Звезды, пламя и сталь. Книга 3 - Игорь Викторович Лопарев

— Ну, не то, чтобы против, — задумчиво протянул Дрищ, — есть вопрос: а почему только половину?

— Ну, я думаю посмотреть, не станет ли наш коэффициент ещё более благоприятным, — объяснил я, — ведь процесс только стартовал — и многие игроки пока просто не в курсе о том. что можно ставить…

— Понятно, — это уже Чиж, — но тогда нужно будет мониторить ситуацию…

— Вот ты этим и займёшься, — гыгыкнул я, — а я пока ставку сделаю, — и потянулся за коммуникатором, чтобы связаться с банком.

Ставку приняли без проблем. Но, стоило мне только дать отбой, как ко мне подскочил Чиж и протянул свой планшет.

А там крутилась запись с камер наблюдения… Да, да, та самая запись, на которой я бью морды наймитам безвременно почившего Зауэра.

А в соседнем окне, что было на экране, я увидел, что ставки за меня растут.

То есть только-что я поставил хорошую сумму исходя из соотношения 1:12. А сейчас, спустя каких-то пять минут всё поменялось — уже 1:8… А пока я связывался с банком, цифры продолжили меняться.

В общем, вторую ставку я делал уже исходя из того, что пропорция уже 1:6,6…

И это так повлияла запись моего скоротечного боя с этими бомжами…

А сейчас ещё нароют откуда кораблик… И это дело времени, причём очень короткого… Я же всё службе миграции расписал. И кто я такой, и откуда взялся…

Так что если нижние чины там берут контракты на посторонних, то уж инфой им просто боги велят торгануть… Это же пираты. А тутошние чиновники — это вообще, пираты в квадрате…

Дальнейшее показало нашу правоту. Ставки устаканились на уровне 1:5. Но это пока. Я так понял, далеко не всё игрокам обо мне стало известно.

А это значит, что мы хорошо успели.

Я глянул на часы, и с удивлением отметил, что время пролетело совсем незаметно.

Тоесть времени добраться до ратуши нам всё ещё хватало. Но что его оставалось много — я уже так сказать не мог.

Ребята изъявили желание составить мне компанию. Но кто-то должен был и на хозяйстве оставаться. Это выпало Дрищу. Радости это у него, конечно, не вызвало. Но спорить не стал, и принял свой жребий.

А все остальные, включая меня, само собой, погрузились весёлою гурьбой в наш пижонский глайдер и тронулись в путь.

К пяти мне надо было навестить милягу Авигдора, и сообщить, что за оружие я выбираю.

Уважаемые читатели! Так как в Новогоднюю ночь все будут пить шампанское в приятной кампании, выход 24-й главы переносится на 03 января. Да и автору надо слегка расслабиться. В общем, С НОВЫМ ГОДОМ!

Глава 24

— Ваш горячий шоколад! — почти торжественно объявила Селла, не без труда втаскивая в кабинет Бо́бера поднос с множеством блюдечек и тарелочек. И над всей этой мелкой изящной керамикой возвышалась огромная глиняная кружка грубой лепки. Кружка исходила сладким паром, и, кстати, размером была примерно с голову носильщицы, если не больше…

— Ну так тащи её сюда, — сидевший за своим столом Бобер оживился и заинтересовано потянул носом, — а крендельки солёные не забыла?

— Господин Бобер, — Селла приложила все свои силы, чтобы аккуратно поставить поднос на столешницу, а не уронить его. Нежные девичьи ручки уже не могли удерживать эту тяжесть на весу. — тут всё, как вы любите, и миндаль с пряностями, и терпкая вишня, и конфетки шоколадные… — она, похоже, чуть слюной не захлебнулась, пока про вкусности эти говорила. — ну, что делать, начальник её любил пожрать, причём много и вкусно. Так что хочешь, или нет, а тяжести тягать приходится… И на сладости всякие смотреть.

Нет, она, конечно, тоже регулярно себя баловала, когда начальник не смотрит.

Но одно дело, это запихать украдкой в рот конфету, озираясь, чтобы никто не заметил. И совсем другое — лопать солёные крендельки с сыром и запивать всё это из ведёрной кружки густым и ароматным горячим шоколадом. Ни от кого не прячась, заметьте.

— Кстати, господин Бо́бер, а тут нашего последнего заказчика показывали недавно… — а ещё девушка, кроме сладкого очень любила чесать языком. Впрочем, когда у Радомира было хорошее настроение, то он это даже иногда поощрял. Так как сам был не дурак потрепаться, если других дел нет.

А этим утром настроение у него было не просто хорошим, а отличным:

— Какого такого заказчика? — спросил начальник, жуя хрустящий кренделёк.

— Ну того, — вздохнула Селла, — красавчика, которому я ремонт фрегата обсчитать должна.

— Обсчитала уже? — надо постоянно напоминать сотрудникам о работе, чтобы не расслаблялись.

— Так ребята ещё данные не дали, — отмазалась она, хотя часть данных со стенда уже прислали. Просто Бобер об этом ещё не знал.

— А… ну ладно, — сказал начальник, отправляя в рот очередной ломтик солёного сыра, — а что его показывали… Он что, манекенщик теперь, что его по сети показывают? — и сам хохотнул над своей шуткой.

— Не, — тут голос секретарши немного понизился, чтобы слова звучали более драматично, — у него дуэль будет… — страшным шёпотом сообщила она.

— Что ж ты мне раньше-то не сказала? — начальник вдруг стал серьёзен, чем встревожил Селлу, которая такой реакции от него никак не ожидала.

— А что? — удивилась она.

— А то! — задумчиво хмыкнул начальник. — вот что, скинь-ка ты мне файл…

— Какой? — вообще Селла была шустрой девчонкой, но тут она почему-то знатно тормознула.

— Ну ролик про нашего клиента, — пояснил он, прихлёбывая обжигающий шоколад и обдумывая только что возникшую мысль. — про который ты мне тут рассказывала только-что…

— Сей секунд, — Селла поняла, чего от неё хотят, и теперь бросилась исполнять задание со всей присущей ей энергией.

Не успела за девчонкой дверь закрыться, как на мониторе, что стоял на начальственном столе, призывно заморгала иконка входящего файла.

Оценив оперативность, с которой было выполнено его задание, Радомир хмыкнул, и запустил видео.

С самого начала смазливая дикторша с лицом, украшенным перламутровой инкрустацией, объявила о том, что не знавший поражений дуэлянт Бонгани Пхукунци вызвал некого Алексея Князева. Бой состоится завтра на одной из приморских арен.

А этот самый Князев появился в системе совсем недавно и пока пребывает в статусе беженца.

Бобер слышал о Пхукунци. Немного. Кое-что. И в том, что он слышал об этом битюге, не было ровно ничего хорошего. На дуэль он, как правило, вызывал тех, кто заведомо слабее его. И при этом обставлял дело так, что вызванный, если отказывался, то терял, в большинстве случаев, очень солидную сумму.

А если