Трактир попаданки "Волшебный кабачок" - Натали Берд

Он подошел еще ближе, пожав плечами, обнял меня одной рукой, второй, притянув к себе Купаву.

— Не знаю, но обещаю, мы найдем способ, как позвать ваших сестер. Не зря же меня боги в живых оставили, да еще и Хранителем пути сделали.

Он усмехнулся, когда я обернулась к нему с немым вопросом.

— Когда я думал, что ты погибла, увидев, как тебя начало поглощать то адское пламя, то понял, что жить один всё равно не смогу. Поэтому прыгнул в тот разрыв, надеясь, что меня утащит в его глубины и я уже не увижу, как все гибнет, что все было напрасно. — Его голос дрогнул. Он отошел к окну, вглядываясь в бескрайние просторы, открывающиеся его взору. — Твой голос, Лера, выдернул меня из глубокого отчаянья, когда я, смирившись, плыл по реке забвения на встречу с Вечностью. Мне даже не хотелось тогда сопротивляться.

— Там был Сергей! — перебила его, запоздало вспомнив, что и Агата находится с нами в комнате, мгновенно оборачиваясь к ней.

Но дочка лишь грустно улыбалась, обнимая тонкими ручками-ниточками князя за шею. Варвара встала рядом, ободряюще похлопав дочку по спинке.

— Деда сказал, что так нужно. Первый папа еще сможет вернуться, если будет себя хорошо вести, а вот Мария нет. — ее голосок был словно гром, среди ясного неба.

Варвара, улыбнувшись, тут же обняла обоих, будто ставя защиту от всех невзгод.

Мне же оставалось лишь порадоваться: — теперь я точно знала, что мой ребенок нашел здесь свою семью так же, как и я. Теперь ее в обиду никто не даст, да и умников таких навряд ли много найдется — никто связываться с грозной дружиной князя не посмеет.

— Верно! — прохрипел Бор, тут же откашливаясь. — Он лишь вернулся, думаю, в свой мир, а вот мы бы с тобой, Лера, ушли бы за грань навсегда. Без единого шанса на возвращение.

— Ты стал Хранителем? — напомнила ему, заглядывая в его глаза, светящиеся любовью и нежностью.

— Да! — усмехнулся он мне в ответ. — Даже отметина появилась, прямо сейчас, смотри!

Бор повернулся ко мне спиной, задирая рубаху, на его коже, во всю спину, был нанесен ажурный рисунок, повторявший ту сцену, которая навсегда отпечаталась в моих воспоминаниях: — Огромный волк в самом центре пространственного черного разрыва, сквозь дыру тускло блестят неведомые звезды. Морда зверя задрана вверх, словно он воет на невидимую в густом тумане луну, вокруг этого рисунка изображены неизвестные мне символы и знаки.

— Теперь! — Слышится гордый голос князя, — мой сын в безопасности. Никто не посмеет обвинить его в том, что он оборотень! Мы все в безопасности. Теперь, можно и княжество в ваши руки отдавать, а мы с матерью внуков нянчить будем. Верно, Варварушка?

Я незаметно приложила ладонь к еще плоскому животу, не успев поделиться с мужем самой главной новостью. Как об этом узнал князь, вообще непонятно.

Но Бор заметил жест, замер всего на мгновение, остановившись взглядом на моей ладони, а затем поднял на меня сияющие глаза, хрипло прошептав: — Лера! — кинулся ко мне, сначала прижимая к груди, а затем, подхватив на руки, начал крутить на глазах у всех: — Любимая! Осторожно! — закричал, противореча самому себе.

— Началось! — блаженно заулыбавшись, кинула взгляд на зеркало, в котором моя сестра уж стряпала пирог, что-то говоря при этом ребенку.

— Пирог! — закричала, стараясь вырваться из объятий.

— Сейчас! — заорал муж, — Все будет!

— Нет, Бор! Для того чтобы встретиться с сестрой, мне нужно испечь брусничный пирог. — Я рассмеялась, пытаясь подняться с кровати, на которую меня уже водрузил муж.

— Ле-ера, — к нам подошла Варвара после того, как всех вытолкала из комнаты, я слышала, как Агата, сбегая по ступеням вниз, кричит кому-то: — У меня скоро появится братик!

— Боже! — закатила к потолку глаза, а затем уткнулась в подушку, к такому вниманию я была не готова.

— Дочка! Я рада! — между тем продолжала Варвара, целуя в щеку сына, меня в лоб и тихо выходя из комнаты, в которой остались лишь мы вдвоем, нет втроем — сестра, даже не подозревавшая, что я за ней наблюдаю, молча, была с нами.

Я снова кинула взгляд в зеркало. Как раз сейчас к Оксане подошел незнакомый мужчина, он сначала посмотрел на сестру, что-то ей сказал, а затем взглянул прямо на меня. Я встретилась с темными омутами глаз худого, высокого мужчины, подмигнувшего мне заговорщически и пославшего воздушный поцелуй.

Здесь знают о таких знаках внимания?

Между тем мужу совсем было неинтересно, что происходит у него за спиной.

Он снова заговорил: — Ле-ера, у нас нет сейчас брусники. Мне очень жаль. Твоего Сергея, если он действительно вернулся в ваш мир, нужно будет просить нам ее отправить. Или ждать, когда она созреет. — Усмехнулся Бор, опускаясь осторожно рядом, задирая мой сарафан и нежно целуя в живот. — Ты там как? — шепнул, прижимаясь уже ухом, словно и вправду ждал, что ему ответят.

Такой трогательный жест вызвал мою улыбку.

— Бор, малыш слишком мал, чтобы тебя услышать. — Проговорила, перебирая рыжие волосы мужа. Слыша в ответ лишь его довольную усмешку.

— Он все слышит! Мой сын знает, что его отец рядом.

— А если это девочка? — спросила, уверенная в обратном.

— Пацан! Оборотень, как и я. Теперь мне нечего бояться, Лера. Спасибо! — Его губы нежно коснулись моих.

А я, снова кинув взгляд в зеркало, с сожалением поняла, что изображение чужого мира пропало.

— Мы ее найдем. — Прошептал муж, беря меня на руки, выходя со мной в гостиную, где уже был накрыт праздничный стол. — А вот и мы! — Проговорил он, ставя меня на ноги.

— Сын! — к нам подошел князь, за ним следовала Варвара. — Поздравляю вас! — голос мужчины дрогнул. Он прокашлялся, обернулся, взглянув на жену, получив ее одобрительный кивок, снова повернулся к нам, похлопав Бора по плечу, подошел ко мне, бережно взяв мои пальцы в свои широкие ладони.

— Прими наше благословение, дочка. — Он замолчал, опустив лицо, а когда поднял его, то глаза князя озорно блестели, князь продолжил: — Рад, что мой будущий сын будет расти не один. Будет с кем озорничать.

— Что-о-о? — полетело со всех сторон.

— Мама, смотри! — закричала внезапно Агата, показывая пальчиком куда-то нам за спину.

Я медленно обернулась, тут же прижимая ладонь к губам, гася удивленный возглас.

Подкова, продолжавшая висеть над входной дверью, загорелась еще одним огоньком.

Бора таверна признала или уже к другому своему хозяину готовиться начала? Камень, предназначавшийся для сестры, так