Чун Цзы. Книга 2 - Шу Кэ

«Три года?» Чун Цзы устало закрыла глаза, никак не реагируя.

Прошло три года, почему бы не позволить ей спокойно уйти? Зачем снова вызывать те воспоминания, сбрасывая ее с небес на землю? Она не хотела верить, что наставник, который так сильно о ней заботился, отказался от нее, что он, как и все остальные, желает ее смерти, что он лично причинил ей боль. Она предпочитала думать, будто он сам был обманут, введен в заблуждение, поэтому несправедливо обидел ее саму.

Волосы девушки были растрепаны, руки и ноги переломаны, кости пронзали кожу, покрытую кровью и грязью, – отвратительное зрелище. Естественно, Юэ Цяо потерял к ней всякий интерес. Чувствуя лишь брезгливость, он холодно усмехнулся и обратился к кому-то за ее спиной:

– Теперь она просто ничтожный мусор. Чего бояться?

«Здесь есть кто-то еще?» Чун Цзы была удивлена.

– Три года в заточении, но все еще не сошла с ума, – фыркнул Юэ Цяо и, видя, что она его игнорирует, схватил ее за волосы. – Может быть, опять захочешь меня убить? Посмотрел бы на это.

– Желаешь умереть? – Чун Цзы медленно подняла на него взгляд.

Глаза феникса были наполнены яростью, в них блеснул стальной огонек.

Хоть Юэ Цяо и знал, что в таком состоянии она не сможет ему ничего сделать, все равно почувствовал робость и отступил. Чун Цзы напрягла лицевые мышцы и осталась довольна тем, что все еще может улыбаться.

– Смелость братца оказалась всего лишь громкими словами.

От этой насмешки Юэ Цяо взбесился.

– Косточки переломаны, а норов все такой же!

Пощечина была сильной. Голова девушки мотнулась, и острые шипы еще сильнее впились в шею, вызвав кровотечение, которое, впрочем, быстро остановилось благодаря льду.

Она специально провоцировала его, надеясь в смерти обрести свободу.

Чун Цзы сплюнула кровавую слюну, приподняла бровь и медленно проговорила:

– Если не прикончишь меня сейчас, однажды я убью тебя!

Когда она ранила его в прошлый раз, юноше потребовалось больше полугода, чтобы полностью восстановиться. Юэ Цяо был человеком мелочным и затаил глубокую обиду. Используя имя матушки, он проник в школу Куньлунь, выкрал ключ у дяди Юй Сюя, а затем пробрался в Ледяную тюрьму, обманув учеников, стоявших на страже. Он собирался заставить ее помучиться, но она не только не поддалась на издевательства, а еще и осмелилась дерзить. Вспоминая тот ужасный миг, когда ее с ног до головы окутывал темный дух, Юэ Цяо почувствовал страх. Он подумал о том, как много ци осталось в узнице Ледяной тюрьмы. За его спиной дед, владыка Западного моря, и дядя Юй Сюй, ему ничего не будет за ее убийство.

Желание убить вдруг поселилось в сердце, и он неосознанно сжал ладонь на рукояти меча.

«Это конец?» Чун Цзы собиралась закрыть глаза и вдруг увидела, как из-за ледяной стены вылетела ослепительная голубая молния. Кажется, она уже видела нечто подобное раньше. Сердце замерло. Девушка силилась вспомнить, но не смогла, а Юэ Цяо тем временем упал на землю.

Из-за ледяной стены вышла фигура.

Чун Цзы долго смотрела на нее, затем открыла рот, но не смогла вымолвить ни звука.

Через миг хорошо знакомая фигура уже была прямо перед ней. Все та же пестрая яркая одежда, простое лицо, никаких изменений во внешности, вот только энергетика, исходящая от фигуры, совершенно преобразилась, став гордой и суровой. Почти неузнаваемой.

– Букашка.

– Сестра Чжэньчжу? – недоверчиво пробормотала Чун Цзы, желая удостовериться в увиденном.

– Да, я, – улыбнулась девушка.

Пятна крови с ее лица и тела исчезли сами собой. Чун Цзы ощущала чистоту, уют, давно забытое чувство родства. У нее засвербело в носу, слезы непроизвольно хлынули из глаз, голос задрожал:

– Сестра Чжэньчжу, как ты здесь оказалась? Я думала… думала, все забыли обо мне.

– Букашка! – Янь Чжэньчжу долго смотрела на нее, а затем произнесла с тяжелым вздохом: – Ты до сих пор не поняла?

Чун Цзы застыла. Она прежде уже видела эту синюю вспышку, вот только никак не могла вспомнить где. В тот раз она потеряла сознание, а когда очнулась, уже стала преступницей. Так это она ее подставила? Сестра Чжэньчжу?

Чун Цзы растерянно повторяла:

– Нет, это не можешь быть ты!

– Это я.

– Но почему?

Янь Чжэньчжу не ответила. Она повернулась к лежащему на земле Юэ Цяо, презрительно хмыкнула и пинком перевернула тело.

– Эти три года я старалась сблизиться с Сыма Мяо-юань, и в итоге все получилось. Она убедила эту тварь прийти сюда. Один – скотина в человеческом обличии, другая – мерзкое создание со злобой в сердце. Поистине пара, созданная на Небесах.

Чун Цзы бросила косой взгляд на свою сломанную руку, плетью висящую лишь на коже и сухожилиях. Она мрачно усмехнулась и покачала головой. Янь Чжэньчжу, безусловно, навлекла на нее беду, это вызывало гнев и печаль. Но ее действия по сравнению с действиями тех, кто, зная о невиновности Чун Цзы, все равно желал девушке смерти, ничто. По их мнению, она должна была умереть лишь потому, что родилась с темным духом.

– Ты хочешь убить меня или спасти? – Чун Цзы чувствовала лишь усталость и бессилие. – Если хочешь спасти, то не стоит. Не знаю твоих истинных мотивов, не знаю, зачем ты навредила мне, но теперь я калека, и твои планы на меня не имеют смысла. Если у тебя в сердце есть хоть капля вины, просто убей меня, и я больше не буду тебя ненавидеть.

Янь Чжэньчжу опустила взгляд.

– Ты переродишься, не войдя в Призрачные врата. Но прежде я должна тебе кое-что показать.

Она подняла руку и, как обычно, нежно погладила Чун Цзы по лбу. С воспоминаний, словно со старых свитков, слетела пыль. Картины стали открываться одна за другой: облачный мост, море, огромная рыба, гора бессмертных, маленькая нищенка, надменный юноша, недосягаемый бессмертный в белых одеяниях, дерзкий молодой господин, холодный повелитель демонов, успокаивающий ее в своих объятиях…

«Дурнушка, если не боишься, просто следуй за мной».

«Пока я здесь, никто не посмеет тебя обидеть».

«Если станешь моей женой, я всегда буду хорошо с тобой обращаться, буду позволять издеваться над собой и больше никогда не стану смотреть на других сестричек. Ты… согласна?»

«Букашка, всегда помни: сколько бы обид и страданий ты ни перенесла, обязательно найдется тот, кто поверит и полюбит тебя, как я».

В один миг в ее памяти пронеслось так много воспоминаний, что их было невозможно связать воедино. Чун Цзы видела все будто сквозь сон. Янь Чжэньчжу разрезала плоть Юэ Цяо, отделяя две лопаточные кости, и стала их полировать.

– Что ты делаешь? – машинально спросила Чун Цзы.