"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

– Я помню, как тогда было дело… ты прикатил Райнбоку бочку игристого вина, настоянного на «Слезах горной девы» и расхвалил напиток, как средство, что позволяет любить подряд дюжину юных дев. Старый козел не устоял, он сразу спор решил в твою пользу. Ничего, когда-нибудь мы доберемся и до Райнбока… я бы не прочь забрать себе его хваленые винокурни.

– Еще есть Дагмар – он сшиб меня с коня на прошлом турнире.

– Довольно! Я даже слышать не желаю об этом Меченом… жаль его не сварили живьем твари Инсекты, наверно, сами бы издохли следом. Ха-ха!

Альберт гнусно захохотал, а Волк едва сдерживался, чтобы прямо сейчас не запрыгнуть ему на спину и не сломать хребет одним точным ударом. Но судьба решила подыграть именно человеку в звериной плоти. Не зная о том, что жизнь висит на волоске, Альберт продолжал обсуждать прелести Катарины.

– И все-таки девица хороша… Ты помнишь, как сверкали ее глаза, словно два золотых под тонкими бровями, она верно ему дорога… такая красавица… Как же он отпустил ее одну, может, она любит гулять со служанками вокруг замка, а, Одри? Я не вернусь в Гальсбург пока не потешусь с ней, клянусь Заповедной Рощей!

Волк медленно поднялся, одну за другой разминая мощные лапы. Альберт снова склонился к самой воде и вот тогда-то на его шее сомкнулись «железные» челюсти разъяренного Зверя. Волк даже не обратил внимание на внезапную боль в плече, продолжая терзать ненавистного врага, пока хриплое дыхание рыцаря не сменилось тонким свистом в груди.

Лишившись души, стройное тело Альберта рухнуло в заросли жирной травы на топком берегу, а Волк прыгнул в реку, позволяя стремительному течению унести себя дальше от места убийства. Но, прежде чем с головой оказаться в воде, до чутких ушей Волка донеслись громкие крики и разноголосый лай приближающейся к берегу, отдохнувшей своры.

Да еще эта досадная помеха в плече… Почти захлебываясь, Волк отчаянно вертелся, пытаясь ухватиться зубами за оперенье дротика, пронзившего мышцы почти до самой кости. Одринтон проявил неожиданную ловкость… надо отдать должное заядлому зверолову.

Река уносила Волка все дальше и дальше, лохматая шкура намокла и тянула ко дну, лапы окоченели – скоро он перестал бороться с потоком и лишь изредка делал усилие, чтобы высунуть из воды морду и набрать воздуха. Небо опять почернело, покрывшись сплошной пеленой мрачных туч. Не миновать грозы.

Спустя менее получаса течение замедлилось, и уставший зверь с трудом смог выбраться на пологий берег. Плечо немилосердно саднило, кажется, дротик был пропитан ядом, недаром передняя лапа уже отказывалась служить и, поджимая ее к телу, Волк побежал к лесу так быстро, как только мог. Он торопился вернуться в Ульфенхолл, знал, что ранение не слишком опасно, всего два-три дня и следа не останется, а самый жестокий яд сможет побороть горячая кровь оборотня.

Впереди показались очертания знакомой деревушки. Волк едва не взвыл от радости, разглядев островерхую крышу церквушки Лоста. Дорогу можно скоротать через знакомую чащу, где зверь чувствовал себя в привычной безопасности, еще совсем немного усилий и родной замок как на ладони… и Катарина… придется что-то для нее придумать… придется соврать.

Волк сейчас же представил милое, смущенное личико хозяйки, которую он ласкал всего-то лишь несколько часов назад, как вдруг земля под его телом расступилась и он полетел вниз, прямо на острые колья ловушки.

Если бы этот зверь был обычным волком, то сейчас уже лежал бы, корчась в предсмертных муках, разевая пасть на деревянное острие, что торчало из разодранного брюха. Но в самый последний момент Веймар смог заставить свое ловкое тело увернуться ближе к краю ямы, так что остро заточенный кол только пробороздил его бок, вызывая дикую боль и новую вспышку ярости.

Потом Веймар какое-то время лежал, сжавшись вокруг деревянного столба и жадно глотал воздух, отплевывая комья подсохшей земли со дня ямы. Хищник уже изнемогал, уступая место человеку… Напоследок же, еще волчьим обонянием, Веймар смог уловить запах вареного лука и терпкого пота, а также смердящий дух лютой ненависти, которую едва покрывал морозный страх.

В тяжелой голове тотчас родилось воспоминание о наглом молодом парне, который однажды посмел прикоснуться к Катарине под Священным дубом.

Но месть подождет… Сейчас Веймар должен позаботиться о себе, сохранить жизнь своему Зверю и добраться до родного убежища. Из рваной раны от паха до груди ручьем лилась кровь, он с трудом заставил себя встать на ноги, и лишь с пятой попытки смог дотянуться руками до края глубокой ямы.

«Как же сильна была ненависть простолюдина… на кого он осмелился посягнуть!»

Злость и саднящая боль новой раны придавала сил, – напрягая мускулы, Веймар совершил нечеловеческий прыжок и опустился на четвереньки у края ловушки.

Как в зыбком тумане он преодолел дорогу до Локмора, наверно, древнее чутье само привело его под защиту Спящих Богов, ведь те всегда были к нему благосклонны. Измученный Лостан свалился у корней огромного зеленого Исполина и теперь с наслаждением ловил запекшимися губами дождевые струи, смывавшие кровь с израненного тела.

В Ульфенхолле Катюша места не могла найти себе от беспокойства, хотя Торм пытался убедить ее, что хозяин и прежде мог отсутствовать по нескольку дней кряду. Но какая причина могла задержать Веймара на этот раз.

– Я чувствую, что с ним произошло что-то плохое, вот здесь… прямо у горла такое чувство и еще в груди… Торм, надо его искать! Куда он мог отправится в грозу? Где мог заночевать?

– Если вы думаете, что женщина…

– Да женщина здесь не при чем, я ему полностью верю! Веймар в беде, ему сейчас очень плохо и он совсем один. Торм, надо отправить людей в лес.

Старый воин пожал плечами и задумался. В чем-то Катарина права, Веймар не любил зря мокнуть под дождем, и у него не было серьезных причин рыскать по лесу после совместной прогулки с госпожой, о чем он