Статус: студент. Часть 2 - Андрей Анатольевич Федин

«Макдональдс» меня порадовал… очередной очередью. В Питере две тысячи двадцать шестого года я бы на такое долгое ожидание точно не решился (тем более, чтобы просто посетить обычную точку по продаже бургеров). Моих спутников очередь у входа в «ресторан» не удивила. Василий даже радостно заявил, что очередь сегодня «совсем маленькая». Рассказал, что этот ресторан «Макдональдс» открыли меньше месяца назад: восемнадцатого августа. Сообщил, что они с Коляном и с Персиком приезжали сюда двадцатого числа — тогда здесь, около входа, толпилось «намного больше» людей, чем сегодня.

За время уличного ожидания я утвердился в своём намерении выпить горячий кофе. Выкатившееся к полудню в зенит солнце пригревало, но меня не согрело. За порог ресторана я в итоге шагнул радостно, словно за финишную ленту. Мы заняли столик… и очередь к кассе. Эта третья уже за сегодняшний день очередь сделала меня обладателем горячего стакана, из которого шёл приятный кофейный аромат. Вкус кофе оказался весьма посредственным. Напиток согрел моё горло, заставил улыбнуться. Я посмотрел на поднос Мичурина, где лежали две упаковки с картофелем фри и два чизбургера, стояли молочные коктейли.

— Максим, а ты почему себе гамбургер не купил? — спросила Наташа.

Я пожал плечами и ответил:

— Не люблю эти булки. Почти два года ими питался. Наверное, переел.

— Где это тебя кормили гамбургерами? — поинтересовалась Ксюша.

Она распаковала украшенную семенами кунжута булку.

— В армии, наверное, — ответила ей Наташа.

— Серьёзно? — удивился Василий. — Макс, вас в армии кормили, как в Макдаке?

Я пожал плечами и ответил:

— Нормально кормили. Не жалуюсь.

Мичурин покачал головой.

— Надо же, — сказал он. — Ты, наверное, в элитных частях служил? Спецназ?

— В нормальных. Писарем при штабе был.

— Тогда понятно, — сказал Василий. — При штабе оно… да. Питание, наверное, у вас было хорошее.

Мичурин отсалютовал нам чизбургером и пожелал приятного аппетита.

С булками и котлетами мои спутники покончили быстро. Вряд ли насытились ими, но явно почувствовали себя счастливыми. Василий и Ксюша неспешно потягивали через трубочки коктейли, с нескрываемым моральным превосходством во взглядах наблюдали через окно за людьми, толпившимися на улице в очереди у входа в ресторан. Зайцева по моему примеру купила себе стакан с кофе. На улицу она не смотрела. Зайцева хмурила брови, согревала о стакан пальцы. Мне показалось, что мысленным взором Наташа всё ещё видела лежавшие на ярмарочных лотках книги. Возможно, даже и свою — пока не написанную и не изданную.

Повеселевший Мичурин поделился с нами своими кулинарными пристрастиями. Сказал, что с превеликим удовольствием ел бы гамбургеры и чизбургеры на завтрак, на обед и на ужин. Затем сообщил, что на Дорогомиловском рынке делали «самую вкусную» шаурму в Москве. Заявил, что такую шаурму он не пробовал больше нигде. Сказал, что и продававшиеся возле метро «Октябрьская» хот-доги тоже неплохи. Это его утверждение поддержала Оксана. Зайцева же Васины откровения на кулинарные темы будто бы не услышала. Наташа уставилась в столешницу невидящим взглядом, поглаживала подушечками пальцев бока стакана с кофе.

Вася взял в рассказе паузу — шумно втянул через трубочку остатки коктейля.

Наташа подняла на меня глаза и сказал:

— Максим, я хочу. Хочу, чтобы там лежала моя книга. Любая.

* * *

В вагоне метро Наташа склонила голову к моему уху и сообщила:

— Максим, мне не очень нравятся детективы. Про космос и про эльфов я тоже… почти ничего не читала. О чём же я тогда напишу? Так, чтобы было, как в тех сериях. Ума не приложу.

Зайцева покачала головой.

— Все книги пишутся о людях, — ответил я. — Детективная и фантастическая составляющие романов — не больше, чем антураж и стартовый толчок для развития сюжета. Возьми те же детективы. В детективных историях в первую очередь важен не состав преступления, а эмоциональный накал. Как и в любимой тобой мистике. Различия только в том, что ты в итоге объясняешь читателю всю подноготную совершённого преступления. И, как вишенку на торте, в последних главах предъявляешь им личность преступника — если это классический детектив. В так называемом крутом детективе вишенкой служит победа или поражение главного героя.

Я пожал плечами и сказал:

— Но я бы на твоём месте финала с поражением и с гибелью главного героя не рассматривал. Печальных финалов и в реальной жизни предостаточно. Особенно сейчас. Большинству читателей нужна красивая сказка. Не обязательно добрая. Но такая сказка, где объявленный добрым персонаж побеждает главного злодея. Или где он разоблачает преступников, которых в итоге наказывают. Чтобы после прочтения твоей истории читатель зарядился положительными эмоциями. В нашей реальной жизни подобные эмоции мы получаем не так часто. Поэтому мы и ищем их в вымышленных историях: в книгах и в фильмах.

Я посмотрел Зайцевой в лицо.

— Наташа, твоя задача дать людям яркие и желательно положительные эмоции. Для этого ты должна понять, по какой причине читатели такие эмоции испытают. Будь то описанные тобой неожиданные повороты в детективных сюжетах или в фантастических. Или же показанные тобой обычные бытовые ситуации из жизни книжных персонажей. Поймёшь это — найдёшь путь к сердцам и к кошелькам читателей. Твоя задача, как автора художественной литературы, удовлетворить моральные потребности читателей. Но сперва ты обязана те потребности узнать. Как это сделать — это мы с тобой уже обсудили. Помнишь?

Зайцева кивнула.

— Помню.

— Придумать хороший сюжет несложно, — сказал я. — Для этого хватит яркого стартового события и понятных тебе и интересных читателям персонажей. Событие, будь то преступление или появление инопланетян, даст твоим персонажам толчок к действиям. Что именно они сделают дальше — зависит от их характеров и возможностей. Постарайся, чтобы главный герой был в глазах читателей положительным персонажем. Чтобы они одобряли его поступки. Чтобы он стал тем, с кем читатели бы охотно подружились и даже брали бы с него пример. Влюбились в него, наконец. Читать о глупых и неинтересных персонажах скучно.

Я скривил губы.

— Об этом ты тоже прочёл в журнале? — спросила Наташа.

— Типа того, — ответил я. — Но это всё логично, не находишь? Ведь ты тоже читатель. Проанализируй события одной из тех книг, которые тебе понравились, которые произвели на тебя яркое и положительное впечатление. Там непременно найдётся симпатичный лично для тебя главный герой. Поступки которого всегда понятны и оправданы его взглядом на жизнь, характером или внешними условиями. Отметь для себя,