Я стал Культиватором! Пора менять мир? - ТМВ

и признания. Ну хоть его желания сбылись. Хотя думаю многие были этому ну очень не рады… — Я, кстати, недавно видел одну из твоих картин в поместье моей жены. Впечатляет.

— Спасибо. — ещё сильнее «засветился» он от радости. — Но это ничто по сравнению с тобой. Слухи о тебе заполонили мир.

— Это да…

— И я слышал о вчерашнем… Я восхищён! — хлопнул он меня по плечу. — То, что ты сделал с теми ничтожествами… Моё искреннее восхищение!!! Я всегда знал, что у тебя богатая фантазия! Не зря я всегда тобой восхищался!

— Да… — только и протянул я, ощущая какое-то странное чувство от осознания того, что меня хвалит и мной восхищается один из самых безумных маньяков этого мира… С невероятно большой и крайне больной фантазией. Интересно, этим можно гордиться? Или мне стоит срочно задуматься о собственном разуме?

— Так? Это правда?

— Что? То что случилось вчера?

— Нет. Там я уверен, всё правда! Я же тебя знаю и я в тебя всегда верил и буду верить!

— Спасибо… — ну вот, один из тех немногих, кто искренне в меня верит, это Ди. Человек, которым пугают детей… Причём пугают те самые безумные культиваторы, которыми пугают обычных людей… Этим действительно можно гордиться…

— Я про твою историю с двумя мастерами тёмных сект. Это правда?

— Частично. — кивнул я. — Потом как-нибудь расскажу всю историю.

— О, ясно. Буду ждать. — улыбнулся он, совсем не расстроившись от того, что не услышит её сейчас. — Думаю сейчас тебе уже пора отправляться на турнир.

— Да. — бросил я взгляд на внезапно задвигавшихся старейшин, которые словно что-то ощутили.

— Уверен, ты всем им покажешь! — подбодрил он меня. — Ты же тот самый Чжан Лунван! Ты всегда на вершине!

— Спасибо. — даже немного по новому взглянул я на своего «лучшего друга». А ведь он и правда верит в меня и желает самого лучшего… Без каких-либо тайных планов или подлых интриг. Он просто верит в меня и честно считает своим лучшим другом… Непривычно.

— Кстати, хотел тебе кое-что сказать, пока не поздно. — внезапно стал он очень серьёзным, бросив взгляд в сторону слуг. — Вернее посоветовать.

— Ммм?

— Убей её. — мрачно произнёс он. — Ради своего и всеобщего блага, убей Мэй.

— Что⁈

Глава 14

— Убей Мэй. — повторил он. — Убей свою служанку.

— Что⁈ — тупо повторил и я. — Почему? Зачем?

— Ради общего блага. В том числе и своего.

— Это я понял, но… почему? — даже как-то растерялся я. — Что она может сделать против общего блага? Это же Мэй! Она предана мне. Да даже если она что-то и захочет, то не сможет! Она же очень слаба…

— Да, слаба. — кивнул он. — Но кто знает, что будет в будущем…

— Не понимаю. — медленно успокоился я. — Ты что тоже видишь будущее?

— Тоже?

— Не важно. — отмахнулся я. — Что там с Мэй?

— Ты знаешь, что я талантлив в искусстве? — внезапно спросил он.

— Да, а причём тут это?

— Мои шедевры, это не просто картины. — спокойно продолжил он. — Я не так талантлив в культивации как ты. Я совсем не талантлив в техниках. Если честно, то я во многом посредственность. И меня это совсем не беспокоит, ведь есть то, в чём я гениален.

— В искусстве?

— В душах людей. — внезапно улыбнулся он. — Я всегда, всю свою жизнь любовался и наслаждался эмоциями людей. Искренними и живыми эмоциями. Это самое красивое, что есть во всём мире. Не так важно, какая именно это эмоция: страх или радость, отчаяние смерти или благодарность спасения, ненависть или любовь. Это всё не так важно. Важны только чистые эмоции человека. Я всегда этим восхищался. Ведь когда человек обнажает свои эмоции, он обнажает свою душу. Понимаешь?

— Вроде…

— И постепенно я научился переносить всё это в свои картины. — продолжил он так, словно не услышал меня. — Когда люди смотрят на мои шедевры, они обнажают свою душу. Многим это помогает прорваться. Достичь просветления. И иногда, когда они смотрят на мою картину, я очень чётко вижу их душу.

— И Мэй?

— Ты знаешь, что она смотрела на мой шедевр?

— Да. Она говорила.

— И что она там увидела?

— Пленников и стражей. Как вторые пытают первых и как они упиваются своей властью…

— Задам вопрос по другому. — неожиданно перебил он меня. — Что там увидел ты?

— Безнадёжность судьбы. Бесмысленность борьбы.

— В моих шедеврах каждый видит своё. — тихо произнёс он. — Самую глубину своей души. Свои самые потаённые страхи и желания.

— Значит…

— Твоя служанка очень амбициозна. — снова перепрыгнул он с одной мысли на другую. — Внутри неё лежит такое безумное желание власти, которого я не видел ни у кого другого. Никогда.

— Но…

— Амбиции её души настолько сильны, что пугают даже меня. — внезапно признался он. — Тьма её души поражает.

— Ну да, у неё всегда были большие амбиции, но…

— Ты даже не понимаешь насколько большие. — усмехнулся он. — По сравнению с ней твой отец просто безамбициозный овощ.

— Кхм…

— Она жаждет абсолютной власти. — как ни в чём не бывало продолжил он. — Ради этого она готова утопить весь мир в крови.

— А ты не преувеличиваешь?

— Поверь, если у неё появятся силы, то она начнёт такую войну, по сравнению с которой нынешняя война покажется небольшой вознёй смертных. — усмехнулся он. — Она скорее предпочтёт убить всех тех, кто откажется стать на колени перед ней, нежели поделиться хоть крупицей власти. Безумная жажда абсолютной власти.

— Хмм… Мне она такой не кажется… Да, амбиции есть, но не такие…

— А это главная опасность. У неё невероятная выдержка. Она способна прожить всю свою жизнь не сделав ни единого шага к своей цели, продолжая подавлять свои желания. Это невероятно. Её желание власти даже больше моего желания создавать шедевры! А оно у меня большое… Я не могу даже представить, как отказаться от него, а