"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

— Обернувшись я увидел вошедшего в номер капитана государственной безопасности.

— Да можете. Я — Конев.

— Здравия желаю, товарищ генерал — полковник, капитан государственной безопасности Медведев. Вам надлежит срочно проехать со мной.

Глава 8

Я медленно поднялся со стула и спросил вошедшего капитана:

— А куда собственно я должен проехать с вами? Вы не скажите мне этого?

— Вас известят об этом в соответствующем месте,- ответил мне капитан,- извините, товарищ генерал — полковник, но большего я ничего не уполномочен вам говорить.

— Вообще то я очень занят,- ответил я, указав на разложенные по столу бумаги,- видите ли у меня завтра, утром очень важная встреча с Начальником Генерального штаба.

— Вам просили передать,что у вас не займут много времени.

Делать было нечего. Пришлось мне прервать свою подготовку к встрече с маршалом Шапошниковым и начать сборы в поездку. Благо собираться было совсем недолго.

Пока я собирался то успел быстро обдумать это неожиданное приглашение. Судя по всему таким оригинальным образом меня вызывал к себе Лаврентий Павлович Берия. На арест это всё же было непохоже. С другой стороны не понятно чем таким мог заинтересовать члена ГКО обычный рядовой командующий фронтом, да ещё пребывающий в должности всего — навсего третий день.

Уже сидя в машине капитан сказал мне вполголоса:

— Извините, товарищ генерал — полковник, за неожиданное вторжение, но вас очень хочет видеть товарищ нарком. Он заранее извиняется за то,что наверное помешал вам, но встреча важная и отлагательства не терпит.

— Да я уже понял это, капитан,- ответил я ему,- не понял я только одного. К чему такая ненужная таинственность. Сказали бы прямо. Неужели я отказался бы от встречи с членом ГКО. Как я понимаю он хочет видеть меня по важному делу.

— Ну там в комнате был ваш адъютант, вот я и решил подстраховаться на всякий случай. Мало ли,что.

В ответ на эти слова я только хмыкнул. Вот любят товарищи чекисты напускать ненужного тумана, хлебом их не корми. А всё видимо от того,что хотят лишний раз подчеркнуть свою значимость.

Автомобиль ехал по полностью затемнённой Москве. В ночь на 22 июля Люфтваффе осуществило свой первый большой налёт на Москву. До этого над городом летали только одиночные самолёты — разведчики немцев (первый пролетел над ним ещё днём 22 июня). К счастью германская авиация на Восточном фронте была достаточно малочисленной,что бы предпринимать массированные налёты на столицу, подобные рейдам 1000 бомбардировщиков которые с завидное регулярностью устраивали наши союзники на города Германии, начиная с 1942 года. К тому же Люфтваффе изначально создавалось, главным образом как средство непосредственной поддержки своих сухопутных войск, а германские авиаконструкторы так и не сумели создать до конца войны нормальный тяжёлый бомбардировщик, а то бы с учётом довольно бестолково организованной ПВО и Москве и другим городам в Европейской части СССР, пришлось значительно хуже. Немцы так и не сумели создать многочисленный воздушный флот, который уже к 1943 году имели Британия и США. Да и советские ВВС к 1944 году имели на фронте подавляющее количественное преимущество над германской авиацией (что впрочем не мешало ей, не смотря на всё это, даже в самом конце войны наносить весьма болезненные уколы сухопутным частям Красной Армии) Так,что даже в 1941 году воздушные налёты немцев на Москву имели больше психологическое значение.

Тем не менее, несмотря на всё это Москва была полностью затемнена. Мы ехали по погружённым в глухую тьму московским улицам. Наконец вроде бы мы добрались до пункта назначения. Присмотревшись я узнал знаменитое здание на Лубянке (в 1941 году это была площадь Дзержинского). Оно как и все прочие здания в Москве было окутано практически непроницаемой тьмой. Последние сомнения у меня исчезли. Меня везли на встречу с Лаврентием Павловичем Берия.

В сопровождении капитана Медведева (кстати звание капитана государственной безопасности в 1941 году равнялось званию армейского подполковника) я поднялся на третий этаж пройдя по коридору вскоре оказались в приёмной кабинета Берия. Сидевший за столом секретарь поднял на нас глаза и произнёс:

— Товарищ нарком, ожидает вас, товарищ генерал- полковник.

Я оказался в просторном кабинете окна которого были наглухо закрыты тяжёлыми светомаскировочными шторами. В глубине стоял стол, за которым сидел уже знакомый мне полноватый человек в пенсне.

— Проходи, Иван Степанович. Не бойся,- сказал он мне приветливым голосом.

Я подошёл к длинному столу для заседаний и сел за него. Посмотрев на могущественного наркома, я произнёс:

— А я и не боюсь, товарищ нарком. Только несколько удивлён тем,что вам захотелось увидеть меня в столь позднее время. Я смотрю вы всё на рабочем месте? Работаете. Ну и я занят был. Как вы знаете мне завтра предстоит встретится с маршалом Шапошниковым. Вот я и готовился к этому.

— Всё понимаю, Иван Степанович, уж ты извини меня,- вполне доброжелательным тоном ответил мне Берия, у меня, как ты понимаешь у самого дел невпроворот. Но уж очень мне захотелось повидать тебя. Больно уж удобный случай. Другого такого ещё долго не будет. Ты завтра к себе на фронт уедешь и потом неизвестно когда, опять в Москве появишься.

Я с интересом разглядывал, оказавшегося вблизи Лаврентия Павловича. Несколько часов назад, когда я находился в кабинете Сталина, заняться этим мне было как -то недосуг. Вблизи он, выглядел неважно. Красные (видимо от постоянного недосыпа) глаза, мешки под глазами, и такое же как у многих уже встретившихся мне здесь людей, серое от усталости лицо.

Судя по всему они все здесь работают прямо — таки на износ,- подумал я,- у всех эти серые лица, красные глаза и следы хронического переутомления на лице. Что у Сталина, что у его ближайших соратников и помощников. И похоже, что вот в таком режиме они живут годами. Нд-а удивительные люди! При этом если не у всех, то у многих из них просто лошадиное здоровье. Если вспомнить их продолжительность жизни. Молотов прожил 96 лет, Каганович 97,Маленков 86 и это при том,что всё — таки медицина этого времени не имела таких возможностей, которые имеет медицина двадцать первого века. Люди действительно железные. И, что самое интересное, ничего, по сути ничего не получившие за годы и годы своего пребывания у власти. Ни яхт, ни вилл, ни счетов в зарубежных банках, ни крупных пакетов доходных акций. Конечно по сравнению со здешним населением уровень жизни которого по сути