Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

говорил, что надо торопиться, так как я, а потом асверы наделали немало шума. Недоброжелатели из Совета в любой момент могли залечь на дно, пережидая шумиху. И убрать Анну Крог как ненужного свидетеля. Хотя я сомневаюсь, что она смогла узнать что-то важное.

Белтрэн говорил, что я могу легко войти и выйти из здания, притворившись одним из магов. Для обмана использовали небольшой амулет, который нёс в себе частичку уникальной силы нужного человека. Создавать такие артефакты было строжайше запрещено, потому как маг, чаще всего, после этой процедуры не выживал.

Пройдя метров пятьдесят, я остановился. Появилось странное чувство, что на меня смотрят. Нечто такое можно было уловить в тюрьме для магов. Только здесь таинственный соглядатай оказался довольно настойчивым. Он кружил вокруг, пытаясь подступиться. Во время очередной попытки, когда он пытался подобраться ближе, я почувствовал мимолетное присутствие Уги и неприятный взор моментально исчез. Вместе с ним стих действующий на нервы плач.

— Наконец, мать его, успокоился, — раздался приглушенный, но очень знакомый голос со стороны камеры с правой стороны.

Ближайший тусклый фонарь располагался в десяти шагах, и дверь тонула в темноте. К слову, двери вдоль всего коридора были одинаковыми. Деревянная основа, обитая металлическими полосками. В центре каждой прямоугольное отверстие со штырем по центру, чтобы узники не могли протиснуть в неё голову.

Подойдя к двери, я негромко постучал в неё.

— Доставка горячих пирогов с яблоками. Оплата только серебром, медь не берём.

С той стороны что-то упало, затем звякнуло.

— Берси? — к двери подошёл Рауль Десмет.

— Я-то понятно — проник сюда без спроса, а что тут делаешь ты?

— То же самое, — его голос звучал удивлённо и обрадованно. — Пытался проникнуть без спроса в одну кладовую.

— Видимо, неудачно. Давно тут сидишь?

— Дольше, чем хотелось бы. Ещё недели две, если не сменят защитный камень, и буду плакать как тот слабоумный в конце коридора. Слушай, — он приблизился к окошку. — Ты как вошёл? Через главный вход?

— Через главный. Нет, тоннели не копал, — улыбнулся я. Не видел его лица, но скорее всего на нем отразилась печаль.

— Передай Императору, что я здесь. Он вытащит меня.

— В твоих словах маловато уверенности, — хмыкнул я. — Ладно, давай руки, сниму браслеты. Жезл ещё подарю и маску. Сам решай, как поступить дальше.

Я просунул руку в окошко, поймал цепочку. Что-то щёлкнуло, затем послышалась тихая ругань Рауля.

— Как же в них неприятно, — сказал он с облегчением.

— Жезл, — я протянул ему короткий чёрный стержень в половину локтя длиной. — Маска. Ты подожди, пока я уйду, потом можешь шуметь.

— Ух ты! Пагубный посох, не буду спрашивать, где ты его достал. Может и мне с тобой пойти? Ты же за барышней пришёл, которую в конце коридора держат? Там с самого утра Бенедикт, старый ублюдок. Час назад она ещё кричала, здесь слышно было.

Мы оба прислушались.

— С Бенедиктом всегда ходит конструкт. Шустрый, гадёныш. Я его пагубным посохом в кровавый кисель выжму, — сказал Рауль со злобой в голосе. — В любом случае, достану, сейчас или потом. Лучше бы, конечно, сейчас.

— Вот ведь он пакостный человек, — проворчал я. — Злой, страшный и пакостный.

— Не знаю о ком ты, но верю, что страшный. Раз уж ты даже в такой момент не скатываешься в откровенную брань.

— Да я бы его к Хруму отправил хоть сейчас, но он мне повода не даёт. Ты уверен, что хочешь колдовать в этих коридорах?

— На этом этаже можно. А вот ниже я не пойду — страшно. Но, если тебе надо, я могу вход на нижние уровни капитально завалить, — предложил он. — Если всё здание не обрушится…

— Ты так говоришь, как будто тут деликатесами кормят, и тебе от скуки силу девать некуда. Ладно, пойдём. Не шуми только.

Замок на двери был хитрый — в виде засова и поворотной скобы. Изнутри не открыть, даже если узник как-то умудрится дотянуться. Я бы ещё замок поставил с ключом для надёжности. Маги, судя по всему, думали иначе. Возможно, рассчитывали на заклинание, сдерживающее скобу. Но его испортил бы любой огненный маг, реши он открыть дверь.

Рауля в камере держали босиком, позволив накинуть чёрный бесформенный балахон на голое тело. Он и так был худым и страшным, а после заточения стал походить на огородное пугало, которое смастерили фермеры чтобы отпугивать самых бесстрашных ворон. Тоненькие руки, босые ноги как у скелета, и без того впалые глаза, казалось, совсем провалились в глазницы. Я уж решил дать ему возможность подождать меня в коридоре, но он шёл более-менее уверенно, сжимая в руке короткий жезл. Его, кстати, мне насильно вручила Рикарда. Сказала, что это какое-то невероятно страшное и сильное оружие. Дескать, надо его просто направить на врага и использовать магию, и тот быстро умрёт. Я пытался ей объяснить, что для этого надо учиться, и без особых навыков и знаний жезлы использовать не получится. Бесполезно. Она только отмахнулась, сказав, что этот работать будет, так как сделан специально для таких неучей, как я.

Коридор с камерами оказался не таким уж и длинным, как мне показалось изначально. Игра света и тени заставляла думать, что он убегает на многие сотни метров. Но на самом деле тут всего было полтора десятка камер и большая светлая комната для допросов и пыток. Дверь в неё выглядела так же, как и остальные, но не имела окошка в центре, чтобы не выпускать яркий свет в мрачный коридор. Я потянул за железное кольцо, широко распахивая дверь, запоздало удивляясь тому, что её не заперли изнутри. Переступив через порог, остановился, разглядывая помещение. Первым, что бросилось в глаза, это молодой мужчина, сидевший недалеко от входа. Он носил лёгкие доспехи и тёмный узкий плащ. Из-за моей спины выглянул Рауль, вытягивая вперёд жезл. Я и удивиться не успел, а мужчину, вместе с железным стулом, покорежило. Словно огромная невидимая рука схватил его и с силой сжала. Послышался хруст, скрежет металла и глухой стук, когда всё это рухнуло на пол.

— Простите, что без приглашения… — запоздало произнёс я. Рауль, гад такой, отступил обратно в коридор, устало опускаясь на пол у стеночки.

В общем, комната большая, но не скажу, что просторная. Один только огромный и монструозный металлический стол справа занимал едва ли не треть помещения. Такие обычно использовали для вскрытия умерших. А вот крепление для рук и ног на столе смотрелись зловеще. У противоположной стены установили крестовину из деревянных досок в виде буквы «Х». К ней была прикована пропавшая глупая девчонка по