Алхимик 1-9 - Роман Романович

Не будет ли так, что через сто лет одаренные станут обыденностью? Возможно, они не получали должного развития, потому что в этом не было потребности. Как сомнительный проект, куда нет особого смысла вкладывать ресурсы. А сейчас… Увидев перспективы… Быть может, не сегодня, но в какой-то момент до большинства дойдет, что правила игры изменились. Эту тему начнут изучать, ставить эксперименты, вливать туда средства. Если та же организация смогла изобрести технологию усиления бесов, создать модифицированных зверей, придумать многоликих — то и развивать одаренных тоже найдёт способ. Если это произойдет, то лет через пятьдесят-сто мир кардинально изменится.

Я сказал Бао, что не уверен, что собираюсь набирать учеников. Но это я лукавил. В первую очередь перед самим собой. Потому что если подумать и принять, что одаренные как массовое явление будут набирать силу, то… То у меня нет выбора. Да и если уж на то пошло, этот мир уже накопил множество способов уничтожить себя. Не я единственная причина.

Пора бы избавиться от наследия прошлого мира и перестать считать себя виновным в его уничтожении. Глупое чувство вины. Сам я мир спасал и ничего не сделал для того, чтобы он окончательно пал. Но это я как отдельная личность. А я как наследник всех алхимиков — очень даже виноват.

Вот признался себе в этом и понял, насколько глупо звучит. Действительно, пора от этого избавиться.

И сделать всё, чтобы укрепить положение моей семьи и заложить такой фундамент, что в случае чего поможет поддержать равновесие в мире.

За размышлениями я просидел около часа, планируя дальнейшие шаги. Уже стемнело, а Кати всё не было. Запаздывает что-то она. Может, самому заглянуть к Хофманам?

Я было собирался открыть портал, но меня опередили. Раздался хлопок, и в мастерскую переместилась…

София. Вместе с Катей. Придерживая её.

Сама же Катя держалась рукой за живот. Бледная, с перекошенным от боли лицом.

— Эдгард! — крикнула перепуганная София. — Ей плохо!

В тот момент мир перевернулся.

Глава 6. Подстава

Паника — удел мирного времени. Когда нет угроз, когда всё хорошо — можно позволить себе расслабиться, дать волю чувствам.

В экстремальной ситуации паника смертельно опасна.

Когда я увидел бледную Катю с искаженным от боли и страха лицом, чувства отключились. Я оказался возле неё, подхватил на руки и шагнул в открывшийся проход, прямо в кабинет к Гвоздевой.

— Ольга!

Женщина в этот момент разговаривала с кем-то из целительниц. Ей потребовались мучительно долгие три секунды, чтобы пройти от возмущения посторонним вмешательством до осознания серьезности происходящего.

Три долгие секунды. Что краткий миг для человека и срок для высшего беса.

Я был бы не я, если бы стоял и ждал, когда жене помогут. Метнувшись через комнату, с пинка выбил дверь и оказался в приёмной, где Ольга вела осмотр пациентов. Положив жену на ложе, активировал печати, снимая показатели. Следом появилась и Гвоздева. Её руки запылали светом, она коснулась Кати и прикрыла глаза, снимая данные с помощью своих методов.

Где-то рядом София вывела какую-то женщину из кабинета, закрыла дверь и подошла к нам. Несколько секунд подумала, а потом переместилась к тёте, чтобы предупредить её. Я этого не знал, сосредоточенный на анализе поступающих данных.

— Физически ты в полном порядке… Плоды тоже… — говорила Гвоздёва по мере изучения.

Я тоже не видел причин, вызывающих боль.

— Что с тобой произошло? — спросила Ольга.

— Я… — Катя поморщился, собралась и продолжила: — Вечером почувствовала легкое недомогание. Списала это на изменения в организме, а потом… Навалилась боль… Словно резь в желудке… Когда голоден…

— Голоден? — переспросил я и…

И сбился с мысли, потому что те печати, которые удерживал, начали истончаться и расползаться. Влив в них ещё энергии, укрепил основу.

— Да, как будто я проголодалась. Но мы плотно поели, так что я не понимаю, в чём дело… Ух… Боль ослабла.

«Ослабла, значит…» — подумал я, наблюдая за тем, как печати продолжают истончаться.

— Оль, ты поняла, в чём дело? Она поглощает энергию.

— Энергию? Хм… Да неужели?! Теперь вижу! Никогда такого не наблюдала. Это похоже на сильное истощение, но только энергетическое.

Я перестал снимать показатели и создал другие печати. Подумав, остановился и, подхватив Катю, открыл ещё один проход.

— За мной, — скомандовал я и перешёл в мастерскую.

Где положил Катю прямо на печать сбора энергии, которую использовал для своих нужд.

— Неизвестно, как большой поток повлияет на детей! — возразила против таких мер Ольга.

— Тогда мы быстро. Засекай десять секунд.

Я видел и ощущал, как энергия буквально вливается в Катю, как опустошает мои запасы и как разрушаются все печати, что были здесь созданы.

— Мне лучше! — удивленно-растеряно воскликнула Катя. — Но, может, не стоит так быстро?..

Я глянул на портал, через который мы прошли. Специально его закрывать не стал. Догадка подтвердилась. Катя, когда проносил её, ослабила контур. Ничего серьезного, но если бы я медлил и чуть задержался в проходе, то портал бы разрушился.

Ольга наклонилась над Катей и следила, что с ней происходит.

— Побочных эффектов не вижу.

— Скорость поглощения энергии снижается. Кажется, кто-то утолил голод, — сказал я спустя десяток секунд.

— Что это значит? — обеспокоенно спросила Катя.

— То, что у вас будут особенные дети, — задумчиво ответила Гвоздева.

Подстава так подстава. Прилетело, откуда не ждали.

И что всё это значит?

* * *

— И что всё это значит? — спросила Ольга Владимировна.

Выглядела она так, будто готова была прямо сейчас взять штурмом наш дом. При том, что она уже находилась внутри.

— Кризис миновал, — устало ответил я.

Устал не потому, что сильно выложился, а потому, что за короткое время испытал одно из мощнейших эмоциональных потрясений. Нервных клеток у меня точно меньше стало, и не факт, что способности беса их восстановят.

— Сейчас с Катей Гвоздёва. Проводит финальную проверку. Думаю, минут через десять спустятся. А пока… Успокойтесь, пожалуйста.

— Легко тебе говорить, — взмахнула женщина руками.

Действительно. Легко так легко.

— Эд, а что случилось-то? — поинтересовалась София. — У меня сердце в пятки ушло.

— Как там Руперт? Тебе не пришлось его одного оставить?

— Нет, не переживай. Там Артур, прислуга, родственники. Руперт спал и какое-то время без меня точно продержится.

Было видно, что Софию разрывает на части. Она и домой вернуться хотела, и узнать, что с Катей всё в порядке.

— Мы решили проблему, не переживайте. Давай ты к нам на днях заглянешь и поговорим, хорошо?

— Ну, — насупилась она. — Хорошо. Тогда я пойду.

София попрощалась и исчезла.