Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

уму, по примеру немецко-фашистских красноармейцев, напали поутру, когда глупый обыватель сопит в три дырки. Эх… Беда страны и была в том, что друг друга все держали за три «Б»: одни называли других «барыгами», вторые крестили ближнего «быдлом», а все несоосные первым двум категориям оказывались «бандюками». Соответственно соседствующие твоей категории всегда относились к тупым. Других категорий просто не предусматривалось. Все тупые, а я умный.

Ну, посмотрим, что там от вас осталось.

Кусты были мокрыми, холодный дождик закончился только что и скоро польет опять. Листва густая, годная, прятаться за такой легко.

— Кастет, Степа с сыном за нами крадутся, — предупредил меня Мишка шепотом.

— Трахома… Ладно, работаем.

Опа! Нормально так!

Сразу на выходе из поворота. Приехали…

Оба правых колеса автомобиля были пробиты, отчего машина наклонилась.

Когда-то эта была крутейшая «приора» бандитского цвета антрацит, тюнингованная настолько, насколько это возможно сделать в провинциальных условиях. Офигенный образчик разрушительного кавказского автодизайна, причем в самом безвкусном его проявлении. Типичная чернильница. Обвесы, глухая тонировка по кругу, задний спойлер, литье, низкопрофильная мишленовская резина. Машина была по местно-модному капитально занижена путем обрезания пары витков пружин, колеса спрятаны в арки аж по ступицу! «Я твой брызговик спарко мочил!» Ничего не поделаешь, чем выше горы, тем ниже «приоры».

Как вообще на такой можно ездить на разрушающихся дорогах? Не смогли бросить любимую ласточку дерзкие мальчики, не переступили через психологический барьер, не порвали шаблон.

«Вижу!» — показал Гоблин, шедший впереди, и сразу присел. Любо-дорого смотреть, как Сомов в работе двигается. Быстро и очень плавно, как леопард перед атакой. Я тоже принял позицию вприсядочку.

Ага, вот он, результат. Два человека, поплохело обоим, фатально.

Верхний люк у «приоры» был открыт, форточки тоже — сейчас на пустынных дорогах бывшего курорта никто не оценит вызывающе чернющую пленку на стекле, а смотреть неудобно. Да, елочку изобретательный Сомов украсил правильно. Как раз для такого утренника.

— Подходим.

Один точно мертвый, второй… Черт его знает, надо бы осторожней.

Водителя осколки разорвавшейся на высоте гранаты просекли качественно, умер он быстро. Неприятно смотреть: подножка, спортивное рулевое колесо и торпеда — в густой кровавой заливке. Пассажир в остатке сил еще успел вывалиться из салона и даже отползти на полтора метра правей, к магазину. Так и лежал на асфальте, политом утренним дождичком, маленькие капли постепенно размывали кровь, унося ее вниз. В дорогой куртке не по чину, в просторных парусиновых карго-штанах с карманами… Только приоделся пацан в каком-то супермаркете, только жить начал, как ему казалось, красиво… Ноги дергаются.

Кровищи-то! Думать нечего — не жилец, отходит. Согнувшийся креветкой бандит тихо хрипел и все пытался повернуть голову. Надо же, еще слышит что-то!

Позади, в давно не стриженных кустах, послышался шорох, а затем и слабо слышная брань Кизима-старшего. Доброхоты, вашу душу! Подстраховать решили сталкеров — вдруг они оплошают! Гоблин тихо выматерился, странно посмотрел на меня и шагнул вперед, поднимая пистолет.

— Товарищ комсталк, разрешите выстрелить противнику в голову! — гаркнул он.

— Разрешаю! — тут же сообразил я.

Ба-бах! Вот и финиш, отмучился.

Кусты за спиной затрещали, что-то упало, зашуршала трава, раздался противный рыготный звук, и папаша тревожно заорал:

— Набок! Голову не закидывай! Да не закидывай, тебе говорю! Вот так!

Парня полоскало конкретно. А вот и папуля подключился! Так вам и надо.

— А вы чего хотели? — рявкнул я, резко разворачиваясь. — Что замерли там, как маугли, сюда подходите! Вы же помогать пришли?! Вот и помогайте, трахома, сейчас еще и трупы таскать будем, в канаву скидывать, не здесь же их оставлять! Показывайте удаль молодецкую и готовность к боевому подвигу! Кому был наказ дома сидеть, а? Па-ачему не выполняете распоряжения старшего группы?

Мичман уже вышел из зеленки, поспешно утирая лицо рукавом, и медленно зашагал к нам. Следом на белый свет появился и Леха, бледный, полусогнувшийся.

— Смотри давай, мальчик! Времена такие. В сталкеры хотел? Вот она, между прочим, сталкерская работа, у нас и так бывает! Думал, только магазины с бесхозным ништяком взламывать придется? Тащите брезент какой-нибудь, что ли… Не за ноги же их волочь, они уже наказаны сполна, теперь по-людски надо. А «приору» вообще сжечь, чтобы не воняла тут. Не знаю. Ох и расстроили вы меня!

— Во двор отбуксируем, командир, кхе-кхе, — откашлялся Семен. — Этого будет достаточно.

— За машиной идите, воины, — коротко распорядился Гоблин, уже содравший с заднего сиденья чехол для предварительной протирки стволов. — Иначе много времени на этих глотников потратим, а его у нас нет, через час стартовать надо. Кастет, мне еще одну гранату ставить? Сомнения гложут.

— Да черт его знает, с такой дисциплиной! — разозлился я на вновь призванный личный состав. — Вы вообще до нас как караулили местность, орлы?

— Так дежурили по очереди…

— Как сегодня? То-то Леха весь заспанный на фишке был! Машину не услышал. А что собачку не завели?

— Не дружим мы как-то с собаками, никогда в семье не держали, — виноватым голосом молвил мичман. — Да и где их взять теперь? И в добрые времена их в Дагомысе мало было. А уж сейчас… Разбежались в леса.

Я только головой покачал: что тут скажешь.

С трофейным оружием на этот раз вышло небогато — два двуствольных обреза и один пээмовский травматик, довольно грубо переделанный под боевой, — несерьезный девайс, такому довериться нельзя. Надо же, они даже чехлы-футляры кожаные не поленились кустарно пошить для стволов! Небось за спиной носили, как голливудские. Было у ребят время для украшательства и доработки внешнего бойцовского вида. Сидели вечерами на веранде, мечтали о местечковом господстве. На «Приоре» серебристо-черной, за спиной стволы страшные… Дурь в чистом виде.

Не приживается такая самодельщина. Никогда.

Оружие — это серьезное дело. Очень серьезное.

Ибо выжить и победить хочется, а вот наоборот — никак. И если появлялась удачная практика таскать меч, саблю или шашку вот так вот, то люди ее отмечали и реально использовали в полный рост. И заметьте, в истории вооружений никто не собирался кавайно вкрячивать меч за спину, аки Рыжая Соня или Вечный Шварц, исключая азиатские показухи. Ибо неудобно, а следовательно, неэффективно и опасно. Такой императив следует признать как писанный кровью: только годное приживалось. И никак иначе! Как поздний пример казусности можете вспомнить практику матросиков революционного Балтфлота таскать поперек пуза пулеметные ленты. Однако люди, реально смотрящие на вещи, понимая понтовские в основном мотивы подобных способов существования на войне друзей пулеметчика, не станут искать их в старых стрелковых руководствах и изучать особенности подвеса пулекрестом на пузе — ну, было и прошло! И пес с