Фантастика 2026-85 - Stonegriffin

Станция над Черной планетой

Как-то раз я был в кабинете контр-адмирала Орланди и заметил у него на стене странную картину. Обычно у флотских висят полотна, прославляющие наши победы над Землей. Либо портреты героев тех лет. Однако тут была запечатлена сценка из жизни животных. Земных. Посреди поля волк вгрызался в труп только что убитой им овцы.

– Нравится картина? – с улыбкой поинтересовался контр-адмирал.

– Необычная, – ответил я.

– Как ты думаешь, кто здесь победитель, а кто побежденный?

– Вопрос, видимо, с подвохом?

– Разумеется.

Я сделал пару шагов и вгляделся в картину, выискивая что-то, не замеченное мною ранее. Может быть, какая-то фигура, проступающая, если поменять угол зрения? Нет. Ничего такого. Лишь волк, овца да лужа крови под нею. А фоном – поле, синее безоблачное небо и темная кромка леса вдалеке. Раз вопрос с подвохом, значит, победитель явно не волк. Но кто?

Пауза затянулась, и мне пришлось сказать:

– Простите, сэр, но никак не удается увидеть, в чем же здесь победа овцы.

– О, она определенно не победитель. – Грузный контр-адмирал засмеялся. – Овца – инструмент победителя. Есть такой червь, трихинелла. Паразит, что охотится на хищников. Чтобы достичь волка, он сначала вселяется в овцу, таясь в ее мышцах в виде личинки. Множества личинок. Самой овце он при этом не вредит. Просто ждет, порой годами. Затем, когда волк убивает и поедает зараженную овцу, личинки, оказавшись в его пищеводе, вылупляются и превращаются в червей, которые начинают пожирать хищника изнутри, распространяясь во всех органах. Отобедав такой овцой, волк сам превращается в блюдо.

Контр-адмирал подошел поближе, продолжая говорить:

– Картина называется «Славная охота, или Победа трихинеллы». Подлинный победитель невидим не только тебе, лейтенант, но и самому побежденному. Волк не подозревает, что именно в момент его триумфа закладывается его поражение и что своими собственными действиями он обеспечивает победу врагов. Подумай над этим на досуге. Картина дает обильную пищу для размышлений.

Этот эпизод мне вспомнился, когда мы вышли из гипера в реальный космос. Папа не упоминал ни о ком в том месте, где он находится, и все же не являлась ли вся эта история той самой охотой? Не окажется ли наша спасательная операция даже в случае успеха поражением, о котором мы сами не будем знать? Что, если существа, владеющие объектом, используют моего отца втемную, чтобы заманить нас? Что, если они заразили его собой и через него перекинутся на человечество?

Чем больше я об этом думал, тем больше соглашался с решением командования назначить главой этой экспедиции не меня. Груз ответственности лежит на капитане Варме, который свободен от личных симпатий к моему отцу.

«Но не свободен от личных амбиций. Если он вернется ни с чем, это станет его позором до конца дней. Каждое его решение будет проверяться и подвергаться сомнению, а со многих сторон – критике».

Гемелл, как всегда, попал в яблочко. Пожалуй, капитану не позавидуешь. Но и жалеть его мне как-то не особо хотелось.

Ладно, к делу. Найти искусственный объект оказалось несложно. Он вращался на высокой орбите над TrEs-2b и походил на старинную детскую игрушку юлу. Это был спутник или, скорее, орбитальная станция. Корпус оказался покрыт бежевым материалом, напоминавшим керамический композит. Внешний вид станции не совпадал с известными постройками Хозяев, таэдов и неккарцев. Мы сделали вывод, что это творение неизвестной цивилизации.

Пока мы летели к объекту, случилось то, чего я так ждал, – папа снова пришел! Материализовался в моей каюте прямо из воздуха. И сразу же заговорил:

– Привет, сынок! Рад тебя видеть! Вы уже прибыли в систему по координатам, которые я дал?

– Да, мы здесь. – Я нажал на планшете кнопку вызова капитана Вармы. – Летим к искусственному объекту на орбите TrEs-2b. Других в системе не обнаружено. Так что ты должен быть там. Нужно, чтобы ты поговорил с руководителем экспедиции – капитаном Аджитом Вармой. У него есть вопросы по твоей эвакуации.

– Конечно. Пригласи его.

– Уже.

Я боялся, что он исчезнет до того, как Варма придет, но, к счастью, этого не случилось. Когда я впустил капитана в каюту и он увидел моего отца, то впервые потерял непроницаемо-каменное выражение лица. На нем теперь отражались изумление и благоговение.

– Капитан Светлов. – Он отдал честь с безупречной выправкой.

– Капитан Варма. – Мой отец ответил тем же и продолжил: – Связь нестабильна, у меня мало времени. Докладываю: я отключил автоматическую защитную систему. Атмосфера пригодна для дыхания. Я не видел никого живого за все то время, что нахожусь здесь. Объект кажется заброшенным. Но я не исследовал его целиком и ничего не могу сказать про те части, которые не видел. Поэтому настоятельно рекомендую сначала исследовать объект с помощью дронов и убедиться в безопасности пути.

– Именно так я и собирался поступить. Вы видите нас на экране?

– Нет. В той части, где я нахожусь, нет экранов. Или я не разобрался, как их активировать.

– Вы можете открыть входной шлюз для нас?

– Думаю, да. Удаленно. Выйти к шлюзу не могу – я заперт здесь. Когда именно открывать?

– Мы приблизимся к объекту примерно через шесть часов. Вы сможете тогда снова выйти на связь?

– Не уверен. Но я открою шлюз через шесть часов.

– Далеко ли от шлюза место, в котором вы находитесь?

– Примерно в пяти…

Папа исчез. Мы с Вармой молча переглянулись. Капитан первым нарушил тишину, сказав:

– Собираемся в рубке через десять минут.

Шесть часов спустя мы были совсем рядом с TrEs-2b. На фоне звездных россыпей космоса планета выглядела действительно жутко. Ассоциация с жемчужиной не выдержала столкновения с реальностью. Моим глазам предстала самая предельная чернота, какую только можно вообразить. Словно дыра, пробитая в пространстве и обнажившая темную изнанку Вселенной. При этом черный круг окружало красноватое свечение.

– Поистине инфернальное зрелище! – воскликнула Клеопатра.

Она с воодушевлением исследовала этот странный газовый мир, насколько было возможно в настоящих условиях. Так приказал доктор Нейфах, который не хотел упустить шанс узнать побольше о необычном объекте.

Мне же было совершенно неинтересно, почему эта штука является настолько черной. Я не сводил взгляда с чужацкой станции над газовым гигантом. Там мой отец. Живой! Так близко! Только бы ничего не сорвалось… Какой ужас будет, если он погибнет сейчас из-за ошибки, допущенной нами при его спасении!

И вот в идеально гладкой поверхности «юлы» расползлось круглое черное отверстие. Вход в чрево.

– Капитан Светлов открыл шлюз, – констатировал Варма. – Начинаем.

Наш дрон уже подлетел к орбитальной станции и теперь