"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

– Я выйду.

Она махнула рукой Рэйшену, который начал было подниматься из-за стола:

– Сиди, сиди, я скоро.

Добротная деревянная дверь отрезала её от света и тепла общего застолья. Даже её новая охрана гуляла со всеми. Сегодня вечером Элине некого было бояться в баронском, то есть собственном особняке, не так ли?

В кабинете её ждали свечи в бронзовом канделябре и бесконечные бумаги. Конечно, с бумагами очень помогал Томори… Томори! Она чуть не забыла своё обещание! Элина достала чистый лист и письменные принадлежности, проверила, на месте ли баронская печать… Томори хотел быть свободным, и она его отпустит.

Элина очень старалась: буквы получились красивыми, ровными, да и подпись вышла на загляденье, достойная настоящей аристократки. Элина фыркнула. «Аристократка, как же! Дровская подстилка!»

Капнув сургучом на бумагу, Элина с размаху опустила печать на горячую каплю. Звук удара разнёсся по затихшему кабинету. Он заглушил шаги за дверью и скрип отворяющейся двери.

– Томори?! Ты меня напугал! Что-то случилось?

* * *

Веселье, кажется, только начиналось, а Томори уже чувствовал себя ослепшим и оглохшим. Ему постоянно подливали пива, и голова с непривычки кружилась. За долгие обороты, проведённые у эльфов, Томори лишь в начале своей рабской жизни находился среди себе подобных. Какое-то время он кочевал из одних рук в другие, а потом его купила Тикаэла – эльфийка со странностями, которая любила уединение. И он тоже полюбил. Поневоле. Сейчас Томори хотелось уйти, вдохнуть холодного воздуха, расправить плечи… Хозяйка явно знала, что делает, когда уходила.

Томори выбрался из-за стола. От выпитого пива его качнуло, и новые приятели с дружелюбным смехом и шуточками подхватили его под локоть.

– Ничего-ничего! Держись! Это тебе не бумажки кропать! Сходи отлей, полегчает! Продышись на улице, там свежо, дождик капает! А потом возвращайся, выпьем!

Томори сдержанно улыбался и кивал. Рэйшен бросил на него острый взгляд. «Да он, кажется, и не пьян вовсе! Сколько же ему надо, чтобы захмелеть?» – подумал Томори, встретившись с Рэйшеном глазами. Он выглядел слишком собранным для того, кто весь вечер разливал пиво другим.

Наконец-то можно уйти. Томори немного постоял в тёмном коридоре, приходя в себя. Зрение и слух вернулись к нему, голова перестала кружиться. Теперь можно подняться наверх.

Он открыл дверь в тот миг, когда печать опустилась на бумагу. А потом хозяйка подняла голову, и на её лице отразился испуг:

– Что-то случилось?

– Нет-нет, – Томори поспешил успокоить её. Она не заслуживала того, чтобы жить в вечном напряжении. – Я просто…

Он не договорил, потому что не знал, что именно следует сказать. Может, что он беспокоился за неё? Да нет, с чего бы. Может, что он её понимает и тоже хочет тишины? Но зачем ей его понимание? Посоветовать ей пойти спать? Нет, это будет дерзостью. И тогда он придумал:

– Можно я напишу черновик для своей вольной? А ты потом перепишешь начисто…

Это тоже было дерзостью, но хозяйка не рассердилась. Она с улыбкой протянула ему бумагу:

– Взгляни, тебя устроит?

Томори смотрел на эту бумагу – ровные строчки, подпись, тяжёлый оттиск печати – и не верил своим глазам. Она вспомнила! После такого дня! Сейчас он возьмёт эту бумагу в руки – и всё? Он свободен? По-настоящему, как и полагалось изначально…

Он держал свою свободу обеими руками и читал. «Жаль, что буквы так быстро кончились». Он свободен! Радость чистыми волнами окатывала его изнутри, смывая те долгие страшные времена, когда даже его тело не принадлежало ему. Эта радость пьянила… А может, голова кружилась от выпитого? Томори не хотел в этом разбираться. Элина вышла из-за стола, чтобы отдать ему вольную, и он упал перед ней на колени.

* * *

Вот теперь Элина испугалась. От Томори пахло пивом, он явно разволновался из-за вольной… «Что ещё он учудит?» Успокаивать и приводить в себя сильного мужчину-дроу – опасное занятие…

– Томори… Не надо… Я же говорила, что передо мной не нужно стоять на коленях. Да что ты за упрямец такой! Ладно, тогда я сяду на пол, потому что я хотела с тобой поговорить…

Это сработало. Томори подскочил сам и помог подняться ей, предварительно аккуратно положив вольную на стол.

– Садись на стул, Томори. Можешь на мой… Что ты собираешься делать теперь, когда стал свободным?

Элина забрала из-под спины Томори свою подушку и угнездилась с нею на подоконнике. Было слышно, как ветер обдирает яблоневые ветки и дождь робко постукивает по окнам. Капли текли по стеклу, внизу всё ещё праздновали. Наверное, Меурига попросили сыграть и спеть. Элина слышала, как нестройный хор подхватил какую-то песню. Слов было не разобрать.

– А ты… разве ты выгоняешь меня? – с удивлением спросил Томори.

Элина смотрела в его зеленоватые глаза и вспоминала другого дроу, с такими же глазами, который валялся у неё в ногах и умолял не давать свободы, потому что ему некуда идти.

– Я должна рассказать тебе одну историю. А потом ты решишь, согласен ли ты со мной работать.

Томори молчал и выжидательно смотрел на неё. Элина, осторожно подбирая слова, принялась рассказывать о том, как в северном городе у подножия Синих Гор ей подарили раба… Осторожно – потому что она обещала Рэйшену не говорить о том, что с ним приключилось в этих горах. А такие обещания нарушать нельзя. Когда Элина назвала имя раба, – Келеах – глаза Томори на мгновение широко раскрылись. Но, как и подобает истинному дроу, он тут же овладел собой. С большим интересом он слушал про стычки Келеаха и Рэйшена.

– Вот, значит, отчего Рэйшен меня терпеть не может, – протянул Томори после паузы. – Мы с Келе похожи. Всегда были похожи. Внешне. Скажи, дара Элина, мой брат… был постельным рабом?

Элина молча кивнула. Томори прикусил губу, словно не выпуская слова наружу, но потом всё же решился:

– Ты… пользовалась его услугами?

Элина ощутила, как жар поднимается от шеи к щекам… Она не произнесла ни слова, зная, что ответ и так ясен. Томори оставался спокойным, и ей тоже пришлось взять себя в руки.

Она рассказала, как дала Келеаху свободу, а он в ужасе представлял себе, что его выбросят на улицу. Рассказала, как экспедиторы, преследуя заговорщиков, нарвались в подземельях на драуга… Томори наверняка знал, что это за существо, потому что даже при дрожащем огоньке свечи Элина увидела, как посерела его кожа.

– Драуг преградил нам