Наследник Мудрецов 1-10 - Роман Романович

Ах да. Если прокатит, ещё отца этим тыкать буду. Он-то договориться не смог.

* * *

На следующий день мне решили как следует потрепать нервы.

Утро началось с того, что к нам отряд городовых заявился.

— Сергей Валовой? — смерили меня взглядом, когда я во двор вышел.

— Он самый. С кем говорю и по какому делу вы заявились в мой дом?

— Ведётся расследование преступной деятельности одной банды, — ответил мне дядька. — В связи с этим поступил приказ задержать Савелия Валового.

— Савелия? — вскинул я брови. — Вы, верно, шутите?

— Никаких шуток. У нас есть информация, что он сейчас находится в этом доме. Будете препятствовать или предоставите нам этого молодого человека? Вот приказ, — протянул он мне бумагу.

Которая была заверена по всем правилам, насколько я мог судить.

— Ждите, — сказал я, а приказ сложил и сунул в карман.

Пусть полежит. Там подписи важных людей, может пригодиться. Вернулся в дом, коротко обозначил ситуацию.

— Они серьёзно? — удивился Савелий.

— Допрыгался, бестолочь, — замахнулась на него мать полотенцем, но попасть не смогла, парень легко увернулся.

— А знаете… — прикинул я варианты. — Савелий, собирайся. Прокатимся с городовыми.

— Думаешь, стоит? — усомнился он.

— Сергей? — забеспокоилась и мать. — Опять начинается?

— Оно теперь никогда не закончится, — ответил я. — А так да. За Савелия не бойся. Я с ним поеду. Посмотрим, кто эту интригу закрутил.

— Если так говоришь… — сказал брат.

— У меня на такую жизнь никаких нервов не хватит, — вздохнула мать.

— Может, тебя в санаторий отправить? Есть же места хорошие, — предложил я.

За что тоже чуть не получил полотенцем. Ох уж эти матери.

* * *

Городовым не очень понравилось, что я вместе с ними поеду. Даже попытались настоять, что непорядок. Не сработало.

В знакомое здание, откуда я своих ребят вытаскивал, вместе приехали. Я к тому моменту уже знал, что парней Савелия поймали и сейчас активно их допрашивали, с применением лёгких форм рукоприкладства. Это когда по морде дают, а увечий избегают.

Когда прибыли, на входе нас также ждала моя адъютант и ещё один мужчина в костюме.

— Господин, — поклонилась мне Алиса.

— Утро доброе, — кивнул я. — А ты здесь как оказалась?

— Олег Васильевич связался и сказал, что нечего мне бездельничать. — улыбнулась девушка. — Постараюсь быть вам полезной.

О как. В смысле, откуда отец узнал? Хотя ладно. Следит и следит. Плохо, что ли.

— А кто эта красивая дама? — живо заинтересовался Савелий.

Который чувствовал себя свободно, пусть городовые и столпились вокруг нас, видимо, не зная, что делать.

— Это моя адъютант, — ответил я. — Потом вас познакомлю. А это… — глянул я на мужчину.

— Я адвокат. Здесь по просьбе Олега Васильевича, — ответил мужчина сдержанно.

Кланяться вот не стал. Не удивлюсь, если он и сам аристократ. Костюм у него… Да дорогущий, что тут скажешь.

— Отлично. Вот ваш подопечный, — указал я на брата. — Городовые говорят, он жуткий уголовник, но вы им не верьте.

— Не поверю, — ответил мужчина без улыбки. — Могу я ознакомиться с обвинениями? — направился он к городовым.

А дальше закрутилось, завертелось. До камеры Савелий не дошёл. Видимо, моё появление в прошлый раз запомнили, потому что в этот раз начальник городовых прибежал куда быстрее.

— Господин Валовой! — почти радостно крикнул он мне, встретив в общем холле. — Или вас теперь иначе именовать?

— Можно и так, и так, — ответил я. — Не обижусь. Доброе утро, Тимофей Игоревич. Как поживаете? Что-то лицо у вас бледное, поди, зашиваетесь из-за коронации-то?

— Вы не представляете, сколько работы на нас свалилось, — пожаловался мужчина. — Народу в столицу уйма приехала, все гостиницы забиты, а преступники активизировалось. Позвольте узнать, а вы здесь…

Про народ это он верно подметил. Пока ехали, несколько раз в пробке застрять умудрялись.

— Да вот, кто-то смелый решил моего брата арестовать. Его людей схватил. Сейчас в допросной избивает, — закончил я с кривой ухмылкой.

— Это не я, — поспешно заявил Мишенев.

— Простите, что не вы? — вскинул я бровь. — То, что не вы избиваете, я вижу. Но кто-то же это делает.

— А мы сейчас разберёмся, — как-то угрожающе произнёс Мишенев.

Стоило признать, отношение ко мне изменилось. Я даже малость удивился, но потом вспомнил, что провёл дуэль с Фоловым — владетелем-Властью — и Романовым — владетелем-Битвой. В обоих случаях уверенно победил. Мелочь, но репутации мне это точно добавило. А может, и в другом причина. Мало ли.

Как ни странно, вопрос действительно быстро решился. Оказалось, что обвинение строится на каких-то мутных донесениях. Брату пытались накинуть, что он организовал банду с целью рэкета в том районе, где мы раньше жили. Отчасти оно так и было, но лишь отчасти. Я точно знал, что совсем уж незаконными делами Савелий не занимался. А то, что плату с некоторых брал, так не за просто так. Шпана из соседних районов могла много неприятностей доставить.

В общем, обвинения были разбиты. Парней отпустили. Я Савелию денег выдал, отправил проставиться перед парнями.

Также в процессе я через Теней посмотрел замечательную сцену, как Мишенев чихвостит причастных к самодеятельности. А потом услышал ключевую фразу от главного затейника. Там упоминался акт совокупления и некто Кристальный. Причём настолько искренне и эмоционально, что я сразу поверил, что эта история без второго дна. Просто Мордур решил поквитаться за оббосанный туалет, не иначе.

Зря он это. Очень зря.

* * *

Мордура я на ночь оставил, а сам взялся за дела, которых в моём графике по-прежнему хватало.

Следующим пунктом шли переговоры с наставницей, которую Церера советовала, для подготовки к изучению целительского дела. До нужного места я добрался через Тень. Ну как… Я добрался до нужного района, а там ножками пошёл искать дом, наткнувшись на безобразную сцену.

Вход в дом был со двора-колодца. Это такая маленькая штука, где почти ничего нет. Я сначала ругань услышал, прошёл внутрь, а там и увидел, как какая-то мелкая старушка собачится со шпаной. Шпана — упыри лет четырнадцати, совсем отбитые, судя по тому, что старушке ножом угрожали и материли её. Справедливости ради, она их тоже материла, чтоб проваливали отсюда, цитирую: «наркоманы драные».

— Извините, — подошёл я, вклиниваясь в эту увлекательную битву. — А Федотья Павловна, случаем, не здесь живёт? — указал я на подъезд, рядом с которым битва и происходила.

— А-а? — обернулась старушенция ко мне. — Я это. Чего надо?

— От госпожи Цереры. По вопросу обучения.

— А-а… — протянула она совсем другим тоном и бросила на шпану взгляд, полный неприязни. — Идёмте, молодой человек. Не обращайте внимания на этих пропащих.

— Дядь… — шагнул