Шлак. Безумная королева - Олег Велесов

В общем, получается так, что мы оба знаем, что предстоящая встреча — ловушка, и вопрос лишь в том, кто кого переиграет. Олово уверен в своей победе, потому что время и место встречи будет назначать он. Если сейчас мы сможем определить это место, то у нас появиться время подготовиться.

Что ж…

— Это точно не Загон, — глядя в небо выдохнул я. — Он должен понимать, что внутрь я не зайду. Для меня это самоубийство. Но и он в Зелёный угол не поедет. Там северяне. Значит, два этих места отпадают.

— Депо и Северный пост тоже можно не брать в расчёт, — проговорила Алиса, разглядывая в монокуляр ворота Анклава. — И Квартирник. Слишком далеко. Рискованно. Он не знает, какими средствами ты располагаешь. Вдруг у тебя взвод северокорейских снайперов? Издалека он их не почувствует, а они вполне способны превратить его в дуршлаг.

— Будь у меня такой взвод, я бы сделал из него дуршлаг ещё на болотах. Нет, он понимает, что с возможностями у меня напряг. Всё, что я могу предложить — Гук и его команда. Он считает, что на Территории я вернулся один.

— Уверен?

— Уверен. Олово умеет просчитывать ситуацию. Если бы я располагал чем-то существенным, его атака на Зелёный угол была бы менее успешной.

— Хорошо. — Алиса опустила монокуляр. — В таком случае, для встречи он выберет Анклав.

— Обоснуй.

— Во-первых, он рядом с Загоном. Во-вторых, можно быстро вызвать подкрепление. Да и сами редбули всегда были лояльны Конторе.

— В таком случае, Депо подходит не меньше. Это часть Загона, его аванпост, в котором половина жильцов подготовленные бойцы. Хоть сейчас в бой. Для переезда можно использовать блиндированный поезд. А что до лояльности редбулей, так это палка о двух концах, никогда не знаешь каким именно в лоб прилетит.

Алиса указала пальцем в сторону шоссе:

— Посмотри. Какое-то оно сегодня оживлённое. Уже четыре тентованных платформы въехало в ворота. И это явно не анклавские платформы. Скорее всего, адепты или послушники. Олово уже начал подготовку к встрече. А сообщит он тебе об этом, когда вернётся в Загон.

Я присмотрелся к Анклаву. Никакой особой суеты заметно не было, так, небольшое усиление постов. Но это можно связать с приближением ночи. Может, у язычников начался сезон миграций, вот редбули и готовятся. Хотя, конечно, смешная отговорка, какой нахер сезон? Не бывает у них такого. Так что Алиса вполне возможно права.

— Значит, Анклав, — кивнул я. — Ладно, что предлагаешь?

— Нужно поговорить с Куманцевой.

— С Наташкой?

— С Натальей Аркадьевной. Называй её только так.

— Да как не называй. Она меня ненавидит. К тому же, три дня назад я убил Голикову, её подружку. Случайно, конечно, но…

— Кто ещё об этом знает?

— Гук.

— Дядя Гук болтать не станет, так что живи спокойно.

— Всё равно… Наташка может сопоставить смерть Голиковой с моим появлением. Понятно, доказательств нет, но думать-то никто не запрещает.

— Забудь, — поморщилась Алиса.

— Как скажешь. О чём говорить будем?

— Будем перетягивать Анклав на свою сторону.

Я хохотнул:

— Анклав? Да ладно. Что мы можем предложить им?

— Моё обаяние и твои способности разрушать мир. Не забивай голову ерундой, Дон. Разговор начну я, ты вникай и поддерживай. И не хами. Вообще, старайся быть добрее, чем ты есть на самом деле.

— Считаешь меня злым?

Я схватил ей за плечи и повалил на спину. Взгляды наши встретились, и я почувствовал, как сердце — и не только — взбрыкнуло. Алиса вздохнула, рот приоткрылся, розовый язычок облизнул губы.

— Дон, только сначала плащ постели… пожалуйста…

Через час Желатин подогнал броневик к универсаму. Стемнело. Патрули и поисковые команды из Развала вышли, опасаться больше некого. Я коротко разъяснил задачу: едем в Анклав.

— Все? — спросил Коптич.

— Тебя оставим. Пока нас не будет, подметёшь парковку и пострижёшь акации.

— Я про лизуна вообще-то. Его тоже берём?

Я повернулся к Алисе, она кивнула:

— Берём.

Петруша расплылся в улыбке и первым запрыгнул в броневик. Алиса села рядом с Желатином, Коптич встал за пулемёт. Пока ехали, я кратко его проинструктировал:

— Подъедем к воротам, включай свой болтливый язык на полную. Запомни фразу: Мы к комиссару обороны от приора Гамбита. Запомнил?

— Запомнил. А если они под дозой?

— Охранники на воротах? Смеёшься? У них только Наташка и Голикова имеют право под дозой быть, остальные лишь по мере необходимости, да и то не все. А теперь вообще только одна Наташка.

— Наталья Аркадьевна, — поправила меня Алиса.

— Да знаю я, чё ты? Мы же ещё не в её кабинете.

Желатин мягко притормозил перед поворотом и завернул к Анклаву. Остановился в десяти метрах от ворот. Над КПП вспыхнул прожектор, яркий луч света накрыл нас плотным коконом. Настороженный голос потребовал:

— Фары гаси! Кто такие? Почему так поздно?

Коптич сделал всё, как договаривались. Включил способность внушать и проговорил сурово:

— Открывай. Мы к комиссару обороны.

— Стоять на месте, не шевелиться! — щёлкнул затвор. — Кто дёрнется — пристрелю!

Внушение не подействовало. Мать твою! Я зашипел:

— Коптич, чё за дела, почему не работает? Ты дозу вколоть не забыл?

— Не забыл… Хрен знает. Я не вижу его, может поэтому.

Выручила Алиса. Она приоткрыла дверцу и громко потребовала:

— Охранник, подойти. Быстро!

Выполнять приказ охрана не торопилась, но тон стал мягче.

— Сейчас начальник караула подойдёт, с ним разговаривайте.

Лязгнул засов, скрипнули петли. В обрамлении яркого света возникла фигура.

— Кто старший? Ко мне!

Я пихнул Коптича, тот скакнул через борт.

— Ну я, старший, допустим… Чё не пускаете? Мы от приора Гамбита. Комиссар обороны вашей нужен.

— От приора… Обороны… — голос начальника караула стал податливым.

— Срочно, — добавил Коптич.

Редбуль засуетился, махнул куда-то в сторону прожектора:

— Открыть ворота! Да гаси ты свет… Васильев, сопроводить до штаба.

— Мы дорогу знаем.

— Положено так. Иначе ночной патруль остановит.

— Ладно, ладно. Васильев, прыгай на подножку.

Ворота медленно распахнулись, броневик въехал на территорию Анклава. Вдоль дороги горели фонари, освещая аккуратно подстриженный газон и всё те же плакаты с социалистической тематикой. С годами ничто здесь не меняется.