Маг сельского профиля 2 - Алексей Викторович Широков

и общего понимания психологии мажоров. Когда рождаешься с золотой ложкой в заднице, то весь мир тебе должен просто по определению. Тех же ублюдков в Новосибирске вспомнить, которые сначала начали беспардонно клеиться к девчонкам, лапать их, а когда получили отпор не постеснялись натравить ментов.

В их парадигме они были полностью правы, потому что какое-то быдло должно быть счастливо, что на них обратили свои царственные взоры такие люди как они. И, если честно, то я ожидал от Алсу того же самого, особенно после серии первых выступлений. Но нет, девчонка смогла собраться, проанализировать своё поведение и даже попытаться исправить ситуацию. На мой взгляд весьма достойный поступок. Но этого было мало, чтобы в неё влюбиться, да и в целом дела сердечные меня сейчас мало интересовали. А для всего остального была Натка, только её надо было осаживать время от времени, чтобы берега не теряла и в целом меня всё устраивало.

До Ужанихи я добрался без происшествий, что уже радовало в свете моих постоянных приключений. Первым делом заехал к ведьмам и тут же попал в лапы Марфы. Она сначала молча крутила меня туда — сюда, а потом со вздохом отступила, сев на лавку.

— Ты гляди кось, живой, двоедушник. — старая ведьма тяжело вздохнула. — Не прибрала тебя Мара-то. Глянулся ты ей. Иначе своего слугу бы не послала.

— Кар!!! — вырвался из моей груди Морон, которому надоело сидеть без дела. — Ка-рар!!!

— Поздорову батюшка Ворон Воронович, — ведьма сидя отвесила поклон наглой птице, усевшейся на стол. — Натка, дурища, а ну уважение окажи!!! Не кажный день к нам такие люди!

— Он ворон, — девчонка подозрительно косилась на полупрозрачную птицу, деловито вышагивающему по столу и пробующему то одно, то другое.

— Что бы ты понимала, дурында! — стукнула клюкой ведьма. — Ну?

— Здрав будь посланник Мары, — до Наташи дошло, что следующей будет её спина, так что она решила не рисковать. — Угостись с нашего стола.

— Кар! — ворон и так себя ни в чём не обделял, но приглашение ему понравилось.

— В серьёзные игры играешь, чаровник, — наконец, взгляд Марфы вернулся ко мне. — Смертушка она и так за твоим левым плечом стояла, а тут ты её и вовсе в гости позвал. Непростой это путь, мёртвых водить. Смотри, как бы себя на нём не потерять. Не забыть, что сам живой. Навь, она же своего никогда не упустит, а ты и так наполовину её.

— Там видно будет, — ни оправдываться, ни вообще говорить об этом мне не хотелось. — Глядишь и проскользну меж струйками. Поеду я. День сегодня и так тяжёлый, надо бы отдохнуть.

— Езжай, милок, езжай. — махнул рукой ведьма, пододвигая к себе коробку с пирожными. — А за угощение благодарствую. Люблю иногда себя сладким побаловать. Натка, чего сидишь, чайник ставь! Что ты за хозяйка такая? Никакого понимания нету!

Оставив ведьм чаёвничать, я двинулся к школе. Нужно было завезти пирожные пока не испортились, а я не знал, до скольки сегодня уроки у Урусовой. К тому же так называемый «учительский» дом стоял совсем рядом, если что и пешком дойти можно, поэтому самым верным решением было подъехать именно к школе. Ну и я не забыл купить презент Григорьеву, точнее его жене с дочерью. Сын был ещё совсем мелкий, а вот малая должна была вкусняшку оценить. А чего, мне не сложно, не на себе же тащить, а деньги мелочь. Сочтёмся. Но оказалось, что приключения на сегодня ещё не закончились и у ворот школы меня ждал сюрприз. Точнее не меня, но я тоже весьма удивился.

Начать стоило с машин, что припарковались прямо перед воротами школы. К Форду-Сибирь Хвостова все давно уже привыкли, да к тому же это был пикап, машина больше рабочая чем понтовая. Форд-Рысак, что я видел в Новосибирске был породистым зверем, но тоже иногда встречался в районе. А вот похожую на зубило Альфу-Ромео 75 я видел только в Москве. С итальянцами у Союза были самые лучше отношения из всех в Европе, они последними вступили в войну и первыми вышли, фактически не успев поучаствовать, поэтому не удивительно что торговля между нашими странами процветала. И в том числе у нас продавались итальянские автомобили, особенно спортивные. И «семьдесят пятая», чьё производство началось буквально в прошлом году считалась самой блатной тачкой у золотой молодёжи. И её появление в Ужанихе изрядно удивляло.

Не меньше поражала и вторая машина. Правда такие можно было увидеть куда чаще, но на них разъезжало руководство крупных заводов, председатели исполкомов, номенклатура обеих партий и прочие высокопоставленные товарищи. ГАЗ — 20−40М, легендарная «Победа», получившая в начале шестидесятых новый кузов с отдельным багажником, но сохранившая свои плавные округлые линии. Машина во всех смыслах представительная и абы кто на ней не катался. И уж тем более в паре с зубилом от Альфы-Ромео.

Первой моей мыслью было что к Губанову приехала какая-то проверка, но присмотревшись я вдруг узнал Олега. Того самого атлета, что помогал Алсу выгрузить багаж. Он и ещё трое парней топтались перед Святославом, явно не пускавшим их на территорию школы. И правильно делал. Уроки ещё не закончились, так что нечего тут представление устраивать. А то, что оно будет было понятно по огромному букету цветов в руках у Олега. Я припарковался рядом и сразу вышел, опасаясь опоздать к началу спектакля. Григорьев только с виду казался маленьким по сравнению с этими бугаями, но я-то знал его настоящие возможности. И собирался по полной насладиться шоу.

— Да я тебе говорю, мы быстро! — Напирал на Свята атлет. — Одна нога здесь — другая там! Просто поговорим с Алсу и уйдём.

— Просто поговорить вы можете за пределами школы, — Григорьев ничуть не шугался превышающего его почти на голову здоровяка, смотря на того со своей фирменной ухмылкой. — А на территории вам делать нечего. Здесь дети.

— Это вон те, что ли? — один из спутников атлета ткнул пальцем в спортивную площадку, видневшуюся неподалёку, где на турниках и брусьях собрались старшеклассники, у которых, похоже, была физкультура, а Свят отлучился, чтобы выпроводить незваных гостей. — Да там кони больше меня!

— Ну это же ваши проблемы, что вы ростом не удались, — хладнокровно пожал плечами физрук. — Всё, товарищи, давайте закончим разговор. На территории вам делать нечего, я вас