Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов

В живых остались двое, один из них кинул нам под ноги сосуд. Тот разбился, и наружу повалил густой белый дым. Эта внезапная и бесполезная атака смутила, Тион замер, а я, пошатываясь, встал на ноги.

– Назад! – крикнул Тион, когда дым окутал мне ноги, стремительно поднимаясь вверх.

Я закашлял, бросившись к Лексе, но спустя шаг меня повело, я всем телом ударился о стену и сполз по ней.

– Микель! – Лекса оказалась рядом, но закашляла, её глаза на пару мгновений остекленели, и она упала рядом.

Я с невыносимым трудом заставил тело двигаться, пополз к ближайшему обронённому мечу, но через полтора метра мышцы онемели. Я захрипел и невольно распластался на полу. Тион безвольно рухнул в нескольких шагах, наши противники хоть и пытались уйти от воздействия дыма, но не смогли и упали. Я напрягся, сосредотачиваясь на своей силе, хотел притянуть меч, но тот не двинулся с места. Я по-прежнему ощущал свой гул, но моя сила, как и тело, стала неподатливой, онемевшей.

Я не чувствовал рук или ног, сознание было полностью в порядке, я мог двигать глазами и совсем немного головой, но дышалось с трудом. Ждал агонии, уверенный, что это отрава. Но боль так и не пришла, и я в ужасе понял, что дело обстоит хуже.

Это «дыхание пламени».

Смесь, приводящая к обездвиживанию на пять часов. В процессе разработки выяснили, что она весьма токсична при малейшей ошибке в формуле, и прикрыли все исследования, однако на чёрном рынке Санкт-Данама продолжали ей торговать, и, как я слышал, Кай с Элионом прикрыли распространителей этой дряни. «Дыхание пламени» приравнивают к запрещённым веществам, и уже только за его наличие подонков ждёт суд.

Я напряг каждый мускул, надеясь пошевелить хоть пальцем, мне казалось, что я готов кричать от натуги, хотя лежал в полнейшей тишине. Дым от смеси рассеялся. Я едва различал дыхание Тиона и Лексы, лежащих поблизости. Сердце билось от натуги, меня бросало то в жар, то в холод, но я старался сконцентрироваться на дыхании и не поддаваться панике.

Обездвиженные, я, Тион, Лекса и двое предателей пролежали, не двигаясь, как минимум минут пять, прежде чем раздались шаги нескольких пар ног. Мимолётное облегчение сменилось напряжением.

Я скосил взгляд, наблюдая за тремя мужчинами. В сумраке коридора было сложно различить лица, однако, наткнувшись на нас, они не выглядели удивлёнными. По одеждам я не сумел разобрать, к какому Клану они относятся, но свой гул они не скрывали. Все трое из элиты. Обычно по гулу можно определить и Клан, но мои ощущения были какими-то смазанными из-за «дыхания пламенем».

Один из мужчин подошёл ближе, моё тело качнулось, когда сапогом он пихнул меня, проверяя, могу ли я двигаться, а после присел на корточки. Несмотря на оружие на поясе, мужчина его не обнажил, похоже, зная, что сейчас я безобиднее младенца. У него светлые волосы и глубоко посаженные голубые глаза, с первого взгляда не самое примечательное лицо, но я видел его ранее.

– Какая замечательная встреча, Микель.

Если б мог, я бы дёрнулся, но благо мышцы лица тоже практически обездвижило, и я понадеялся, что ублюдок не увидит мой откровенный ужас. Меня зазнобило, все нервы мелко задрожали, лёгкие сжало спазмами, и неожиданно для себя я издал тихий хрип.

– Приятно, что ты меня помнишь, – со смешком ответил голос.

Я хотел бы себе соврать, что это не Гордий из Клана Воды. Та самая мразь, которая собрала костяк дебилов для издевательств над Примом. Тот самый подонок, который и придумал шутку с жидкой грязью и утопил в ней моего друга. Проиграв суд и потеряв возможность добиться справедливости, я перешёл на домашнее обучение, вычеркнул их всех из своей жизни, надеясь, что Гордий и вовсе сдох, свернул себе шею, неосторожно спускаясь по лестнице.

– Я почти забыл о тебе, Микель, а потом оказалось, что ты крупная сошка. Сын самого Мелая. Хотя гнилая кровь твоей мамаши давала о себе знать с детства. От тебя всегда были одни проблемы, – сказал Гордий, скучающе поскрёб щетину и окинул взглядом лежащих вокруг. – Сидел бы себе тихо, но нет. Опять создал неприятности. И знаешь, Микель, я бы не ввязывался в это дело, если бы не твои палагейские дружки.

– Гордий, что делать с остальными? – спросил один из сопровождающих.

Я скользнул по ним взглядом, чтобы определить, есть ли здесь ещё кто-то из старых знакомых, но лица остальных мужчин действительно были мне незнакомы.

– От тех двух избавьтесь, не смогли простую работу нормально выполнить. – Небрежно махнул рукой Гордий на двух стражей-предателей, которых Тион не успел добить.

Они наверняка все заодно, но помощники без лишних пререканий достали кинжалы и хладнокровно прирезали то ли своих соратников, то ли нанятых людей для нападения. Всё, что я смог, – это нахмурить брови и тяжело задышать, на что Гордий одарил меня наигранно невинным выражением лица.

– У Креона, конечно, свои виды на тебя, но растяпа Алейкос плохо продумал план, и я воспользуюсь выпавшей нам возможностью поговорить.

Креон?

Я едва не застонал, теперь поняв, почему лицо Гордия было мне знакомо. Не только из детства, а потому что я видел его. Недавно, ещё до встречи с Кассией в Санкт-Данаме и отравления. Тогда Креон говорил с Хелом и его сопровождающими. Среди них был Гордий. Замешан Креон… А Хел? Не может же он быть настолько непрошибаемым идиотом, чтобы устраивать вражду Кланов.

– Помнишь Зейна, Микель? – выдернул меня из размышлений Гордий, а его улыбка стала угрожающей.

Даже если бы я знал, кто это, то не мог говорить.

Похоже, Гордий понял, что ответ отрицательный. Он встал, из-за мощного пинка в живот меня отбросило к стене. Боль пронзила всё тело, но я не мог пошевелиться или издать хоть звук. После был удар ногой по лицу: хруст сломанного носа, следом агония пронзила разум. Гордий добавил несколько пинков мне в живот, и кровь обильно потекла у меня изо рта, перед глазами потемнело. Я пришёл в себя от пощёчины.

– Ну же, Микель, не отключайся. Креон сказал сразу тебя зарезать, но я хочу повременить. Мы не закончили разговор. Так знаешь, кто такой Зейн из Клана Воды? Нет? – Я вновь был в сознании, но едва дышал из-за крови во рту, нос и вовсе не пропускал кислород. Получив молчание в ответ, Гордий продолжил: – Зейн – мой двоюродный брат, Микель. Ты отдал его под суд из-за контрабанды в Санкт-Данаме. И знаешь, брат у меня