Бессмертные (сборник) - Джеймс Ганн

Гарри позволил ей отвести себя в соседний номер. Вложил в щель на двери монеты. Автомат поприветствовал их и впустил внутрь. Номер был в точности таким же, как тринадцатый. Марна сунула кусочек пластика между косяком и дверью, когда та начала закрываться. Затем ожидающе взглянула на Гарри.

Он пожал плечами, снял куртку и набросил ее на лампу. Комната сразу приобрела таинственный и немного зловещий вид. Марна встала на колени, скатала напольный коврик и стянула покрывала с кровати. Затем подошла к настенному телефону, слегка потянула, и экран визора повис на креплениях. Она сунула руку внутрь, схватила что-то и вытащила наружу. Это оказалась катушка, плотно обмотанная медным проводом.

Марна направилась к душевой кабине, на ходу разматывая провод. Стоя снаружи кабины, она прикрепила один конец провода к крану с горячей водой. Затем растянула провод по всей комнате, на манер паучьей сети, оборвала его и оставшийся конец прикрепила к сливу в полу душевой. Второй кусок провода растянула рядом с первым, не давая им соприкасаться.

Следя за тем, чтобы не коснуться проводов, она добралась до душевой кабинки и повернула кран с горячей водой. Он булькнул, но вода не полилась. Она на цыпочках прокралась назад, подняла скатанный коврик и швырнула его на кровать.

— Ну, спокойной ночи, милый, — сказала она, махнув Гарри на дверь и жестами предупреждая насчет проводов. Когда Гарри благополучно добрался до двери, Марна выключила лампу и сняла с нее куртку.

Выйдя из комнаты, она захлопнула дверь и выдохнула с огромным облегчением.

— Ну теперь-то все в порядке! — яростно прошептал Гарри. — Я не могу принять душ и вынужден спать на полу.

— Вам бы все равно не понравился такой душ, — заявила Марна. — Ведь он наверняка стал бы для вас последним. Здесь все под напряжением. И, конечно, вы можете занять кровать, если захотите, но я бы посоветовала лечь на пол вместе с нами.

* * *

Гарри не мог уснуть. Прежде всего из-за темноты и тишины в комнате, а уж затем из-за звуков тяжелого дыхания старика и более легкого — Кристофера и Марны. Будучи ординатором, он давно отвык спать в одной комнате с другими людьми.

Да еще и руку покалывало — не сильно, но достаточно, чтобы отпугнуть сон. Он слез с кровати и пополз туда, где на полу лежала Марна. Она тоже не спала. Он молча предложил ей лечь на кровать рядом с ним, объяснив жестами, что не собирается приставать к ней. У него и желания-то такого не было, а даже если бы оно возникло, его сдерживала клятва Гиппократа. Он просто хотел, чтобы стихло покалывание под браслетом и он наконец-то смог бы уснуть.

Она махнула рукой, приглашая его спуститься к ней на пол, но он отрицательно покачал головой. Наконец она смягчилась настолько, чтобы передвинуться поближе к кровати. Улегшись на живот и свесив руку с кровати, Гарри почувствовал, что покалывание стихает, и провалился в беспокойный сон.

Сновидения, один за другим, нахлынули на него. В одном из них Гарри проводил долгую и сложную резекцию легкого. Микрохирургические приборы скользили в потных пальцах; луч лазера случайно задел аорту. Пациентка начала подниматься с операционного стола, и кровь фонтаном хлестала из ее сердца. Это была Марна. Она гналась за ним по длинным больничным коридорам.

Лампы над головой уплывали все дальше и дальше, пока Гарри не оказался в полной темноте. Он бежал среди теплой, липкой крови, которая поднималась все выше и выше, пока не накрыла его с головой.

Гарри проснулся, задыхаясь, сражаясь с чем-то, накрепко спеленавшим его. Рядом раздавались звуки борьбы. Что-то хлопало и трещало. Кто-то ругался.

Гарри отчаянно, но безуспешно дергался. Что-то треснуло. Еще раз. Гарри уловил проблеск предутренней серости в абсолютной тьме и рванулся к нему, выбравшись через порез в натянутом покрывале, все четыре конца которого уходили под кровать.

— Быстрее! — скомандовал Кристофер, складывая свой карманный ножик.

И двинулся к двери, где его уже терпеливо поджидал Пирс.

Марна подобрала металлическую ножку, отвинченную у стола. Кристофер убрал кресло, подпиравшее дверную ручку, и тихонько открыл дверь. Он вывел Пирса из номера, Марна вышла за ними. Ничего не понимая, Гарри последовал за ней.

Из четырнадцатого номера раздался чей-то крик. Сверкнуло синим. Послышался шум падающего тела. Гарри почуял запах горелой плоти.

Марна кинулась вперед, к воротам. Она воткнула набалдашник ножки в землю, а металлический конец подтолкнула к забору. Забор полыхнул голубым пламенем, которое, потрескивая, перекинулось на ножку стола. Ножка раскалилась докрасна и прогнулась, когда металл размягчился. Затем все погрузилось во тьму, включая неоновую вывеску над ними и освещение на воротах.

— Помоги мне, скорее!

Марна задыхалась, пытаясь поднять ворота. Гарри просунул руки снизу и потянул. Ворота сдвинулись на фут и застряли.

Где-то позади хрипло, без слов, кричали. Гарри налег на ворота. Они наконец поддались и легко пошли вверх. Он поднял руку, не давая им опуститься, пока выходили Марна, Пирс и мальчик. Затем сам скользнул под ворота и отпустил их.

А через секунду снова вспыхнуло электричество. Ножка стола расплавилась и каплями стекла на землю.

Гарри оглянулся. Вслед за ними неслось инвалидное кресло с электроприводом. На сиденье высилась чудовищная, деформированная гора плоти, оживший ночной кошмар. Гарри не сразу смог понять, что это инвалид с ампутированными конечностями и сердечной недостаточностью. Аппарат искусственного кровообращения крепился к спинке кресла, напоминая вторую голову. За коляской неслось долговязое пугало с хлещущими по спине космами. Затрапезное платье намекало на особь женского пола…

Пораженный кошмарным зрелищем, Гарри замер, не в силах оторвать от него глаз. А в это время чудище на коляске добралось до одного из пулеметных гнезд. Провода выползли из ручки кресла, как волосы Медузы, и подключились к панели управления орудием. Пулеметная очередь прошила тишину. Что-то пробило рукав Гарри.

Опомнившись, Гарри развернулся и кинулся в спасительную темноту.

Полчаса спустя он понял, что заблудился. Марна, Пирс и мальчишка пропали. Он остался один, вымотанный, с пылающей рукой и болью в запястье, подобно которой ему еще не доводилось испытывать.

Он ощупал предплечье. Рукав был влажным. Поднеся пальцы к носу, он почуял кровь. Черт, пуля-таки зацепила его!

Совершенно убитый, Гарри уселся на обочине шоссе, окунувшись в чернильную темноту ночи. Кинул взгляд на светящийся циферблат наручных часов. Три двадцать. До рассвета еще пара часов. Вздохнул и