Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

Господин Ишикава улыбнулся:

– Вот чего не было, того не было. Я бы даже сказал, что мастер, приложивший свой труд к Амано, знал, что хочет получить на выходе.

– Неужели?

– Или просто действовал по наитию. Не имеет значения. Теперь уже не имеет.

Вы слишком хорошего мнения обо мне, Тору-сама. А я вот до сих пор нахожусь в неведении относительно того, что натворил. Оно, творение это самое, сейчас наверняка самостоятельно глупостями занимается. С огромным успехом.

– Пожалуй, впервые вижу такую быструю и тем не менее восхитительно тонкую работу.

Да какую работу? Он что, обвиняет меня в манипуляциях своим внуком? Выходит, да. Но я же ни капли…

Нет, себе врать не буду. Иногда поддавался соблазну. Но только для того, чтобы немного облегчить жизнь окружающим! И чуть-чуть – себе. А едва понял, к чему мои «опыты» могут привести, остановился. Ну да, вот просто взял и встал как вкопанный. Не должен Амано меняться! Не позволю. Никому.

– Что, если он не хотел меняться? И тот, кто… Совершил насилие над его личностью?

Господин Ишикава задумался. Может, показательно, может, по-настоящему. А потом признал:

– Это надо спрашивать у самого измененного.

Ага. Справедливо. Только рисковать не хочется.

– Но если он уже стал человеком… Он поймет. Не меняются ведь только куклы.

Его бы слова да богу в уши! Неважно какому. Например тому, что сейчас следит за поединком великовозрастных мальчишек.

Почему из нас двоих я всегда вынужден быть старшим? Возраст обязывает? Ничуть. Значит, есть что-то другое. Необходимость трезво и скучно смотреть на некоторые вещи например. Азарт, романтика, рыцарские порывы души – это прекрасно. Просто замечательно. Но, если все люди в мире вдруг станут рыцарями на белых конях, героями без страха и упрека…

Не будет мира. Вернее, у этого мира не будет будущего. Герою для подвигов нужно что? Вызов. И желательно, воплощенный во вполне материальном противнике. Трудно бороться с символами и образами. Почти невозможно. А если враг – вот он, гнусный, мерзкий, небритый, задевающий тебя плечом, когда проходит мимо, – совсем другое дело! Одна только беда во всем этом есть: со злодеями приходится, в конце концов, сражаться их же методами. Или, по крайней мере, отдавать себе отчет, что в итоге ты сам будешь выглядеть ничуть не лучше человека, совершившего преступление. В своих собственных глазах прежде всего.

Он победит. Амано. Потому что видел обе стороны силы. Но главное, чтобы он победил, зная, что именно делает и зачем.

– Уже закончили? – спросил дедуля у Катсу, вошедшего на кухню.

– Думаю, да, – сказал тот, рассматривая снятый нагрудник.

По сыромятной коже змеились царапины, прочерченные чем-то не слишком острым, но приложенным с явным старанием и усилием.

Я понятия не имел, что все это означает, но, судя по взаимному молчанию двух людей, намного лучше меня разбирающихся в традициях и условностях, поединок и правда был окончен. Вот только в чью пользу он завершился?

Амано лежал в траве, заложив руки за голову, и смотрел в небо. А небо смотрело ему прямо в глаза, такие же голубые и ясные. Рядом с капитаном Сэна валялось нечто, больше всего напоминающее скелет зонтика. Бамбукового.

– Откуда ты знал, что без защиты будет намного легче?

– Так она сама по себе весит немало…

– При чем тут вес? Ты ведь понял, о чем я говорю.

Защита, пусть даже самая призрачная, дала бы тебе зыбкую надежду на второй, третий, двадцать пятый шанс. И ты бы непременно отступил, обещая попробовать снова, как только накопишь силы, подготовишься, соберешься с мыслями и сделаешь кучу других неотложных дел. Значит, не попробуешь никогда.

– Чтобы идти вперед, нужно чувствовать, что за спиной – обрыв.

– Злой ты, – сказал Амано. – И жестокий.

– Я знаю. Сам-то не пострадал?

Капитан Сэна задумчиво помахал в воздухе рукой:

– Задело легонько, но ничего. Даже занозу не посадил.

– А что сделал-то?

– Надругался над святыней.

– Мм?

– Распотрошил собственную душу, чтобы добраться до чужой.

– Загадками говоришь.

– Меч самурая – душа самурая, – пояснил Амано, садясь и довольно потягиваясь. – Его надо хранить, беречь, холить и прочая. А я раздолбал.

– Ну, это как раз в твоем духе. Раздолбайском.

– Зато достал противника.

– И это тоже… Вполне твое. В смысле «доставание».

Он подобрал останки своего синая и многозначительно хлопнул бамбуковыми плашками по ладони:

– А еще тем, что получилось, очень удобно знаешь что делать?

– Даже не думай!

Глава 11

25 августа

Амано Сэна

Это было лучшее утро на свете. Нет, правда. Я не помнил во всей своей прошлой жизни такого же безмятежного, беспечного, пронзительно радостного времени. Даже минуты. А тут, начиная с самого рассвета… Красота!

И тишина. Вот ведь повезло Рэнди: за наш общий счет получил вдоволь времени на устройство личной жизни. И Паркер, похоже, тоже, если днюет и ночует в Коммцентре. А пора бы им обоим возвращаться к нормальной рабочей жизни, нэ? И меня не столько удручает отсутствие признаков жизни в комнате, сколько… Может, стоило все-таки отгул взять? Уважительная причина опять же имеется. Так с какого перепуга я приперся на работу, да еще самым первым?

А вот с этого самого, который вваливается, зажав под мышкой ноут и периодически потирая правый бок. Ну, не совсем бок, а… Нет, я не сильно ударил. Хлестко, разве что. И вообще это была шутка!

– Чего, дурная голова спать не дает? – буркнул Морган, осторожно приземляясь на свое рабочее место. – Или ручки шаловливые?

– Ты сам вчера напросился!

– Ага, конечно. Еще скажи: бегал за тобой и умолял.

Он плюхнул свою «печатную машинку» на колени, раскрыл и уныло уставился в экран. Минуты на две. Потом вздохнул и начал терзать клавиатуру.

– Чем занимаешься?

Вообще-то можно было просто подойти и посмотреть, но, памятуя о недавних событиях, лучше было без особой нужды не приближаться к капитану Кейну. Во избежание обязательного членовредительства.

– Бумагами. Не знаю, как тебе, а мне отчет всю неделю катать.

– Как это, всю неделю? А ратные подвиги кто будет совершать?

Вместо ответа Морган тряхнул полой рубашки, демонстрируя отсутствие кобуры.

– Не заходил еще в оружейку?

– И не собираюсь. Пока тест по стрельбе не сдам.

– И что тебе мешает?

– Общее состояние организма, – огрызнулся капитан Кейн. – Которое твоими усилиями только усугубляется.

– Да ладно! Как один шлепок по заднице может повлиять на…

– Один?

– Ну… Все равно не вижу связи.

– Главное, что я ее вижу, – злорадно сообщил напарник.

Обиделся, значит. И собирается таким способом мне мстить? Вот почему и говорю: