Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

мантии, на которой были серебром вышиты летучие мыши, выдавало его волнение. Оно было понятным, потому что в кресле возле камина привычно устроился Шарль, с хищным видом наблюдавший за незваным гостем. Эдам тем временем сидел понурившись и уныло глядя в растопленный камин. Увидев графа, маг обрадовался и, кажется, даже вздохнул с облегчением. Он вскочил и согнулся в поклоне так, словно выронил что-то мелкое и пытался разглядеть это на полу.

— С чем пришёл, господин Эклипс? — поинтересовался Марк, проходя за стол и не тратя время на выслушивание цветистых приветствий визитёра. — Садись и говори.

Тот снова примостился на краешке стула и торопливо сообщил:

— У меня есть сведения, которые, несомненно, заинтересуют ваше сиятельство, господин граф! В приватной беседе с одним знакомым я узнал, что вас интересует всё, что связано с ограблением дома баронессы де Флери. Мы с моими соседями даже обсудили это прошлым вечером, собравшись в зале для ритуалов, и Минерва сказала, что от своего поклонника кое-что узнала.

— Минерва — это та девица с нарисованными бровями, увешанная бронзовыми побрякушками? — уточнил Марк.

— Именно так, ваше сиятельство! Так вот, она узнала, что среди нашей братии циркулируют слухи о том, что из дома баронессы злодеи похитили вовсе не золото и картины, а магические артефакты невероятной ценности. Мне точно известно о двух из них: неком большом зеркале в бронзовой раме и чёрном кинжале, который используется для убийства на расстоянии. К тому же там были какие-то книги, чрезвычайно редкие, несколько приспособлений для выпускания отравленных дротиков и набор бутылочек с опасными ядами.

— Погоди, — остановил его Марк. — Они точно выкрали у неё большое зеркало и тот кинжал?

— Так говорят, ваше сиятельство. Я решил проверить эти слухи и кое-что узнал. Следует пояснить, что после того случая, когда нас изловили и отправили в Белую башню на разбирательство к господину Филбертусу, а после изъяли все наши принадлежности для гадания, дела у нас пошатнулись. И если Минерва может рассчитывать на благосклонность своих воздыхателей, господин Монье достаточно умён и вообще обходится без всяких там карт и стеклянных шаров, а у Армуса и госпожи Регины есть свой круг давних клиентов, мои дела шли совсем плохо. Потому я нашёл приработок, поступив в услужение к графу Леклеру. Он изучает магию, собрал коллекцию магических книг и иногда проводит ритуалы, уверяю вас, совершенно невинные, скорее, ради эксперимента, чем с целью достижения какого-либо важного результата. Он платит мне немного, но на кусок хлеба и оплату аренды хватает. Так вот, этим утром он получил письмо, в котором говорилось о продаже этих артефактов.

— То есть, ему предложили их купить? — заинтересовался Марк. — Кто же?

— Не знаю. Дело в том, что я видел это письмо лишь мельком и не смог ни взять его, ни скопировать, но я запомнил его содержание.

— И что же в нём было?

— Список предметов, похищенных у баронессы де Флери. Там было указано, что продавец не располагает достоверными сведениями о том, сколько они могут стоить, но желает их продать. Потому он предложил графу Леклеру самому указать цену, которую он готов заплатить за тот или иной артефакт, а так же сообщить своё имя и представить гарантии соблюдения секретности сделки. Ответ следует изложить письменно и доставить его в трактир «Жеманная роза» и передать хозяйке для вручения девице Паризо. Затем, после получения ответов от всех, кто пожелает приобрести артефакты, продавец выберет наиболее выгодные для себя предложения и назначит встречу.

Марк задумчиво постучал пальцами по столу и спросил:

— Граф Леклер заинтересовался этим предложением?

— Он пока думает об этом, но, скорее всего, он не станет отвечать. Он не так богат, а эти артефакты наверняка очень дороги. К тому же он понятия не имеет, для чего нужно то зеркало, а кинжал и яд его не интересуют, потому что он никого не собирается убивать даже на расстоянии. Он взял письмо и отправился к своей приятельнице госпоже Риваж, но лишь для того, чтоб позабавить её.

— Понятно. А сам ты можешь выступить в качестве покупателя?

— Да кто ж поверит, что у меня могут быть такие деньги! — воскликнул Топфер. — Этот загадочный продавец наверняка разослал свои письма людям состоятельным, имеющим определённый интерес к магии. От них он и ждёт ответа. Вряд ли я мог бы одурачить его!

— Логично, — задумчиво пробормотал Марк, выдвигая ящик стола, чтоб достать оттуда маленький кошелёк с мелкими серебряными монетами. — Значит, «Жеманная роза», девица Паризо.

Он бросил кошелёк на стол и тот моментально исчез, пропав в складках старой мантии Топфера. Молодой человек поднялся и, кланяясь на ходу, попятился к двери. Проводив его взглядом, Марк поднялся.

— Я иду домой, — сообщил он. — Эдам, предупреди об этом клерка канцелярии, на случай, если за мной пошлёт король, а потом иди в Белую башню и испроси для меня аудиенцию у Чёрного лорда.

— Не пойду, — буркнул оруженосец, отвернувшись.

— Давайте я схожу, — поспешно предложил Шарль, вскочив с места.

— Я велел это сделать ему, — возразил Марк. — В чём дело, Эдам? Это задание так сложно для тебя?

— Я не хочу идти через весь дворец в Белую башню, — проворчал тот, отвернувшись. — Теперь все знают, что я сын предателя и будут показывать на меня пальцем и осыпать проклятиями.

— Конечно, я понимаю, — кивнул Марк. — Что ж, отправляйся домой, запрись в своей комнате и не выходи до отъезда в луар с Ортантом. А потом там и оставайся.

— Вы меня прогоняете? — вскочил юноша, обиженно глядя на него.

— Конечно. Зачем ты мне нужен, если не желаешь выполнять мои поручения? И не смотри на меня так! Ты думаешь, я теперь окружу тебя непроницаемой стеной тайны, чтоб ты мог спокойно пережить свою трагедию? Так не надейся на это! Да это и не к чему. Ты, и правда, считаешь, что сейчас весь город говорит о тебе? Что во дворце нет иных тем для пересудов, кроме твоего признания? Эдам, мы в Сен-Марко! Здесь никому нет дела до того, что произошло двадцать лет назад в луаре! Никто не знает и знать не хочет о каком-то там алкорском графе, имя которого может запомнить только тот, кто говорит на энхилдере, и уж тем более имя его оруженосца. Или ты всерьёз думаешь, что, когда ты проходишь по залам дворца, все вокруг узнают тебя и шепчутся: «Смотрите, это идёт барон Аларед!» В лучшем случае тебя знают как моего оруженосца, но для большей части придворных и слуг ты не более чем ходячий предмет интерьера. И уж если