Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

От рассказа деда Оле стало не по себе. Умереть она планировала в глубокой старости.

– Но ты не переживай, Олюшка, – Николай Петрович положил на ее ладонь свою и сжал. – Я тебе отвар один сделаю, он поможет. Не знаю только, надолго ли, но хоть выспишься, а то на тебе лица нет.

Оля молча кивнула.

– Деда, я прогуляюсь.

– Конечно, сходи. Свежий воздух тебе не помешает.

Переодевшись в джинсы и черную футболку, Оля вышла на улицу. Дом стоял в самом конце частного сектора, и участок граничил с лесополосой, сквозь которую широкая тропа вела к Святому озеру – так водоем называли местные жители. К нему часто приезжали желающие вылечиться от каких-то болезней. Его даже посещали те, кто не мог иметь детей, и чудо происходило – в скором времени беременность наступала. После возвращались уже с детьми, благодарили.

Но Оля, несмотря на то, что видела вещие сны, не верила в чудодейственную силу озера, хотя оно ей нравилось – необычная светло-бирюзовая вода завораживала. В детстве, когда девушка приезжала сюда, она много раз в нем купалась, но никогда не ощущала каких-то целебных свойств. Зачастую она просто сидела и наблюдала за водной гладью.

Вот и сегодня решила пойти к Святому озеру. Народу здесь не было. Иногда эта тишина пугала, но Оля не пыталась скрыться от нее. Как и раньше, она села на уже зеленую траву, откинулась спиной на старый дуб и прикрыла глаза, пытаясь вслушиваться в птичий щебет и шорох листвы. И в первый раз за тяжелый месяц смогла немного расслабиться.

Она просидела так недолго. Показалось, что шум ветра и пение птиц в одно мгновение прекратились, и повисла гробовая тишина, а по коже словно прошелся холодный ветерок.

Оля открыла глаза и осмотрелась. Картинка не поменялась, но звуки и правда все куда-то пропали. Словно кто-то нажал на кнопку «стоп». Девушка поежилась от нехорошего предчувствия. Она уже хотела подняться на ноги и уйти, сбежать из этого места, которое сейчас наводило жуткий страх, как где-то наверху услышала громкое карканье. Подняла голову и заметила, что на нее на огромной скорости несется ворон. Оля только успела прикрыть лицо, когда птица кинулась. Ворон вцепился острыми когтями ей в руки, расчерчивая кожу глубокими разрезами.

Девушка от ужаса даже не сразу почувствовала боль. Слова будто застряли где-то в горле, и не получалось выдавить ни единого звука.

Ворон отлетел. Но только для того, чтобы разогнаться и вцепиться опять.

Из руки хлестала кровь, кожу покрывали рваные порезы. Оля подняла голову, выискивая взглядом птицу, а та уже снова мчалась на нее. И, кажется, сейчас с куда большей скоростью, чем в первый раз. Девушка отчаянно огляделась, пыталась найти хоть какую-нибудь защиту. А лучше палку, и побольше, чтобы огреть как следует это взбесившееся пернатое. Но на земле не было ни единой веточки, даже захудалого прутика не валялось.

Когда ворон уже спикировал и находился практически в нескольких сантиметрах, девушка закричала во все горло:

– Убирайся!

У нее получилось настолько громко, что у самой заложило уши. Даже показалось, будто кричала не она: голос прозвучал как-то потусторонне.

Оля снова прикрылась рукой, готовясь к очередной боли, но той не последовало. В уши ворвалось пение птиц, а теплый ветерок заиграл с прядями ее волос.

Девушка огляделась. Ворона не увидела. На мгновение даже показалось, что она уснула, и это обычный ужастик, как в принципе и все ее сны. Но стоило взглянуть на руку, стало ясно – произошедшее не сон. Из многочисленных ран струилась кровь, падая на землю и окрашивая молоденькую зеленую травку в алый цвет. Джинсы и футболка тоже испачкались.

Зажав как смогла порезы, Оля бросилась к озеру. Нужно промыть царапины, а потом разорвать футболку и сделать перевязку.

Взойдя на небольшой мостик, она опустила руку в воду. Та тут же окрасилась алым. Озеро было небольшим, и вода в нем всегда оставалась ледяной, как в ключе. Но в этот момент холод даже к лучшему.

Только сейчас Оля заметила, что плачет. По щекам струились горькие слезы, и скорее всего не от боли, а от усталости. Моральной усталости. Сначала эти сны, не дающие нормально жить, а теперь вот странное нападение.

У некоторых ее знакомых в двадцать пять уже есть семьи, а у кого-то и дети, а она одна. И всегда останется одна. Просто не сможет с кем-то сблизиться. Ей хватило того, что она видела смерть отца во сне, а потом – и наяву. Оля не представляла, как будет себя чувствовать, когда увидит смерть дедушки, самого близкого и любимого человека на свете.

Сидя на коленях и склонившись к воде, она плакала, свободной рукой утирая слезы. И на какой-то секунде этого отчаяния, в которое себя сейчас погружала, заметила что-то странное, отличающееся от привычной картины мира. Руку, разорванную мощными когтями ворона, слегка покалывало, и кожа словно стягивалась. Испугавшись, Оля тут же вытащила конечность из воды и не поверила своим глазам: рваные раны затянулись, оставляя только тонкие, еле заметные шрамы.

– Но как? – растерянно произнесла девушка, ощупывая кожу.

Оля бы подумала, что окончательно сошла с ума и ворон – всего лишь ненормальный глюк, но тонкие шрамы не оставляли сомнений. Все случившееся несколько минут назад – правда. Ненормальная, нереальная, но правда. Расскажи кому – не поверят.

Значит озеро действительно целебное?

Но этого ведь не может быть! Или может? Сколько раз она сама в нем купалась, и ничего не происходило, а сейчас… Еще и ненормальный ворон, испарившийся словно по щелчку пальцев, стоило ей выкрикнуть одно-единственное слово.

Поднявшись на ноги и все еще не веря в произошедшее, девушка повернулась к лесу, чтобы отправиться домой и рассказать обо всем деду. И внезапно почувствовала тяжелый взгляд.

Оля не сразу поняла, откуда он исходит. Вокруг было тихо, ни души, если не считать птиц и их громкого пения. Она сделала несколько шагов в сторону широкой тропы и бросила взгляд на дуб, около которого недавно сидела. На самой толстой ветке с важным видом восседал черный ворон и смотрел на нее в упор.

Стало до одури жутко. Какая-то ненормальная птица сначала бросается на нее, а потом наблюдает, словно… словно человек.

Оля уже почти дошла до тропы, собираясь сбежать отсюда, пока этот ворон снова не накинулся. Но перед тем как отвернуться, она увидела, что угольно-черные глаза птицы словно вспыхнули золотистым огнем, а потом та сорвалась