Мастер душ. Том 4 - Илья Ангел

— Вот так сюрприз. Твой наставничек и садист пожаловал, — пробормотал Павел на грани слышимости. — И чего он здесь забыл? Он же не хочет нас убить? Мы же себя хорошо вели. Ну почти. И да, я сознаюсь, я специально перепутал те переходы, чтобы тебя подольше по канализации погонять…

— Я думаю, сейчас не время сознаваться во всех своих смертных грехах, — шёпотом ответил я ему, чувствуя, как всё больше накаляется атмосфера в зале. Все напряжённо переглядывались, не сговариваясь, отступая и оставляя отца и сына разбираться между собой.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — первым нарушил тишину отец, сжимая кулаки. — Думал, ты навсегда покинул столицу и бросил свою семью.

— Ты можешь не верить, но мне всё это время, оказывается, было скучно. — Владимир хмыкнул, не отводя взгляда от отца. — Я это понял, когда ты отправил Михаила на верную смерть ради непонятной для меня благой цели, и тогда жизнь затворника претерпела некоторые изменения.

— Так и сидел бы в своих горах и дальше. То, что ты помог своему внуку, не делает тебя лучше, чем ты есть на самом деле, — сдержанно и ровно ответил князь Уваров. — Зачем ты вернулся? И как долго ты находишься здесь, прячась в тени?

— Я не мог просто так отпустить того, кто обчистил меня практически подчистую, — дед бросил взгляд на мой перстень, и Павел издал едва слышимый писк, что-то сразу же запричитав, но без особого энтузиазма и шёпотом, чтобы никто, кроме меня, его не услышал. Дед усмехнулся и покачал головой, возвращая взгляд на отца. — Да и семейные дела, как вижу, в твоих руках пришли в полный упадок. Надо было раньше вернуться, когда до меня только начали доходить первые слухи, что ты позволил каким-то демонам вторгнуться к тебе в дом и уничтожить всех наших родных. Да и сейчас ты допустил, чтобы какой-то выскочка устроил переворот прямо в тронном зале. Не похоже на тебя, Юрий. Ты стал мягким и оттого совершаешь много ошибок.

— Обстановка сложная, — сквозь зубы процедил отец. — Император умирает, демоны у границ, а ты, как всегда, предпочитаешь критиковать со стороны, вместо того чтобы…

— Вместо того чтобы что? — дед перебил его, сделав шаг вперёд. Пространство между ними сгустилось, воздух стал тяжелее, и стало труднее дышать, будто перед началом страшной грозы. — Вернуться и позволить тебе снова поучать меня, как управлять Империей? Позволить Годунову плевать на мои методы, а потом разгребать последствия его глупости? Я сделал больше, сидя в своих горах, чем вся ваша блестящая компания Светлейших князей за последние двадцать лет. Я держал Восток. А ты что сделал, кроме того, чтобы отправлять своего сына воевать в одиночку против высших демонов?

— Ну, вообще-то, демоны и желание биться с ними — его инициатива! — голос отца дрогнул от ярости. — Ты же держал Восток, откуда у тебя под носом взялся Паймон, чуть не уничтоживший весь форпост Восточной Заставы? И идти к тебе было его идеей, потому что я всегда знал, что ты откажешься нам помогать.

— Мне кажется, или им сугубо всё равно, что я здесь и я их слышу? — тихо спросил я у нахмурившегося Лебедева, сделавшего ещё несколько шагов назад, утащив меня за собой и набрасывая на нас довольно прочный многосоставной щит.

— Миша, лучше не лезь, — покачал наставник головой. — Последняя их встреча закончилась разрушением дворца, и если к этому всё пойдёт, я тебя выкину отсюда через окно телепорта, как пробку. Я бы и сейчас это сделал, но ты можешь им помешать разобрать это место по кирпичику. Мне совершенно некогда заниматься восстановлением этого здания.

— Какого Владимир Уваров уровня? — всё-таки спросил я, пока эти двое перебрасывались ничего не значащими оскорблениями.

— Пик девятого, — тихо ответил мне Лебедев.

— Так, Миша, давай я этому старику отдам всё, что забрал, ну почти всё. Вот эту кучу я не отдам ему никогда, а он забудет про меня? — раздался суетливый голос Павла. — Нет, ну серьёзно. Кто я такой, чтобы спорить с таким противником. Эй, Ваша Светлость, я раскаялся и готов к переговорам! — заголосил он так, что дед вздрогнул и посмотрел на меня, после чего рассмеялся, делая шаг назад.

— Точно, ты отправил своего сына за противоядием, — Владимир Уваров перестал смеяться и, презрительно фыркнув, поднял флакон, который держал в руке. Тёмное стекло слабо отсвечивало в свете магических огней. — Вот оно, готовое противоядие «Эликсир Зари». Не основа, не полуфабрикат. Готовый. Пока ты здесь устраивал шоу, а мой внук излазил все канализации нашей столицы, я уже побывал в покоях императора и нейтрализовал яд. Ему потребуется ещё неделя, чтобы прийти в себя, но кризис миновал.

— Мне кажется, или этот старый, но сильный маразматик сейчас над тобой поиздевался? — задумчиво протянул Павел. — Нет, так мучить тебя целый год, чтобы потом прийти сюда и споить Годунову нормальное противоядие, потому что ему скучно? Знаешь, что самое поганое, мы ему ничего не сможем сделать, даже из дворца выкинуть. А кулаки так сильно чешутся, ну, если бы они у меня были.

Я смотрел на деда, впервые за всё время полностью соглашаясь с Павлом. Этот высокомерный, невыносимый, циничный старик сделал всё, чтобы одним своим действием унизить не только меня, но и своего собственного сына.

Отец побледнел ещё больше. Казалось, он вот-вот взорвётся и бросится на деда. Но он лишь резко кивнул.

— Прекрасно. Миссия выполнена. Империя спасена, — рублеными фразами проговорил Юрий Уваров. — От лица всего Малого совета благодарю за помощь. Теперь ты можешь вернуться к своему уединению и не лезть не в свои дела.

— О нет, — дед прищурился и хищно улыбнулся. — Я передумал и решил остаться.

Тишина стала ещё громче. Все собравшиеся переводили недоумённые взгляды с деда на отца и обратно. Я тоже не понимал замысла деда. Хоть я и провёл с ним под одной крышей почти год, но так и не смог за это время понять, что творилось у него в голове.

— Остаться? — повторил отец, и в его голосе впервые прозвучало недоумение, сменившее неприкрытую ярость. — Зачем?

— По очень простой причине, — дед положил флакон в карман своего пиджака и обвёл взглядом всех остальных, останавливая его на опешившем от такого внимания Лебедеве. — Согласно Имперскому праву наследования, в случае недееспособности императора и отсутствия официально назначенного совершеннолетнего наследника, трон переходит к ближайшему кровному родственнику по мужской линии из правящей династии. Василий