Спокойный Ваня 6 - Павел Кожевников

Европейцы метались неорганизованной толпой, а он кружил по краю, стараясь перехватить пытавшихся убежать. В стороне от лагеря начал разгораться огонь. Запахло горелой тухлятиной и, как ни странно, кашей.

Быстрые движения вызывали повышенный расход энергии и жар внутри. Степан чувствовал, как температура тела начала подниматься. Вместе с ней нарастал голод, подстёгнутый аппетитным запахом. Отступив к кустам, он сдёрнул со спины рюкзак и выдавил три пакета тушёнки в рот. Еда так быстро проскочила в желудок, что Степан не сразу понял её вкус. Силой воли он погасил желание продолжить есть.

За короткий перерыв у европейцев появился новый предводитель, который собрал вокруг себя мечущихся солдат. Степан с усмешкой смотрел, как они вооружались деревянными палками и искривлёнными автоматами, которые теперь годились в качестве оружия исключительно как дубины.

Ради озорства Степан попробовал изобразить волчий вой, но у него получилось рычание, совершенно непохожее на звериное. Какой-то потусторонний рокочущий звук ударил по толпе, вызвав у большинства европейцев не только панику, но и непроизвольный приступ медвежьей болезни.

— Степан, что у тебя происходит? — Сразу прозвучал в наушнике голос Кагье.

— Развлекаюсь я, доктор. — Он постарался ответить шёпотом, и у него получилось почти нормально произнести слова. — Не отвлекайте меня.

С места набрав приличную скорость, Степан подпрыгнул и приземлился в центр ощетинившейся палками толпы. Аберрация ждала кровавую плату.

Глава 24

Даже в режиме остудневания расход энергии получился очень большим. Возможно, структура этого мира такова, что руны требуют больше энергии для своей работы. Пока я был занят, Кагье размотал культю Тинил и осмотрел её. Тонкая, как у младенца, кожица прикрывала место обреза.

— У вас вода есть? — Спросила Тинил. — Пить хочется.

— Иван, ты воду взял? — Повернулся ко мне Кагье.

Я чуть отвернулся и достал из пространственного кармана пластиковую баклажку на пять литров. Выведал у Маруси, что есть такие на складе, и втихаря набрал, чтобы не слышать стоны Михаила. Кагье принял ёмкость и с любопытством помял её мягкий бок.

— Крути крышку. Сначала идёт туго и щёлкает, но это нормально. Главное, проследи, чтобы ни одна бутылка не пропала, и тем более не попала в руки европейцев. — Предупредил я его.

— Ты что туда принёс? — Забеспокоился Михаил. Совсем забыл, что он нас слышит. — Я же предупреждал, чтобы никаких намёков на наше участие не было!

— Я лично прослежу, чтобы так и оставалось! Не нервничай, Миша. Это плохо для пищеварения. Шоколадные батончики усваиваться перестанут.

— С кем ты разговариваешь? — Спросила ничего не понимающая Тинил.

— С друзьями по рации. — Улыбнулся ей.

Потребление энергии конструктами пошло на убыль, и я решил, что пора завязывать.

— Начинай. — Скомандовал Степану. — Конструкты отключены.

Тот промолчал, только издал какой-то довольный рокот. Человек так точно не сможет. Я снял шлем и вернул его на тумбочку.

— Кагье, ногу сейчас отращивать не стоит? Как думаешь?

— Я не знаю, как будет действовать магия. Если она использует ресурсы организма, то, конечно, не стоит делать этого сейчас. Ресурсов у Тинил практически нет.

— Ясно. Тогда добавляй освещения и распакуй еду. Я пошёл за остальными, пока они шум не подняли.

Перед уходом я словно бульдозер сдвинул часть хлама в сторону, дополнительно расчистив участок, на который буду падать сверху.

— Иван. Ирину сначала принеси. Ей совсем плохо. — Попросила Тинил.

Я кивнул и уже собирался войти в колонну, но остановился и спросил:

— Кто в камере главный? Кого все слушаются?

— Валентина Степановна. — Не задумываясь ответила Тинил. — Её трудно не слушаться.

— Валя Кризойда? — Подхватил Кагье. — У неё точно не забалуешь.

— Знает тебя? Что ей сказать, чтобы она поняла, что я точно с тобой?

— Хм. — Доктор смутился. — Скажи ей, что мухи тоже летают, но не разбиваются, даже садясь на дерьмо.

— Ты уверен? Звучит как-то… — Я неопределённо шевельнул поднятой рукой. — Может что-то другое сказать?

— Можешь вообще ничего не говорить. Она же здесь скоро окажется. — Кагье отвернулся, что-то рассматривая среди хлама.

— Ясно. — Я шагнул в опору, поддерживающую свод.

* * *

Непонятный парень провалился прямо через пол с одноногой пленницей на руках. В камере сразу поднялся гул удивлённых голосов.

— Ну-ка замолкли все! — Рассерженной кошкой прошипела одна из женщин. — Сказано было: молчать! Вот и сопите в тряпочку. Устроили здесь базар.

Короткие рубленые фразы и командный тон, выдавали в женщине человека, привыкшего командовать.

— Но ведь так не бывает! — Также шёпотом возразила одна из молодых девушек.

— Много чего в жизни бывает. Если не хочешь подохнуть здесь, то держи рот на замке. Кто бы ни был этот парень, но он знает Кагье и Кагье где-то рядом. Знаю я этого старого пня. — Неожиданно по-доброму улыбнулась женщина. — Поэтому верю, что нас спасут. А сейчас все замолкли! — Прошипела она.

В камере воцарилась тишина. Постепенно она становилась вязкой и давящей. Непонятный спаситель не появлялся. На лицах пленниц надежда начала сменяться апатией и разочарованием.

Снизу раздался приглушённый скрип. Как будто кто-то двигал мебель, не обращая внимания на царапины, которые она оставляет на полу. Вновь вспыхнула надежда. Это был первый звук снизу, услышанный ими за всё время сидения в камере. Значит, там, куда провалился парень с Тинил на руках, действительно кто-то есть.

Ещё через пять минут парень зашёл в камеру прямо сквозь дверь.

— Кто из вас Валентина Степановна? — Спросил он, не повышая голоса.

— Ну я. — Ответила женщина в возрасте, продолжающая сохранять привлекательность, несмотря на условия, в которых оказалась.

— Вы будете командовать, чтобы я не тратил время на споры. Сначала я забираю Ирину, Кагье её сразу подлечит. — Парень кивнул на стонущую пленницу, лежащую на замызганном матрасе. — И ещё одну девушку. Чуть позже вернусь и быстро выведу отсюда остальных. Ваша задача — установить очерёдность и поддерживать тишину.

— А Кагье точно здесь?

— Он просил передать вам фразу, но я не буду приводить её полностью. — Парень подошёл к стонущей девушке и аккуратно взял её на руки. — Скажу лишь, что в ней говорится про мух и удачную посадку.

— Я поняла, о чём вы говорите. — Улыбнулась