Этногенез-2 - Елена Кондратьева

Прижавшись спиной к холодному камню, Белка смотрела, как четверо охотников преследуют бегущего оленя. В боку зверя покачивалось древко метательного копья. Олень был смертельно ранен и истекал кровью, и в то же время он продолжал бежать… Вечная Охота.

— Явилась наконец, — голос Оолфа скрипел, как старое дерево.

Белка опустила взгляд.

— Всего один вопрос меня мучает, — сказал старый знахарь. — Зачем ты мне притащила эту ненормальную птицу? Мне от нее уже житья нет!

— Что?

Белка всмотрелась в дрожащие языки пламени.

Как и прежде, старый знахарь сидел на корточках перед костром, по другую сторону огня, и кривой веткой ворошил угли. Тощий как жердь, руки-ноги — точно палки, борода всклокочена и торчит в стороны. Все как и прежде… Почти.

На плече у старика сидел небольшой пестрый сокол. Белка сразу узнала птицу. Это был тот самый сокол, который помог ей в схватке с Тойком — бывшим сородичем, которого Владычица Льда превратила в великана. Сокол погиб в той схватке, но в память о храброй птице Белка вплела пару его перьев себе в косички. Девочка не ожидала, что сокол окажется здесь, в пещере Вечной Охоты, вместе со стариком-знахарем.

— И кто будет следующий? — мрачно поинтересовался Оолф. — Бизон? Или, может, мамонт? Одному не развернуться, а она тащит сюда все подряд.

Сокол возмущенно заклекотал.

— Да заткнись ты, ворона ненормальная. — Знахарь стукнул птицу по голове ладонью. — Верещит и верещит, а чего верещит — попробуй пойми. В следующий раз найди кого-нибудь более сообразительного.

Повернув голову, сокол щелкнул клювом у самого уха старика. Еще немного — и оторвал бы мочку. Знахарь замахал рукой, но сокол остался сидеть на его плече. Длинные и острые когти глубоко впивались в плоть, но боли старик, похоже, не чувствовал.

— И до чего упрямая тварь, — вздохнул Оолф. — Раз уж вцепился, своего не отпустит. Тебе бы следовало поучиться у него упорству.

— Я… — Белка замолчала. Слова застряли в горле колючим комком. Как она скажет, что потеряла Хранителя Рода?

— А ты чего? Опять решила помирать? Пошла отсюда… Мне одной этой птицы достаточно, еще и тебя тут терпеть.

— Я… — Белка всхлипнула.

— Что «я»?

— Я не смогла, — тихо проговорила девочка. — Я его потеряла. У меня его отняли…

— Кого именно? — прищурился старик.

Он ткнул веткой в костер, и искры закружились вокруг его лица подобно светлякам. Сокол захлопал крыльями, то ли пытаясь взлететь, то ли отгоняя огненных жуков. Белка опустила взгляд.

— Хранителя Рода, — сказала она. — Они забрали фигурку Хранителя Рода.

Не смея взглянуть на Оолфа, девочка смотрела на извивающиеся языки пламени. В огне ей мерещились вытянутые лица, огромные клыкастые пасти, распахнутые в крике… Духи огня с яростью бросались на сухие ветки, но не могли их пожрать.

— М-да… — Старый знахарь пару раз щелкнул языком. — Нехорошо как-то получилось… А я ведь тебя предупреждал! Ну скажи, предупреждал ведь?

— Предупреждал? О чем?

Оолф поворошил угли.

— Так нет же, — продолжил он, словно не услышал вопроса. — Конечно, зачем слушать старика, который еще и умер? Да что он понимает! Нет, я здесь самая умная, я самая смелая, я самая сильная! Так?

— Но…

— Я лучше знаю, что хорошо, что плохо и как надо поступать! — не унимался Оолф. — У самой имени нет, а туда же!

Сокол заклекотал, захлопал крыльями по голове старика.

— Ты-то молчи! Разумеется, она ни одного яйца не высидела! Лишь бы слово вставить… Уф…

В отблесках пламени лицо старика было красным, будто с него содрали кожу. Искры сверкали в бороде, казалось, еще немного — и волосы вспыхнут, превратив голову знахаря в пылающий факел.

— Говорил я тебе с ним не связываться? — спросил Оолф, ткнув в сторону Белки тлеющей веткой. — Сколько раз я тебя предупреждал — держись от него подальше?

— Ты о призраке? — спросила Белка. — Прозрачный человек… Илаим?

— О-о! — застонал Оолф. — Нет, ты только послушай — Илаим… Она уже с ним по имени, ну ты подумай! Умереть не успеешь, а она уже связалась с каким-то призраком. Ну почему я не взялся учить кого-нибудь, у кого в голове есть хоть капелька мозгов? Да хоть того парня по прозвищу Барсук — он и то поумнее будет.

Сокол пару раз громко щелкнул клювом.

— Да что мне твои птенцы! Ты на нее посмотри — И-ла-им… Тьфу! И что потом? Мясо из одной миски? Или еще чего?

Белка втянула голову в плечи.

— Но он спас меня! Если бы не он, меня бы сожрало подземное чудовище.

— Спас! Очень ты ему нужна, — фыркнул Оолф. — Та еще пигалица выискалась. Да не будь у тебя предмета, он бы и мизинцем ради тебя не пошевелил.

— Нет. — Белка замотала головой. — Ему не нужны предметы. Он не может ими пользоваться.

Старый знахарь прищурился.

— А разве я говорил, что предметы нужны ему, чтобы ими пользоваться? В них, в предметах, заключены осколки его души. И жить он без нее не может. Это он снаружи беленький и прозрачный — внутри же чернее сажи.

— Неправда! Он… Предметы нужны ему только для того, чтобы открыть ворота. Он хотел вернуться домой.

— Домой! — Оолф с размаху ударил палкой по костру. — Ну надо же! Ты только подумай — вернуться домой.

Сокол возмущенно заклекотал.

— Вот и я о том же, — кивнул старый знахарь. — Не суди его по себе. Это ты птенец, который выпал из гнезда. И это ты хочешь вернуться домой. А он… Он из тех, кто свое гнездо разрушил. А вместе с гнездом сжег заодно и лес вокруг. Так что подумай хорошенько — зачем ему возвращаться?

— Я… Я не знаю. — Белка вздрогнула.

— Вот именно, — фыркнул Оолф. — Ничегошеньки ты не знаешь, глупая маленькая девчонка. И нечего задирать нос.

Обида крепкой рукой сжала горло. Она же… Она не задирала нос! Она все делала правильно, так, как должны поступать кайя! Она…

— Я потеряла Хранителя Рода.

Старый знахарь посмотрел на сокола.

— А может, с ней не все потеряно? — сказал он птице.

Сокол пару раз взмахнул крыльями.

— Давным-давно, — начал Оолф, — когда Мать Аэйла была юной девушкой, такой прекрасной, что звезды спускались взглянуть на ее красоту, пришли к ней три охотника. Медведь — упорный и сильный, Росомаха — бесстрашный и яростный, Рысь — терпеливый и ловкий. Увидели они красоту Аэйлы, и каждый захотел взять ее в жены. Выбери лучшего охотника, сказали они, и будет он твоим мужем. Три задания дала им Аэйла — поймать белого оленя, быстрого как ветер; белого мамонта, огромного как гора; и