Ревизор: возвращение в СССР 53 - Серж Винтеркей

претензий товарищу Кулакову в том, что мы тратим ежегодно иностранную валюту на покупку зерна за рубежом. И на последнем заседании Политбюро они должны были с Полянским оправдаться по этому поводу, но у них не получилось.

Так что теперь должность Полянского вакантна, и было бы неплохо для КПК, если бы нам удалось предложить кандидатуру будущего министра сельского хозяйства, которая будет одобрена на Политбюро. Владимир Лазоревич, вы человек дотошный, дисциплинированный, педантичный. Кто, как не вы, знаете хорошо потенциал большинства кандидатов на эту должность? Тем более что вы у нас очень часто выезжаете в районы и хорошо знаете обстановку на местах – с точки зрения и трудовой дисциплины, и выполнения задач, поставленных партией в области сельского хозяйства. Поэтому буду вам признателен, если вы подумаете и ко вторнику предложите мне кандидатуры, которые можно будет порекомендовать Политбюро на эту позицию.

Межуев, конечно, вызвался помочь. Уходил от Пельше он очень даже довольным.

Всё же, похоже, то выступление на Пленуме, которое ему далось немалыми нервами, было положительно оценено и его руководителем тоже. Вполне может быть, что Пельше и похвалили за то, что он, Межуев, так хорошо тогда выступил. Иначе трудно объяснить, почему он дал ему настолько интересную задачу.

Хотя, правда, возможно, не стоит впадать в самодовольство, и всё объясняется гораздо проще: он далеко не единственный, кто получил от Арвида Яновича эту самую задачу. Может быть, он уже озадачил ею ещё человек десять – пятнадцать в КПК помимо него.

Тоже, в принципе, вариант научного подхода: поручи такой кадровый вопрос десяти – пятнадцати сотрудникам, которым ты доверяешь, а потом посмотри, кто в списке предложенных кандидатов чаще всего встречается. Чем больше знающих людей выберут одного и того же кандидата, тем выше шансы, что и в Политбюро о нём хорошо знать будут и согласятся его одобрить на эту должность.

Но, как бы то ни было, Межуев свой шанс отличиться упускать не собирался. С возможным кандидатом, которого он найдёт, конечно же, уже не он будет беседовать, скорее всего, а сам Пельше. Но никто не мешает со временем намекнуть кандидату в министры, если он однажды действительно станет министром сельского хозяйства, кто его первоначально для Пельше предложил…

Министр, который будет знать, что он тебе лично обязан своей должностью, всегда пригодится в жизни.

Глава 18

Москва

Оксана летела домой, как на крыльях. Трудовую у нее взяли, приказ вышел, теперь уже точно не откажут.

Её так вымотали поиски работы последние несколько недель, что она была просто счастлива, что вопрос наконец‑то решён.

«Как же повезло мне с младшеньким! – качала она головой, размышляя по дороге на работу. – Марат – какой молодец! И сам устроился хорошо в Москве, и мне вот смог помочь».

Как же это ее Антоша так опростоволосился? Оксана не могла себе представить: муж в Торгово‑промышленной палате работает, а жене найти работу не смог нормальную. Нашёл должность, так у какой‑то мымры, которая по наветам своих приятельниц кого угодно может со свету жить. И все, провал полный… А потом больше ничего – только нянечку предлагали. Да ещё издевательски так, с ухмылочками посматривали при этом… Как вспомнишь, так аж зло берёт, и пальцы в кулаки сами сжимаются. Да, что‑то он в этот раз впросак попал…

А Марат вон какой молодец оказался. И быстро так вопрос решил. Буквально ж недавно ему пожаловалась, что работу не найти. И вот тебе, пожалуйста: сразу и договорился. Хороший сын. Это от дочки и других сыновей никакой помощи не дождешься, а Марат хороший…

И в РОНО эта женщина такая приятная оказалась – сразу несколько вариантов предложила.

Оксана шла и размышляла, не зная даже, что и думать.

Здорово, конечно, что работа теперь есть. Жалко только, что до нее минут сорок добираться, как минимум. Но это ничего страшного. Это такие трудности, которые у большинства москвичей есть. Как сестра рассказывала, это ещё повезло: некоторые по полтора часа на работу добираются, – думала она. Сорок минут – вполне нормально.

Главное, что теперь официально в Москве работа имеется. Это здорово.

И главное, что воспитательницей, а не нянечкой, как эти кикиморы предлагали. Но ничего. Глядишь, годик‑два, и в доверие заведующей войти получится, взаимоотношения наладить. Может быть, и заместителем удастся стать.

А там, чем чёрт не шутит, всякое в жизни бывает. Может, получится и повыше прыгнуть. Было бы здорово…

***

Москва, Лубянка

Румянцев дождался, когда Вавилов вернется к себе – как пояснил его помощник, генерал выполнял какое-то задание руководства, – и тут же отправился к нему на доклад по поводу новых данных прослушки.

Прослушку стали пораньше приносить по Ивлеву, как Вавилов и обещал, так что много что успело собраться. И вся эта история с приглашением его как автора пьесы в Японию вместе с театром «Ромэн», и все очень интересные звонки Ивлева по поводу приглашения многочисленных гостей на свой день рождения, которые глубже демонстрировали его связи и уровень отношений с теми или иными персоналиями. Вавилов с интересом ознакомился со сделанными Ивлевым звонками. Покачав головой, сказал:

– Да у него и с Захаровым, и с Межуевым гораздо серьёзнее отношения, чем мы думали… Они явно его уважают…

– Межуев, в особенности. Он как-то даже и обрадовался приглашению! – согласился Румянцев.

– Теперь переходим к самому интересному сюжету – по поводу этого приглашения в Японию. – продолжил генерал. – Я думаю, тут двух мнений быть не может, Олег Петрович. Японцы со всей ранее не присущей им наглостью в отношении действий на территории Советского Союза решились предпринять активные вербовочные действия в адрес Ивлева. Хотят заполучить его к себе на территорию под предлогом гастролей театра «Ромэн».

– Так точно. – кивнул майор.

– При этом мне лично приятно отметить, что Ивлев всячески упирается и не хочет туда ехать. Что достаточно разумно с его стороны, – добавил он. – Интересно, по какой причине он не хочет этого делать?

– Да он и в целом не большой любитель заграничных поездок. Раньше по крайней мере был, – напомнил Румянцев. – Помните,