Демоноборец. Том 2 - Максим Петров

— Я не подведу вас, господин, — глаза девушки полыхнули, — можете не сомневаться.

— Иди, — аристократ отмахнулся, а когда девушка покинула кабинет, он позволил себе хищную ухмылку.

Надо же, как все хорошо складывается. Такая хорошая цель сама буквально бросается в его объятья. Надо быть дураком, чтобы от нее отказаться, а мужчина точно себя дураком не считал…

* * *

Торжок. Гостиница. Полтора часа спустя.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, меня почему-то дернуло перейти на магический взор. Что-то словно изнутри прошептало: «сделай это», и я сделал. Результат оказался, мягко говоря, неожиданным. Там, где был номер Добрынина, я увидел сгусток Света размером с голову человека. Причем этот Свет был настолько концентрированный, густой, что я не уверен, что сейчас у меня хватит сил сделать что-то подобное? Артефакт? Судя по тому, что свечение было постоянным, да. Так, однозначно Павел Андреевич уже меня заинтересовал.

Дойдя до двери, я постарался убрать все эмоции с лица и, убрав магический взор, постучал. Услышав глухое «войдите», я толкнул дверь и вошел в номер. Опричник сидел на диване, а перед ним на журнальном столике лежал массивный кейс черного цвета. Судя по всему, он был создан для того, чтобы сдержать мощь артефакта, что находился внутри, но до конца не делал этого, пропуская часть эманаций наружу.

— Добрый день, Павел Андреевич, — я улыбнулся, — отдыхаете?

— Здравствуй, Алексей Николаевич, — Добрынин встал и пожал мою протянутую руку, — отдых — это что-то мифическое, юноша, особенно для людей моей профессии.

— Именно поэтому она настолько уважаема, — я решил немного польстить ему, но, судя по ироничному взгляду Добрынина, он все прекрасно понял.

— Алексей Николаевич, раз уж ты отказался работать на благо страны безвозмездно, я решил это исправить, — все так же иронично улыбаясь, сказал Добрынин и протянул мне тонкую брошюру, — вот, прочти. А как прочтешь, я хочу услышать от тебя утвердительный ответ на мое предложение, что прозвучало ранее.

— Вы настолько уверены? — я вопросительно глянул на Добрынина, но опричник ничего не сказал, лишь кивнул на брошюру в моих руках. Ладно, глянем.

На первой же странице я увидел название артефакта. «Светоносный». Мощно, а главное лаконично. Дальше моим глазам предстала краткая предыстория артефакта. Если коротко, его создали в средневековье, по крайней мере так думали артефакторы Тайной Стражи. Долгое время он принадлежал иностранному княжескому роду, но потом представитель этого самого рода пошел на войну. Война была против империи, и в одном из столкновений его лишили и головы, и браслета. А дальше браслет проделал долгий путь до запасников Тайной Стражи, но никто так до конца и не смог разобраться с его возможностями.

Из того, что удалось узнать, браслет наделял своего носителя своеобразной броней. Своеобразной, потому что защищала она только грудь, спину и бедра спереди. Но зато пробить ее было очень сложно. Дальше шла пассивная аура, в радиусе десяти метров артефакт автоматически вычислял всех носителей противоположных стихий, что тоже очень даже неплохо, ну и, пожалуй, главным козырем артефакта был атакующий конструкт под названием «Падение Небес». Пафосно, но когда я вник в суть этого самого конструкта, мое лицо расплылось в довольной улыбке. Ну а как еще, ведь артефакт мог обрушить на головы врагов сотни и сотни световых лучей, падающих так близко друг к другу, что они буквально сливались в одну сплошную стену. Но не это было главное, главное — это площадь, сравнимая с площадью какого-нибудь дворянского особняка вместе с территорией. Площадный конструкт, такие станут мне по-настоящему доступны только после ранга магистр. Добрынин, гад, точно знал, чем меня зацепить.

— Павел Андреевич, если содержимое этого кейса соответствует описанию, то вам удалось меня заинтересовать, — я кивнул, — что дальше?

— Артефакт станет твоим, Алексей Николаевич, а ты станешь моим напарником, — спокойным голосом ответил Добрынин, — твое слово?

— Согласен!

* * *

Тверь. Недалеко от центра.

Ева шла в сторону дома с двумя пакетами в руках. Продукты тут были дешевле, чем в Москве, хотя в столице Ева не то чтобы часто сама ходила за продуктами, лишь изредка, чтобы развеяться. Впереди показался дом, где находилась снятая квартира, и Ева неосознанно ускорила шаг. Она почти дошла, когда ей наперерез кинулся странный человек. Ева остановилась, но тут ее шеи коснулась холодная полоска металла, а в ушах прозвучал вкрадчивый голос.

— Не дергайся, краля, иначе твоя кровь окропит землю.

Голос был неприятным, а его обладатель явно любил выпить. Ева замерла. Магия внутри источника была готова в любой момент вырваться на волю, но нож у шеи останавливал. Все же она не боевик, да, магии ее обучали, но она никогда не была в такой вот ситуации. Ева почти взяла себя в руки, почти выпустила силу, но в следующее мгновение сильный удар заставил сознание покинуть тело, а дальше пришла темнота…

* * *

Торжок. Гостиница. Час спустя.

— Что ж, Алексей Николаевич, мы все обсудили, — Добрынин вздохнул, — заберите артефакт, он терь ваш по праву.

Я кивнул и взял контейнер. Артефактом я займусь дома, все же вещь далеко не самая простая.

За этот час мы с опричником успели обсудить много чего, но в первую очередь мы решили, как будем взаимодействовать. Все же мы находились на разных ступенях, и если люди будут нас часто видеть рядом, появятся вопросы. Конечно, можно было бы сказать, что Добрынин взял надо мной покровительство, но это будет еще хуже.

Опричники не пользовались любовью общества. Страх — вот что они внушали, и боялись их не просто так. Эти ребята не стеснялись в выборе инструментов, если надо, в ход шло все, от пыток до шантажа.

Попрощавшись с Павлом Андреевичем, я покинул отель и, сев в машину, положил кейс на колени.

— Гони домой, Миша, — я подмигнул Саватееву, — и как можно быстрее.

— Понял, господин, — боец кивнул и рванул в сторону дома, а я подумал, что с таким артефактом можно и в Африку сунуться.

Вопрос лишь в том, как это сделать законно и как потом объяснить Добрынину, для чего. Потому что отныне Павел Андреевич от меня не отстанет. Как ни крути, но я единственный человек, который посвящен в его тайну. Знал бы он, какие у меня тайны…

Глава 22

Сознание возвращалось медленно и с неохотой. Первой пришла далёкая боль — как у простывшего за ночь человека, который ещё толком не проснулся, но уже понимает,