Шлак. Безумная королева - Олег Велесов

Я прошёл вдоль стеллажей, у лестницы остановился. Нельзя просто взять и начать поливать всё свинцом. Нельзя! Я, конечно, очень умный рассуждать про рикошеты и прочее. Но там Кира. Глупые шальные пули могут попасть и в неё тоже. Поэтому чужаки и не бояться нихрена. Стрелять придётся наверняка. Значит, быстро заскакиваю на межлестничную площадку, с неё я уже должен видеть противника, и смогу бить наверняка. На счёт три. Раз…

— Милый, поднимайся скорее. Мы ждём тебя.

Такой знакомый голос… опрокинул на меня ушат ледяной воды. Я взлетел вверх по лестнице. В дверях стояла Алиса. Руки сложены на груди, на губах улыбка, в глазах радость. Она была рада видеть меня. Соскучилась. А я…

— Ты!.. Ты!.. Ты хоть понимаешь… ты понимаешь, что я передумал, пока шёл⁈ Я чуть не пристрелил тебя!

— Если хочешь развода, — Алиса игриво подмигнула, — то совсем не обязательно стрелять. Просто скажи.

— Плохая шутка.

По телу потекла слабость. После такого напряжения это естественно. Я опустил автомат, медленно поднялся по ступеням… Я тоже соскучился. Очень. Хотя прошло всего несколько дней. Но Алиса для меня как наркотик. Доза четырнадцать с половиной карат. Только хватает ненадолго. День-два — и начинается ломка.

— Привет, Дон.

Мне протягивал руку Желатин. Вот кто второй чужак. Алиса и Желатин — адская смесь. Мне никогда она не нравилась, потому что всегда предвещала большие проблемы. Не знаю почему, но когда эти двое появляются вместе, у меня начинаются неприятности.

Я сразу спросил:

— Что случилось?

— Как что, ты уже забыл? — удивлённо вскинув брови, проговорила Алиса. — Олово убил Тавроди.

— Нет, не забыл, но… — кожа на загривке натянулась, по спине побежали мурашки. — Откуда ты это знаешь? Об убийстве стало известно два дня назад. Ещё не все Территориях в курсе. Ты тем более знать не должна. Если только… У тебя есть связь с кем-то из Загона. Да? С кем?

Алиса вздохнула, глаза стали грустные, улыбка вымученная. Когда она принимает такой вид, жди неприятных откровений.

— Только не вставай в стойку, Дон. Ты знаешь: я люблю тебя, и у нас дети. Кира, будь рядом с папой. Желатин, Коптич. И ты, мальчик…

— Филипп…

— Неважно. Займитесь обедом.

Желатин открыл ранец, начал вытаскивать сухпаи. Коптич, кивнув Филиппу, направился к ближайшей комнате. Не у дел остался один лишь Петруха. Хотя как не у дел — мелкими шажками он подобрался к Желатину и принялся внимательно следить за тем, как тот распечатывает коробки.

А я… Возникло ощущение, что меня поимели, причём, очень сильно и натурально, но не именно сейчас, а намного раньше, задолго до сегодняшних событий, и всё прошедшее время продолжали иметь. Кира взяла меня под руку, прижалась, но обычного в таких случаях успокоения это не принесло. Кровь продолжала бурлить: Женя, сука, тебя поимели! Вот так, да… Я уже примерно догадывался, что именно сотворила Алиса, однако требовалось официальное подтверждение моих догадок.

— Дон, с Савелием всё в порядке. Он дома. Не было никакого похищения. Я всё это инсценировала. Пропажу, стрельбу…

Алиса выждала несколько секунд, ожидая моей реакции. Я терпеливо молчал.

— Очень хорошо, тогда продолжу. Время идёт, конъюнктура меняется. Через четыре года после того, как мы ушли с Территорий, я снова встретилась с тётушкой Фаиной. Ты тогда плотно занимался борьбой с браконьерами, тебе было не до семейных проблем, а мы с Хрюшей пытались наладить станок. У нас не получалось. Не хватало данных. Я связалась с Фаиной, она обрадовалась и предложила встретиться. Я не отказалась. Тебя не стала отвлекать. К чему? Лето, тепло, обстановка легко читается. Мы встретились, выпили по чашечке кофе на открытой террасе Le Negresco, полюбовались заходом солнца над Французской Ривьерой. Тётушка Фаина поведала мне какой нелёгкой стала жизнь в Загоне. После отца безопасностью Загона занялся Спек. Это тот прихожанин, который пытался убить тебя в спорткомплексе.

Алиса выразительно посмотрела на меня. Я продолжал молчать.

— Он начал готовить захват Загона, то, от чего отец и дядя Гук пытались защитить всех нас. Прикрываясь миролюбием, он распустил внешнюю и внутреннюю охрану, завёл в жилые блоки рейдеров, взял под контроль шахты, блокировал станок. Все поставки с Передовой базы замкнул на себя. Некоторые дикие поселения присоединились к нему. Василиса перекрыла дорогу в конгломерацию. Ни туда, ни сюда не проехать. Варанов, пытавшихся пробиться с Передовой базы, прямым ходом отправляли на ферму. Тогда Тавроди договорился с Оловом. У них всегда был канал связи. В обмен на помощь примас потребовал сотрудничества, признания веры в Великого Невидимого единственно правильной и переустройства Загона по образу своей миссии.

— Трутень охреневший, — буркнул Коптич.

На пару с Филиппом они притащили обломки стола, собрали его и теперь то же самое делали со стульями, преображая коридор в некое подобие обеденного зала.

— Трутень вряд ли, — повела плечами Алиса. — За дело он взялся крепко. Анклав и Квартирник присоединились к нему. Учитывая, что квартиранты всегда бились с миссионерами в кровь, это серьёзный результат. Не знаю, что он им пообещал, но они до сих пор союзники.

— Это потому что Дон Гвоздя завалил, — вставил слово исторической правды Желатин. — А иначе бы хрен когда они договорились. У Гвоздя с Оловом личный счёт был.

— Личные счёты на Территориях есть у всех, — продолжила Алиса. — Но я уверена, дядька Олово и с Гвоздём бы договорился. Он всегда договаривается, почти как Коптич. Он и со Спеком договорился. Заманил на Василисину дачу и всех вырезал. Потом Сиваш помог ему войти в Загон, и резня продолжилась. Подробностей я не знаю, а тётушка Фая особо не распространялась, скажу лишь, что Смертная яма переполнилась. Под общую гребёнку с рейдерами зачистили и жилые блоки. Всех глаголов, их приспешников, некоторых старост, охранников, нюхачей. Очередь на трансформацию полгода не заканчивалась. Потом взялись за Петлюровку. Выгребли весь мусор, халупы снесли, построили бараки и молельный дом. Теперь все жильцы перед началом работ собираются на главной площади и дружно возносят хвалу Великому Невидимому. После этого подошла очередь старателей. Артели закрыли, фильтры для нанокубов выдавать перестали. Поставки нанограндов сократились, через станок стали получать только боеприпасы и оружие. Вооружившись, Олово мобилизовал треть Загона и захватил Прихожую, станок разрушил. Выдвинул ультиматум конгломератам, чтобы те допустили его людей для контроля за их станком. Получив отказ, прекратил поставки угля, фильтров и выставил армию вдоль