Экстрасенс в СССР 3 - Александр Яманов

и не понял, что там случилось с импортными музыкальными инструментами и зачем ему подлог. Однако терзающие Рязанцева мысли намекали, что всему виной очередной неудачный бизнес-проект, закончившийся полным крахом.

На мой взгляд, Паша сильно распылялся. Ему бы наладить что-то одно: разумно поднять ценник за ремонт радиоаппаратуры или объяснить друзьям, что кассеты стоят денег и их нужно возвращать. Кроме этого, я бы мог ему найти десяток способов обогатиться, практически не нарушая статьи Уголовного кодекса СССР.

К пятнице я выяснил, кто придёт со мной разговаривать на дискотеку. Оказалось, это тот самый пасечник, рассекающий по сельской местности на новенькой «Волге». Именно ему Паша Рязанцев жаловался на меня накануне, сидя в машине.

С утра я начал готовиться. В связи с намечающимся разговором я хотел связаться с Волковой и попросить не приезжать вечером на дискотеку. Конечно, отменять приглашение и просить встретиться в другом месте — это нехорошо. Но я хотел сделать как лучше. И здесь меня ожидал облом. Я позвонил из сельсовета в город. Администратор гостиницы «Чайка» узнала мой голос и сообщила, что акула пера уехала в Смоленск два дня назад и с тех пор не появлялась.

Чувство, что Аглая должна сделать свой ход, не отпускало меня все эти дни. И чтобы не бегать в сельсовет второй раз, я набрал коммунальную квартиру, желая поговорить с мамой Вовочки. По моим расчётам, эту неделю она работала на фабрике во вторую смену и была дома. А значит, могла сообщить актуальную информацию.

После препирательств с вредной соседкой, ожидавшей совсем другого звонка, к телефону подошёл Вовочка.

— Дядя Лёша, привет!

Вместо звонкого голоса я услышал таинственный шёпот и невольно напрягся.

— Привет, Вовочка. Ты чего сипишь в трубку? Пломбира обожрался или что случилось?

— Случилось, — выпалил пацан, подтверждая нехорошие предчувствия. — Дядя Лёша, срочно приезжай.

После этого соседка начала ругаться на мальчика, мол, он занимает аппарат, и я услышал короткие гудки. Попытался набрать ещё несколько раз, но на том конце было занято.

Проникнувшись серьёзностью момента, я не стал занимать аппарат и, предупредив Клюеву, что меня до обеда не будет, рванул бегом к дому Матрёны. А уже через двадцать минут я нёсся на мотоцикле по просёлку в город.

Оставив «Урал» за два дома от коммуналки, я хорошенько осмотрелся, но никаких подозрительных машин или личностей во дворах не заметил. Зайдя в квартиру, я встретил Вовочку, который ждал меня возле моей комнаты.

Когда я подошёл и открыл дверь, он скользнул внутрь и осмотрел нехитрую обстановку, словно ожидал увидеть здесь полный разгром. Я тоже осмотрелся и внезапно почуял, что недавно здесь был кто-то посторонний. Нет, все вещи лежали на своих местах, но от чужака остался едва ощутимый след.

— Дядя Лёша, я подслушивал, когда ты просил папку и мамку присмотреть за комнатой. А ещё, как просил сразу сообщить, если кто-то будет интересоваться уехавшими в село Беловыми.

Пацан громко шептал, при этом часто дышал и явно был на взводе. Судя по вырывающимся мыслям, он увидел нечто необычное и теперь хотел срочно этим со мной поделиться.

— Вовочка, сядь, — приказал я и очень аккуратно повлиял на его несформировавшиеся мозги, с целью немного успокоить. — Здесь никого, кроме нас, нет. Можешь спокойно рассказать о случившемся, я выслушаю и помогу.

Лёгкое влияние дара на мозг и спокойный голос подействовали правильно, и Вовочка сначала успокоился, а потом заговорил.

— Меня мамка вчера в половине двенадцатого в магазин за хлебом отправила, чтобы батя, когда на обед прибежит, без хлеба суп не ел. Ну, я и пошёл. А увидев в соседнем дворе странную машину, не смог пройти мимо.

— Что за машина?

— Чёрная, похожая на старый «Москвич», но иностранная. Значок круглый с английской буквой «W» внутри.

— Фольксваген, — подсказал я.

— Ну да, наверное. Так вот, из машины вышел худой мужик в чёрном плаще и шляпе. Нос крючком, круглые очки, морда вся в морщинах. А ещё у него руки летом в чёрных кожаных перчатках. Я сразу учуял неладное и начал за ним следить, а он возьми и пойди прямиком к нашему подъезду.

Вовочку потряхивало, но он продолжал упорно вспоминать и всё подробно объяснять.

— Я за ним тихонечко прокрался в подъезд. Слышу — знакомая дверь скрипнула. А потом голос моей мамки и его скрипучий.

— Что он спрашивал?

— Сначала спросил про Беловых, а когда мамка сказала, что не знает, где они, про тебя речь зашла.

— И что ему Валя ответила?

— Сказала, что тебя давно не видела, а потом музыка как из музыкальной шкатулки заиграла, и они разом замолкли. Я стоял внизу минуты две, уже хотел подняться, но услышал, как этот мужик что-то шепчет, и решил обождать. Потом дверь в коммуналку захлопнулась — получается, незваный гость вместе с мамкой внутрь вошёл. Я ещё немного постоял и рванул наверх. Заглянул в замочную скважину от замка, которым уже никто давно не пользуется, и увидел в коридоре мамку с этим чёрным мужиком.

— Что они там делали?

— Мамка в нашу комнату зашла. Потом с ключами вышла и отвела мужика в комнату Беловых. Там они минут десять провели. Затем они снова появились и направились прямиком сюда, в твою комнату.

Я оставлял ключи Вале, чтобы она поливала единственный цветок на подоконнике. Видимо, мои будущие родители перед отъездом к Матрёне сделали то же самое.

— А кто-то, кроме тебя, видел, как они по коридору туда-сюда ходили? — спросил я, вспомнив, что днём по коридору незамеченным не прошмыгнёшь.

— Бабка Глаша из своей комнаты выходила, но её Муська так зашипела, что она сразу назад спряталась. Тётка Шура из кухни с кастрюлей появлялась, но едва взглянула на чёрного мужика, сразу дала заднюю, — ответил мальчик, подкрепляя слова жестами.

— Ясно, и что потом?

— Они в твою комнату зашли, а через пять минут батька с работы на обед пришёл. Я ему всё это и рассказал.

— И что сделал Володя?

— Батя разозлился, приказал мне на месте стоять, а сам сразу к твоей комнате ломанулся. Ворвался внутрь. Думаю, сейчас начнутся крики, специально ближе подошёл. А за твоей дверью — полная тишина. Я минут десять подслушивал, но ничего, кроме той музыки и тихого бубнежа, не расслышал.

— Значит, ни криков, ни ругани, совсем ничего? — уточнил я, и Вовочка замотал вихрастой башкой.

— Они