"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

Владивостокский завод за прошлый тринадцатый год выпустил двадцать тысяч автомобилей. А за полгода этого, четырнадцатого, уже тридцать. Правда в основном в военном исполнении, то есть повышенной проходимости и без излишеств. Само производство не расширилось, зато трудимся ударными темпами.

С одной стороны, достаточно много для России, с другой ничтожно мало. Всего за шесть лет своего существования ВАЗ выпустил лишь восемьдесят тысяч единиц. В то время, как Генри Форд уже сейчас производит на всех своих заводах в Америке, Англии, Франции и Германии сотни тысяч автомобилей в год, и продолжает наращивать темпы.

Наши автомобили получаются слишком дорогими, потому что их приходится доставлять с дальних окраин империи, что само по себе обходится в копеечку. А при продаже за границей плюсуются ещё и таможенные пошлины. Как результат, мы не в состоянии конкурировать с другими производителями в Европе.

Тот же Форд решил эту проблему просто, вынеся производство в другие страны. Я себе позволить такое не могу. Не желаю даже отвёрточную сборку налаживать в европейской части России. Если кто-то возьмётся, то мы сумеем поставлять комплектующие, но не более. Однако, желающих на горизонте не наблюдается. Россия сама по себе огромная страна, но рынок тут невелик, и покупателей не так много, как хотелось бы.

Наш ВАЗ потерпел бы крах, если бы я не решил сделать ставку на свои же автотранспортные предприятия. Так-то мы конечно продавали и в Китай и в Японию, но и там спрос невелик. Поэтому завод в основном продаёт продукцию автоколоннам, таксопаркам и гаражам проката нашего же концерна, возникающим по всей стране, как грибы после дождя. К слову, дельцы приметили столь прибыльное дело и создают свои фирмы точно такого же профиля. Автомобили закупаются как наши, так и зарубежные.

Вообще ситуация с автотранспортом в стране на порядок лучше, чем было в известной мне истории. Шутка сказать, перед войной в полуторамиллионной русской армии было всего-то семьсот автомобилей, большая часть из которых легковые. С началом войны, после мобилизации она получила ещё три с половиной тысячи, из которых грузовиков не набралось и пятисот.

Тракторов так и вовсе целых две единицы. Честно скажу, без понятия как оно обстояло на самом деле в иных мирах, потому как за что купил в интернете, за то и продаю. Но вот тут, в этой российской армии всё именно так. Разумеется, если не считать паровые тягачи в количестве пятнадцати штук, которые едва способны обогнать асфальтовый каток. Правда утянуть за собой при этом способны немало.

Наш Хабаровский тракторный завод на конец тринадцатого года произвёл три тысячи единиц. Можно было бы сразу замахнуться на крупное производство, но я решил не спешить. Причина опять в сбыте. И цена тут вовсе ни при чём. Технике нужна инфраструктура: заправки, ремонтные мощности, запасные части, расходники. Ну и наконец обученные кадры. Вот и внедряю пока на Дальнем Востоке.

Впрочем, сейчас завод параллельно занят производством десантных транспортов. Которые вполне возможно использовать и в качестве бронетранспортёров. Идею я подсмотрел у русской ладьи, где корму от носа не отличить, перенеси рулевое весло и греби в обратную сторону. Здесь же использовать реверс на двигателе, и результат на лицо…

В приёмной меня встретил неизменный адъютант Столыпина, генерал-лейтенант Замятин. Признаться, я ожидал, что меня сразу пригласят в кабинет, к хорошему привыкаешь быстро, однако вместо этого предложили присесть.

Прождал я с полчаса, пока в приёмную не вошёл Житомирский. Помнится в девятьсот шестом я спас ему жизнь, и вот теперь он в чине генерал-майора и должности товарища министра внутренних дел и командира Отдельного корпуса жандармов. За прошедшие годы мы пересекались несколько раз, но лишь мельком, если не считать ресторана, где в меня нещадно заливали коньяк, в порыве благодарности.

— Здравствуйте, Олег Николаевич, — приветствовал он меня.

— Здравствуйте, Глеб Родионович. Уж не вашего ли прихода я тут ожидаю? — не удержался от вопроса.

Не так уж сложно сложить два и два. Сейчас около десяти вечера, рабочий день давно закончился. Времени, что я сижу в приёмной ему как раз хватит, чтобы доехать сюда от штаба корпуса.

— Всё-то вы знаете, — хмыкнул он и поздоровался с Замятиным. — Что скажете, Александр Николаевич.

— Проходите, Пётр Аркадьевич вас ожидает. И вас, Олег Николаевич, — адъютант сделал приглашающий жест.

Столыпин при нашем появлении не стал чиниться, и поднялся навстречу. Мы обменялись по обыкновению крепкими рукопожатиями, после чего он предложил нам присесть. Преодолев некоторую нерешительность, он сделал Житомирскому приглашающий жест и произнёс.

— Ну-с, Глеб Родионович, вы были инициатором этой встречи, вам и карты в руки.

Мне как-то решительно перестало нравиться происходящее. Направляясь сюда я ничего не опасался, так как, можно сказать, был накоротке со Столыпиным, которому дважды спасал жизнь. И появление Житомирского меня ничуть не встревожило, ведь и его я спас от молодого террориста с воспалёнными мозгами и горячим сердцем. Но вот их вид меня сейчас неслабо так настораживал.

Успокаивало лишь одно. Разговор предстоял серьёзный, но мне всё же по прежнему доверяли, потому что пара ПГ-08 оставалась при мне в открытых поясных кобурах. Или я чего-то не понимаю.

— Олег Николаевич, два месяца назад мне стало известно о том, что при вашем активном участии и под ваши гарантии тридцать купцов промышленников получили кредиты в различных отделениях Приморского коммерческого банка, — заговорил Житомирский. — Согласно заключённых с вами договоров они построили оснастили и запустили заводы по производству продукции двойного назначения.

— Весьма условно, двойного назначения, в большей мере всё же военного, — счёл нужным вклиниться в монолог Житомирского, Столыпин.

— Если вам так угодно, — кивнув, согласился жандарм. — В личных беседах всем им вы обещали госзаказы. На случай если этого не произойдёт, в договорах фигурируют пункты с особыми условиями, согласно которых купцы ничего не потеряют, так как вы обязуетесь выкупить оставшуюся нереализованной продукцию, так и сами заводы. Дальнейшая разработка «Росича» выявила другие факты. К примеру, все предприятия концерна уже полгода работают в три смены, увеличив выход готовой продукции почти вчетверо. Вот только вызвано это не повышенным спросом, так как он остался практически на прежнем уровне. Львиная доля произведённого аккумулируется на складах, и по большей части переправляется в европейскую часть страны.

— Не знал, что это противозаконно, Глеб Родионович, — пожал я плечами.

— Нет, закон вы не нарушили, — покачал головой Житомирский.

— И в чём тогда суть вашего монолога?

— Слишком много непонятного, Олег Николаевич, и очень походит на крупную аферу. Самую крупную за всю историю. Правда