Это космос, дзетька! - Лина Таб

— Если я не буду делать укол…, - начинает дирс хмуро, на что я поджимаю губы.

— Только попробуй сказать какую-нибудь гадость, — шикаю предостерегающе.

Лицо мужа удивленно вытягивается, а в глазах вспыхивают знакомые черти, но… они быстро прячутся по домикам.

— Хорошо, Лиза, если тебе так спокойнее, больше никаких уколов, — выдает быстро и почти обреченно.

Улыбнувшись счастливо, целую мужа в подбородок и прикрываю глаза.

В сон начало тянуть как-то настойчиво, видимо, стресс и ночной жор вместо сна начали давать о себе знать, ведь прошлую ночь я снова проснулась с диким голодом. К счастью мужей, мы были все еще в отеле и они отделались заказом из ресторана.

Поэтому, я позволила себе уснуть на плече нового мужа прямо в кабинете.

Но дома, это оказалась отдельная история с продолжением, ведь все последующие ночи я каждый раз будила Рудиана и просила есть. Остальные мужья пытались заменить его, дав хоть иногда выходной, особенно Хелиф, который оказалось, вполне нормально воспринимал кухню рипатов и даже пробовал ее, но я противилась. Сама не могла понять своего бзика, но мне важно было, чтобы готовил Руди, ведь так еда была намного вкуснее, чем на доставке. Да, на доставку я тоже соглашалась как тогда в отеле, но это было не то и не доставляло полного удовлетворения.

Поэтому, по мере роста моего живота, Рудиан уже втянулся и делал заготовки еще днем, чтобы ночью лишь завершить приготовления и подождать, пока я наемся.

Стоит ли говорить, что за все эти ночные посиделки мы с рипатом стали намного-намного ближе? Мы не только ели вместе, ведь порой и сам Руди составлял мне компанию, но и много говорили. Обо всем.

Постепенно, предпочтения в сторону национальной кухни рипатов обрели впечатляющие масштабы. Я почти перестала есть что-либо из другой кухни, кроме разве что десертов. Их я ела все еще с удовольствием, все остальное, даже земная кухня вызывали то тошноту, то были неприятны изменившимся вкусом, запахом, консистенцией, а то и всем сразу. Головой я конечно понимала, что это ерунда и ничего там не изменилось и очень надеялась, что мой гастрономический изыск пройдет после родов, потому что как только я задумываюсь о том, что ем, у меня волосы вставали дыбом… Ну а пока, я с удовольствием уплетала жареных в остром кляре миниатюрных рыбок, что всем своим видом напоминали жирных личинок и урчала от удовольствия.

Эля, что сейчас гостила у нас вместе с мужьями, смотрела на меня со священным ужасом и долей непонимания, но все же пыталась болтать со мной как обычно и не возмущалась.

Руди ненавязчиво ухаживал за нами, появляясь тихо. Убеждался, что у нас имеется что есть и пить и так же тихо исчезал. И каким же он был милым, что не передать и словами.

— Знаешь, я все больше задумываюсь о том, чтобы тоже взять четвертого мужа, — выдает серьезно Эльвира, провожая задумчивым взглядом моего рипата.

Я перестаю жевать и удивленно вскидываюсь.

— У тебя проблемы с мужьями?

— О, — подруга переводит на меня удивленный взгляд и улыбается, — нет, конечно. Мои мужья замечательные. Но вот наблюдаю я за твоим рипатом и понимаю, что он другой. Сильно другой, в том числе в плане заботы и отношения. Я уже много изучала их расу в сети. Это сильная раса, порой жесткая. Но со своей самкой они бережны.

— Но и дирсы ведь со своей самкой бережны, хотя в жизни холодны, — пытаюсь противопоставить адекватные факты.

— Само собой. Но дирсы они немного другие. Я обожаю Нэрвика и ни за что не променяла бы его. Но у нас нет ограничений по количеству мужей, а у меня все больше оседает мысль о том, что я хочу познакомиться с рипатом и ощутить, какого это, — выдает, серьезно глядя на меня, — да и что уж таить, мне интересно узнать и интимную сторону жизни с ними. Я читала, что они танцуют брачный танец для своей женщины, — уже с большим воодушевлением произносит и улыбается лукаво, — твой наверняка тебе танцевал. Как это? Классно было? — спрашивает хитро.

— Мгм, — прикрываю глаза ладонью и возвращаюсь к накалыванию червячков на вилку.

— Понятно, ты как всегда, — Эля смеется так заразительно, что я не могу не улыбнуться в ответ, — и как тебе секс с рипатом?

— Эль, — выдыхаю сконфуженно.

— Поняла, перебор, — совсем не теряется подруга, — просто мне очень интересно получить отзыв именно землянки, тем более, ты моя подруга, — произносит уже без тени улыбки.

Выдыхаю тяжело.

И как мне ей объяснить, что к близости с Руди я уже давно готова, но меня смущает его член в возбужденном состоянии. Он слишком огромен, хотя в спокойном состоянии там все более чем хорошо. Да, я читала любопытную информацию, что они подстраиваются под параметры самки во время близости, но… в общем, мне было не по себе, а обсуждать это с Руди было неловко, хотя стоило.

— Ты правда всерьез рассматриваешь рипата в качестве будущего мужа? — перевожу тему, — или это чистый интерес и твое неуемное любопытство? — произношу серьезно, — с ними нельзя в шутку, Эль. У них слишком ограничен выбор и если ты проявишь интерес к одному из них, он будет рассчитывать, что словил джек-пот, включится в эти отношения. А потом ты дашь заднюю или будешь играть. Это будет больно и выбранный тобой рипат может замкнуться, ведь в большинстве, у них и так все не очень хорошо с самооценкой в отношении девушек других рас.

Эля сморит на меня хмуро и не перебивает.

— Лиз, я обо всем этом думала и не раз. Мне нравится флиртовать с мужчинами альянса, но даже с ними я никогда не перехожу границ, чтобы не давать надежду. Я прекрасно осознаю, что значит строить отношения с рипатом и играть точно в мои планы не входило. Если пойму, что не привлекает ничем, я закончу, — произносит совсем уж серьезно.

— В таком случае, попробуй, думаю, если ты привяжешься к выбранному рипату, он будет самым счастливым мужем, — улыбаюсь счастливо, кажется, понимая, что подруга настроена более чем серьезно, просто боится. Ведь в ином случае она просто бы попробовала, а не делилась сомнениями, что совсем не в ее духе.

Вернувшись вновь к тарелке с жареными личинками, которые рыбки, я снова блаженно зажмурилась, услышав под столом громкое курылканье.

— Прелесть, тебе нельзя такое, — произношу с улыбкой, заглядывая под стол, где обосновался мой тукат, что уже подрос и растерял свое