Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

— Ставлю репутацию, — невольно поправил я.

— Да, спасибо. Есть еще несколько мыслей, но о них пока рано говорить, это просто предположения.

— Думаете, он скрывается на «синице»? — спросил я, невинно хлопая глазами.

Орин взглянул на меня, кряхтя, навалился на стол. Сложил руки в замок и установил на них подбородок.

— Да. Так и думаю. Отрадно видеть, что у вас имеются зачатки аналитического мышления, Алексей Григорьевич. Весьма отрадно.

— Ну тогда, возможно, я могу вам помочь найти отправную точку в вашем расследовании, Орин. Я знаю, где вход в его логово. Ну или предполагаю с высокой степенью вероятности.

Глава 45

Отправная точка

— Ну тогда, возможно, я могу вам помочь найти отправную точку в вашем расследовании, Орин. Я знаю, где вход в его логово. Ну или предполагаю с высокой степенью вероятности.

Он посмотрел на меня внимательно из-под прищуренных век. Мол, не шутишь ли ты, Алексей Григорич? Видимо, по мимике понял, что не шучу.

— Излагайте, Алексей Григорьевич. Считайте, что заинтересовали меня.

— Только давайте, Орин, вы будете обращаться ко мне по имени. А то я себя, с этим Григорьевичем, как на допросе чувствую. Можно вообще Алекс, мне нравится это сокращение.

— Хорошо. Так удобнее, вы правы. Прошу. Про место базирования колдуна, подробнее.

— Не уверен, что это место базирования. Но он точно там бывал. Если только у нас по району не рассекает два сильных колдуна.

Я рассказал ему, как мы нашли на «синице» недалеко от свежего гнезда заколдованный вход в межуровневые коммуникации. Пока я рассказывал, он одним глазом смотрел в мою сторону и кивал. Вторым же косился на планшет, в котором с невероятной скоростью мелькали какие-то изображения и тексты. Выслушав меня до конца, Волков остановил мельтешение страниц на своем планшете и протянул устройство мне.

— Ваш паук? — Орин продемонстрировал мне мутное изображение, сделанное явно с тактической камеры. Здоровенный паучара светил лучами из глаз. Но у этого был на спине наездник, и, судя по масштабу, сам паук был раза в три-четыре меньше нашей пятерки.

— Похож, хотя наш сильно побольше был. Это я так понимаю, какой-то очередной ордынский выверт на тему боевых гомункулов?

— Да. В основе «Latrodectus tredecimguttatus» или каракурт. Но здесь, как видите, накрутили еще всякого. Эти твари совсем свежие. И, да, выведены в Орде. У вас остались сомнения по поводу происхождения нашего колдуна?

— Я и не сомневался в ваших выводах, если честно. Просто самому тоже хочется не просто принять информацию, а понять ход рассуждений.

— Так. Мне придется согласовать проведение операции на территории спецобъекта, не раскрывая ваших данных. Вы же не скажете, как определили наличие люка — под отводом глаз?

Я просто покачал головой. Хитрить с ментатом я больше не собирался. Уже научен. Дырку от бублика тебе, а не информация, Орин батькович.

— Еще нам понадобится маг-ритуалист, снять чары с люка. Уверен, там и ловушек понаставлено. Затащить мага к гнезду… Задачка не из простых. Проще говоря, подготовки не на один день. Но я крайне благодарен вам, Алекс, за реперную точку в расследовании. Если честно, я был в тупике. Трясти Соколовых мне не по рангу. Отдавать инициативу в расследовании наверх — верный путь к тому, что все спустят на тормозах, а колдуна предупредят. В общем, вы мне помогли. Если я могу что-то для вас сделать…

— Вы же потом в Центральный полетите? — наглеть так наглеть. За язык Орина никто не тянул.

— Да, конечно. Вам нужно в Центральный район? С удовольствием вас подброшу. Но сразу говорю, я сажусь назад и ни с кем сиденьем не делюсь. Поедете с водителем.

— Да без проблем, — ответил я. — Какая вообще разница где сидеть?

В ответ Орин посмотрел на меня как на сумасшедшего родственника. С долей жалости и укоризны.

— Вы разве не знаете статистическую вероятность выжить в случае крушения ховер-устройства? На переднем сиденье она составляет всего двадцать один процент.

— Э-э-э… Вы серьезно, Орин? — вот честно, я удивился. — Вероятность этого самого крушения составляет несколько сотых процента.

— Тем не менее оно возможно. И шансы выжить на переднем сиденьи ниже, чем на заднем. Статистика — бессердечная дама.

Я не нашелся что возразить на это бесспорно правдивое утверждение. Похоже, в голове нашего ментата гуляют жирные такие, откормленные тараканы. Дайте вспомню… Экстравагантность! Вот как это называется.

В Центральный район он меня подбросил. В распоряжении Орина оказался черного цвета седан представительского класса. Явно арендованный, а не казенный. Сам Волков забился в угол на заднем сиденьи, пристегнулся ремнем и всю дорогу держался за ручку на крыше салона. Вид имел при этом мрачный, и разговаривать со мной в дороге ментат наотрез отказался. Чудик, одним словом. Я вышел возле «Вороньей башни» — как в народе называли здание официального представительства семьи Воронцовых.

На входе мне пришлось предъявить паспорт и разрешение на использование источника. После чего начались хождения по мукам. Меня отсылали из кабинета в кабинет, попросили заполнить тонну бумажек, это в наше-то время! Пока, наконец, не зарегистрировали мою заявку на посещение. Один из слуг Воронцовых даже пытался объяснить, что я просрочил разрешение, раз до окончания действия документа оставался месяц, а очередь растянулась аж на три. Пришлось включать «боярина Орлова», и битва с гидрой родовой бюрократии закончилась моей полной и окончательной победой.

Выполз я из «Управления по делам внешних сношений рода Воронцовых» через три часа, уставший, с осушенными мозгами, скрюченными судорогой пальцами и злой как собака. Но дело было сделано. Моя заявка на медитацию и пробуждение стихии была зарегистрирована в реестре. Я бы и неделю здесь просидел, если бы понадобилось.

* * *

Дома я сразу пошел в душ, после чего упал в постель, даже очередные сводки Кая, составленные по моей просьбе, не посмотрел.

Уже лежа в кровати, решил сделать один звонок. Сестре. Вика сразу взяла трубку, я и рассчитывал, что она еще не спит. Голос сестры звучал устало:

— Привет, блудный брат. Снова что-то понадобилось?

— Если блудный в смысле «блудить», то это, к сожалению, в последнее время не про меня, — вырвалось у меня машинально. — Но да, я с просьбой.

— Конечно. Нет бы позвонить, узнать, как у меня дела, какие новости… Я тебе говорила, Алекс, что ты свинота дрянская?

— Говорила, раз сто пятьдесят. Прости, Викки.

— Нет тебе прощения! Хотя бы встретиться предложил,