Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Мой глаз, который только-только перестал дергаться благодаря исцелению Системы, снова забился в нервном тике.

— Ты… — я сглотнул подступивший к горлу ком. — Ты хочешь сказать, что мой новый, элитный, красивый дом построен на могильнике древнего, злобного бога-тирана?!

— Ну, технически, это скорее схрон опасных отходов, — поправил меня Венти, подняв палец вверх. — Но не переживай! Я наложил сверху пару печатей, они почти не протекают! Так что насчет вина? Откроешь дверцу? У меня от воспоминаний о былых битвах в горле пересохло!

Лучше и быть не может, из огня да в полымя. Сначала террористы с ПТСР, теперь радиоактивные божественные отходы под половицами. Но бежать из только-только полученного элитного особняка, даже не опробовав местную ванную (а я был уверен, что там стоит какая-нибудь мраморная чаша размером с бассейн), я категорически не собирался. Охотников за привидениями в Тейвате не водилось, Чун Юнь обитал где-то в Ли Юэ, так что решать проблему с фонящим Декарабианом придется самому. В конце концов, я теперь кризис-менеджер 50-го уровня.

Я круто развернулся и решительным шагом направился на кухню, мой внутренний алкогольный радар (видимо, пассивно перенятый от нахождения рядом с Венти) подсказывал, что запасы мастера Рагнвиндра одним лишь запертым железным погребом точно не ограничиваются.

И я оказался абсолютно прав.

Кухня поражала воображение: сверкающие медные кастрюли, мраморные столешницы и, что самое главное, массивный дубовый шкафчик в углу, не запертый ни на какие замки. Распахнув дверцы, я обнаружил там целую батарею бутылок. Я сгреб в охапку не две, а сразу три пузатые бутылки из темного стекла с золотыми этикетками — на удачу, и чтобы этот зеленый шантажист точно развязал язык.

Вернувшись в коридор, я сгрузил стеклянную тару прямо в жадно протянутые руки Архонта.

— На, алкаш, — буркнул я. — Пей, пока не лопнешь.

— Святой мой друг! — Венти прижал бутылки к груди так нежно, словно это были его первенцы. Его глаза засветились неподдельным экстазом. — Я тебя люблю! Ты — лучшее, что случалось с Мондштадтом со времен восстания!

— Ты мне мозги не пудри своими балладами, — я сурово скрестил руки на груди. — Вино получил? А теперь показывай, где твоя хваленая печать стоит и где конкретно лежат остатки мертвого бога, и только попробуй сказать, что забыл!

Питер Пэн активно закивал, звеня стеклом, и, ловко подхватив бутылки под мышки, махнул мне головой, приглашая следовать за ним, и вот тут началось самое интересное. Этот бродячий бард, который якобы ночует на ветвях Древа Ванессы и перебивается случайными заработками, ориентировался в огромном, запутанном особняке Дилюка так, словно сам проектировал этот дом. Он уверенно миновал парадную гостиную, свернул в узкий коридор для прислуги, безошибочно нашел нужную арку за гобеленом и вывел нас к глухой каменной стене в самом дальнем, неосвещенном тупике первого этажа.

— Ты тут подозрительно хорошо всё знаешь, — прищурился я, глядя в его спину. — Часто в гости к Бэтмену захаживаешь, пока его нет?

— О, ну что ты! — Венти обернулся, невинно хлопая ресницами. — Просто ветер шепчет мне планировку! Ветер знает каждую щелочку!

Он подошел к стене, присел на корточки и, отставив бутылки в сторону, начал ощупывать каменную кладку у самого пола.

— Так-так-так… Ага! Вот она!

Он нажал на один из ничем не примечательных серых камней, раздался тихий щелчок, затем глухой скрежет древних механизмов, и часть стены со скрипом отъехала в сторону, открывая зев темного, пахнущего сыростью и озоном прохода, ведущего куда-то глубоко под землю.

— Добро пожаловать в склеп, домовладелец! — Венти радостно указал на лестницу, уходящую во мрак. — Только под ноги смотри, там ступеньки скользкие!

Мы начали медленный спуск по крутой винтовой лестнице, ступени которой, были вытесаны из цельного куска скалы. Воздух здесь был спертым — верный признак того, что внизу скопилось приличное количество нестабильной Анемо-энергии, я зажег на ладони небольшой бирюзовый огонек, чтобы не свернуть шею в этой кромешной тьме.

— И кто еще про это чудо архитектурной мысли знает? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос не слишком сильно дрожал от эха, гуляющего по шахте.

— Абсолютно никто! — гордо заявил Венти, бодро шагая впереди и позвякивая бутылками. — Ни Дилюк, ни кто-либо из Рыцарей Фавониус, кому вообще захочется копаться в том, что было похоронено под фундаментом? Как ты сам понимаешь, мало кто интересуется историей, которой две тысячи шестьсот лет. Людям важно, что происходит здесь и сейчас, а не в далеком, пыльном прошлом.

— Ага… — я мрачно хмыкнул, осторожно переступая через какую-то подозрительную трещину в ступеньке. — А потом это "далекое прошлое" как ударит под дых в самый неподходящий момент! Что-то где-то замкнет, печать треснет, и весь ваш ветряной Магнитогорск тряхнет так, что мало не покажется, знаем мы эти тропы: забытое зло всегда просыпается, когда герои собираются в отпуск.

— Ой, да не переживай ты так! — отмахнулся бард, даже не обернувшись. — Что там это барахло может сделать? От него можно получить разве что легкий ветряной поток в лицо, ну, может, прическу испортит, Декарабиан мертв, его сила рассеялась, остались только фонящие сувениры.

— "Легкий ветряной поток", говоришь? — я саркастично фыркнул. — Венти, я сегодня утром уже получил "легкий ледяной поток" от женщины, которая должна была быть просто дипломатом, мой лимит доверия к местной безопасности исчерпан на сто лет вперед.

Лестница наконец закончилась, и мы вышли в просторный, круглый зал. Мой огонек осветил древнюю каменную кладку, покрытую толстым слоем пыли и странными, выцветшими рунами, которые слегка пульсировали тусклым серым светом, в центре зала возвышался массивный каменный постамент, над которым, удерживаемый невидимыми потоками воздуха, медленно вращался какой-то бесформенный, обломок. От него исходила такая плотная аура древней, тяжелой власти, что у меня заложило уши, как при взлете на самолете.

— Вот оно, — Венти радостно указал на постамент горлышком бутылки. — Моя заначка! Ну, то есть, историческое наследие, правда, миленько? Идеальное место, чтобы выдерживать вино, кстати. Температура всегда стабильная!

Я даже не успел подойти поближе, чтобы рассмотреть этот парящий кусок древней истории, как реальность перед моими глазами буквально взорвалась. Система, которая до этого радовала меня приятными повышениями уровней и шуточными описаниями, внезапно решила, что расслабляться мне рано. Прямо мне в лицо, перекрывая обзор на постамент, Венти и вообще на весь материальный мир, выскочило полупрозрачное окно.

И текст в нем был написан не привычным нейтрально-голубым, а жирнейшим, пульсирующим кроваво-красным шрифтом, от которого у меня мгновенно заслезились глаза.

[КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА!]

[ВНИМАНИЕ! Обнаружена нестабильная сущность Божественного ранга (Остаток Декарабиана).]

[Статус печати: КРИТИЧЕСКОЕ РАЗРУШЕНИЕ (98 %)]

[Причина