назвать невинной язык не поворачивался.

— Милосердие? Ты мне будешь говорить о милосердии⁈ — без смазки всадив в женщину на половину от доступной длинны, и услышав лёгкое и болезненное шипение из уст Дроу, так же злобно выдал я. — Где было твоё милосердие, когда вы резали моих крестьян, когда оставляли маленьких детей на верную и голодную смерть одних в лесах, переполненных зверьём и всякой нечистью вроде вас? Ты и твои сестры не достойны милосердия. — Наращивая темп и чувствуя как внутри становится всё влажнее и уже, грубо произнёс я.

Бёдра Дарадай, под такт пошлым шлепкам покачивались при свете магических светильников. Августа, наблюдавшая за привыкшей к моим размерам темной, что восприняв мои слова как вызов, полностью умолкла, не желая радовать меня своими стонами, решила также присоединиться. Пару раз та как-то странно взглянула на меня, и лишь на третий я понял чего та добивается, и приказал сестре в грубой форме подойти поближе.

— Раз ты не хочешь радовать меня своими стонами, это сделает другая, — перевернув Дроу, отдал приказ сестре сесть той на лицо. Эльфийка попыталась возразить, но печать и прикрывшая той рот выбритая начисто вагина сестры в миг заткнули Хивару.

Уже спустя минуту, из-под Августы на тёмную ручьём потекли соки. Я видел, как та с удовольствием ёрзает своей киской на лице Дроу, видел, как та с силой хватая ту за большие соски, активно принимается выкручивать, заставляя даже выносливую Хивару издавать болезненные звуки, что в такт с моими движениями и действиями сестры становились всё более и более пошлыми.

Пальцы сестры нещадно игрались с пышной грудью, грязные слова Августы требовали, чтобы «рабыня» работала усерднее своим языком и проталкивала того глубже, и каждый раз, когда той чего-то не хватало, вновь страдал один из больших сосков, а после и клитор, до коего успели добраться грубые пальцы сестры.

— Х-х-ватит… — донеслось дева слышное слово Дарадай, чьё тело, дрогнув, извергло жидкостей, коих снизу хватило бы для смазки целой армии. Прервавшись, желая подольше поиграться с Дроу, позволил сестре как можно дольше наслаждаться тем, о чем та и мечтать не