Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

Чем Лёша хуже? Анна домой возвращаться не собирается и думает о получении ВНЖ в Швейцарии. Дети быстро вырастут, как рыжики, которые уже студентки. Мне же продолжать мучиться с нелюбимой женщиной, начавшей меняться на глазах в не лучшую сторону?

Угу. Очень удобное оправдание. Только жена меня любит и её реакцию трудно спрогнозировать. Вернее, всё и так понятно. И на это сразу наслаивается мой глобальный проект, который может пострадать. А ведь речь не только о деньгах, а десятках, если не сотнях жизней людей. Но я же не обязан никого спасать. Если люди как бараны добровольно идут на заклание под руководством дряхлых вождей, то кто виноват? И где гарантия, что они заслуживают спасения или другого шанса? При ближайшем рассмотрении советское общество не так прекрасно, как видится из прошлого ностальгирующим товарищам.

Чур, меня! Чего-то занесло не в ту сторону. Бросать или рушить работу из-за бабы, глупейшая затея. Другой вопрос, что тянет меня к этой чертовке, и я часто о ней думал, гася предательские мысли. Будто подслушав мои размышления, из ванной вышла уже одетая и причёсанная Кристина. В платье она тоже хороша, но хочется сразу его содрать и завалить девушку на кровать. Можно на кресло или ковёр, неважно.

— Дай мне месяц на размышления, — произношу, собравшись с мыслями, — Мне надо закончить работу в этом году и хорошо всё обдумать. Я хочу быть с тобой, но есть обстоятельства выше меня. И это не семья.

Кошачьим движением Крис скользнула на кровать и приблизила своё лицо к моему. После долгого поцелуя она ударила по моим шаловливым рукам, пытавшимся начать расстёгивать платье, и произнесла.

— Лёша, я готова ждать и год. Только в нынешнем состоянии это не жизнь, а мука. Лучше окончательно всё разорвать, хотя мне будет больно. Нет ничего хуже неопределённости. Поэтому я не буду тебя торопить.

Снова поцелуй, сводящий меня с ума, а затем Кристина уже с силой оттолкнула меня.

— Мне пора в гостиницу. А то сама себя уже не контролирую.

После ухода девушки я ещё некоторое время лежал, глядя в потолок. До сих пор не могу понять, что вообще происходит. С другой стороны, есть месяц или больше, дабы разобраться в себе. А то прямо какое-то наваждение.

* * *

— Что случилось? — спрашиваю Густава своего охранника, постучавшего условным сигналом.

После ухода девушки я отмок в ванной и даже немного вздремнул. Затем заказал в номер ужин с бутылкой вина и принялся смотреть местное телевидение. Качество программ не идёт ни в какое сравнение с американским или советским ТВ. Эти две страны оторвались просто на недостижимое расстояние. И приятно, что в прогрессе советского «Гостелерадио» неоспоримо моя заслуга. Немного выпив, я осоловел и чуть не уснул в кресле, как вдруг раздался стук.

— Шеф, тут такое дело, — ответил охранник, зайдя в мой номер, — Мне надо кое-чего осмотреть.

После моего кивка швед быстро прошёл в спальню и начал колдовать у стены. Судя по нахмурившемуся лицу, ничего хорошего он не обнаружил.

— Нам ещё вчера показался странным постоялец соседнего номера. Ведь местные администраторы и прочий персонал давно прикормлены. Они нам и намекнули на его поведение. Человек просидел в отеле четыре дня, и вдруг активизировался, как вы вселились. А сегодня он ещё и выписался сразу после ухода вашей… знакомой. Мы контролировали ситуацию. К вам бы никто не проник, так как мы расположились напротив и в номере справа. Заодно хотели задержать этого господина, но его встречали два явно не простых человека. Похожи на опытных людей, но точно не ирландцы.

— Друг мой, давай ближе к делу. Нюансы расскажешь потом, но в вашей квалификации никто не сомневается, — обрываю речь Густава.

— Вас слушали, а, скорее всего, писали. В стене есть отверстия, куда установили камеру.

Сука! Я здесь нюни распустил, а дело оказалось гораздо проще. И нет никаких сомнений в названии организации, поймавшей меня со спущенными штанами. Только возникает вопрос — они действительно думают, что я поддамся шантажу? Или интрига будет более многослойной.

Зато сразу появились эмоции, которых не хватало в последнее время. Аж адреналин кипит в крови. Ну, ничего — мы ещё повоюем.

Глава 22

— Я не позволю тащить детей на съёмки ещё и в Ирландию! — вдруг громко воскликнула Анна.

Мы с сыновьями повернулись к ней в полном недоумении. Лёша здесь, значит, в кои веки с пацанами нормально пообщался. А кое-кто решил всё испортить. Возвращаясь от ди Марко, где проходил рождественский ужин, я начал рассказывать сыновьям о съёмках. Постепенно перешёл на скандинавские саги, с которых и взята часть сюжета. Оказывается, Толик смотрел голливудских «Викингов» с Дугласом и Кертисом. А у Димы целое собрание солдатиков, где есть и воины в рогатых шлемах. Чего-то в последний год я слишком погрузился в дела, перестав уделять нужное внимание сыновьям.

Но сейчас речь не об этом. Мадам Мещерская хмурилась всю дорогу и молча слушала наши разговоры после возвращения. Мы сразу переместились в гостиную, куда младший притащил своих солдатиков. Супруге потребовалось больше времени на переодевание и приведение себя в порядок. Но мы её возвращения даже не заметили, увлёкшись обсуждением. Я сразу принёс пару книг с отличными иллюстрациями и перевёл несколько историй. Разговорный английский у сыновей неплох, но бегло читать они пока не могут. В общем, настоящая идиллия — блудный отец занимается с детьми.

Разговор снова перешёл на съёмки, которые начнутся в конце января. Тогда я и совершил ошибку, рассказав о самых настоящих драккарах. Весной и летом мы будем снимать несколько сцен и битв на кораблях. Вот тут сыновья не выдержали и потребовали лицезреть сие зрелище. Естественно, папа согласился. Но отчего-то взбеленилась мама.

Иначе её состояние не описать. Глаза горят праведным гневом, сама подобралась, будто хищная кошка перед атакой. Можно, конечно, поставить её на место парочкой фраз. Или я уже сильно заблуждаюсь насчёт благоверной и всё гораздо запущеннее? У нас просто не принято выяснять отношения при детях. Да и скандалов особых ранее не было. Удавалось как-то сохранять согласие и ограждать от неприятных сцен сыновей. Здесь же вдруг прямо агрессия. Решаю избежать возможного конфликта и отправляю детей спать. По идее им давно пора баньки. Ещё у нас завтра перелёт в Москву, где заждались бабушки. Пусть отдыхают.

Сыновья чинно обняли мать, пожелав ей спокойной ночи, пробили мне пять и ринулись на второй этаж, в свои комнаты. Я же дошёл до бара, достал вина и вопросительно взглянул на супругу. Аня вроде подуспокоилась и