Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Тихое рычание удивило абсолютно всех — разве что император остался невозмутимым — а издавал этот звук де Шантайс. Он с минуту играл в гляделки с Эринором, после чего сухо процедил:

— При всём моём уважении и любви к империи, Ваше величество, я сам могу решить, кто может стать моей невестой, а кто нет.

Рядом послышалось изумлённое: «Не может быть!» — и я посмотрела на императрицу. Она хлопала ресницами и не сводила глаз с Рейна. Словно он сейчас сказал, что собирается бросить империю и уехать как минимум на острова до конца своих дней. Правда, меня тоже поразили слова де Шантайса. Чего это он так разнервничался? Ладно, если бы у нас была большая и светлая любовь. А так — странный он.

— Рейн, дело не в том, что ты можешь решить или нет, — обратился вдруг к нему император, как к другу, а не подданному. — Катрин, явно готовили стать верховной жрицей, иначе она бы не справилась так легко с магией. А такие как она, могут вступить в союз лишь с тем, на кого укажет богиня. Это решать не мне и не тебе, понимаешь?

Но парень лишь ещё сильнее поджал губы. Вот с этого места поподробнее можно, чего это его так заклинило? Я посмотрела на императора, на его жену, следом перевела взгляд на Дамиана и Стефана. У всех были такие же выражения лиц, как и у меня — ошарашенные.

— Слушай, Шантайс, ты случаем ничего не пил, кроме того зелья, или тебя до сих пор не отпустило? — вкрадчиво поинтересовалась я и в кабинете приключился повальный приступ кашля.

— Кстати, о зельях, — Рейн ничего мне не ответил, вместо этого он достал флакон с ядом и подошёл к столу императора. Поставил перед правителем яд и проговорил: — Вот этим хотели напоить меня с помощью Катрин. Кто -то знает, откуда она и хотел использовать её дар в своих целях. Мне кажется.. .Хотя, я уверен! Всё произошедшее в академии с комнатой Катрин и её соседкой, связанно с этим зельем.

В кабинет постучали, нам принесли чай и вазочки со сладостями. Я подумала: «Как хорошо, что они не пришли раньше», — а после самым наглым образом схватила из вазочки какое-то печенье и начала его грызть. Императрица улыбнулась и последовала моему примеру, внимательно слушая разговор мужчин.

— Комнату разберут по кирпичику, — кивнул Эринор, на слова Рейнода. — Ту девушку, соседку леди Хазард, пытаются спасти лучшие целители. Но все как один говорят, что вероятность её выздоровления практически равна нулю. Удивительно, почему пострадала только она? Мне уже сообщили, что чары были наведены под утро, когда все спали.

Император посмотрел на меня, а я вдруг вспомнила, где и с кем провела прошлую ночь. Печенье тут же застряло у меня в горле, и я подавилась. Стараясь откашляться, я всё сильнее краснела под ошарашенными взглядами императорской семьи. Дамиан и Стефан сразу стушевались, после чего слились со стенами. Они и раньше особо не высовывались, но теперь ещё и побелели. Только де Шантайс был неимоверно довольный. Он посмотрел на Эринора и расплылся в улыбке.

— Вот об этом я и говорю — она моя невеста.

— Рейн, ты же не.. .Совсем с ума сошёл? Одно дело позлить родителей, другое портить девушке репутацию и всю жизнь, — покачала головой императрица.

— Колючка, давай честно, — выдал парень, — помнишь наш разговор? Я тогда объяснил, в чём заключается особенность моего дара. Так вот не считая тебя, это вторая девушка, которая искренне убеждает себя, что ненавидит меня. Неужели ты считаешь, что я так просто её отпущу? Богиня так богиня, поедем в этот её храм и не уйдём, пока она нас не благословит.

От возмущения я выронила из рук печенье и теперь хватала ртом воздух. Он совсем обнаглел! Очень хотелось дать ему по шее, но присутствие монарших особ не позволяло этого сделать. А вот моя магия решила, что ничего в этом страшного нет, можно накостылять наглецу и прямо перед императором. В следующий миг де Шантайс остался в одном нижнем белье. Вся одежда парня осыпалась пеплом на остатки ковра в императорском кабинете.

Вот блин! Что я наделала! Паника захлестнула меня с головой, когда Рейнод повернул голову в мою сторону. Я поняла, что все его рассказы о невесте и прочем, это был чистой воды фарс, рассчитанный на императора. Таким взглядом не смотрят на тех, кто хоть чуточку тебе нравится. Казалось, что я сейчас сгорю, как те вещи де Шантайса, настолько был зол парень.

— Кей-ти, как мило, — пропел Рейн, — с каждым разом ты оставляешь на мне всё меньше одежды.

Кашель со стороны императора вернул нас в реальность. В кабинет зашёл секретарь, видимо его вызвали сразу, стоило де Шантайсу остаться в таком виде. Он обалдел, от представшей его взору картины, и замер, ожидая приказа.

— Принесите маркизу де Шантайсу новый костюм, — совершенно спокойно произнёс император. — А лучше, пару комплектов. Не приведи Дионая, у нас вновь случится неприятность.

Низко поклонившись императору, секретарь вылетел за дверь. Я опустила голову, сгорая от стыда, страха и злости на Рейнода. Кажется, сегодня просто не мой день. Но долго мучиться угрызениями совести мне не дали. Рядом со мной раздался тихий женский смех. Повернув голову в сторону императрицы, я увидела, как она зажала рот рукой и не может больше сдерживаться.

— Катрин, я надеюсь, что мы с вами ещё обязательно встретимся, — пропищала она. — Знаете, мне всегда хотелось сделать нечто хоть отдалённо напоминающее это действие.

— Ты всегда хотела раздеть Рейнода? — промурлыкал император и в его голосе прозвучали опасные нотки.

— Нет. Я всегда хотела заставить его прочувствовать на себе все собственные шуточки,

— расхохоталась она.

— Хорошо, давайте всё же закончим наш разговор, — усмехнулся император. — И наконец-то перестанем доводить моего секретаря до инфаркта.

Словно в ответ на эти слова, в дверях появился секретарь со стопкой одежды. К слову там было более двух костюмов, это я сразу поняла. Видимо секретарь решил перестраховаться. Мне вновь стало стыдно за своё поведение. Теперь всех островитян будут считать дикарями. Тихо вздохнув, я взяла ещё одно печенье и принялась хрустеть, чтобы отвлечься.

Какое-то время в тишине кабинета раздавался лишь шорох одежды и хруст печенья. Правда,